"Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Ангел Илья - Страница 703

Сердце продолжает учащенно биться, но совсем не от эротического сна, а от панического ужаса. Когда я ночую в отчем доме, мне всегда снятся кошмары из моего детства. Сегодня вот приснилась Марья Петровна, хотя она была не самым большим кошмаром. Бывали и похуже пассии моего отца, проявлявшие нездоровую заботу о своем пасынке. Отец мой еще тот ловелас, меняющий мачех, как перчатки. Они калейдоскопом пронеслись в моей голове, заставляя поежится от незабываемых воспоминаний. Почему-то все любовницы отца рано или поздно начинали чувствовать ко мне влечение, объясняя это материнским инстинктом. Вот только в гробу видел такую заботу! Проходу и жизни от этого не было. Возможно, отец менял их так часто, как только чувствовал, что интерес очередной мачехи переключался на сына. Кто ж его знает, мы с отцом никогда об этом не разговаривали. Хотя мы вообще редко говорили. Как правило, он лишь раздавал указания, а уж по душам не общались ни разу.

Раз уж проснулся, пора вставать, снова заснуть у меня не получится. Пришлось идти умываться. За окном только брезжил рассвет. Улыбнулся от мысли, что сегодня покину отчий дом до самых зимних каникул. Распахнул окно настежь. Холодный осенний ветер, ворвавшись в комнату, развеял остатки кошмарного сна. Осенние каникулы для меня тянулись, как вечность. Для многих людей отчий дом — это пристанище и защита, а для меня лишь перевалочный пункт, временное жилье и тяжелая неизбежность. Поэтому начал отсчитывать часы до момента, когда уеду в грёбаное училище, куда определил отец без моего желания.

Он бывший военный в отставке, у которого на меня много собственных планов. Войны на планете давно завершились, но он по-прежнему мечтал сделать из меня шпиона, ну или диверсанта на крайний случай. Его военная карьера не удалась, воевать стало не с кем, но планы остались. С таким отцом и врагов не надо. В семье все решения принимал только он, не подумав спросить, а чего я хочу в жизни. Может во мне погибает творческая личность или существуют скрытые таланты? А если я гениальный писатель или музыкант? Да много кем хотел стать, но кто ж позволит? На все мои доводы отец отвечал, что нет лучше военной карьеры. Поэтому определил в закрытое училище для одаренных детей, из которых впоследствии выращивали секретных шпионов. Меня туда приняли только благодаря связям отца. Магического дара у меня отродясь не было. Условием было проучиться в училище год, и если дар не обнаружится, то оставлять меня там дольше не станут. Поэтому вскоре планировал обрести настоящую свободу и найти свою цель в жизни. Осталось лишь позавтракать в семейном кругу и свалить к черту на куличи до зимних каникул.

— Доброе утро, отец. Доброе утро, Светлана Сергеевна, — поприветствовал собравшихся за столом. Учтивость и холодность — неотъемлемая часть моей жизни. Хорошие манеры мне прививали с детства учителя самыми различными способами. Фантазия на наказания у них была отменная. Сейчас за общим столом рядом с отцом находилась очередная претендентка на звание новой мачехи, и мне стоило вести себя подобающим образом.

— Ой, Лёнечка, ты уже готов нас покинуть? — молодая любовница, увидев меня в форме училища, состроила огорченное личико. Но радость в глазах выдавала ее с головой. Пришлось поддержать беседу, хотя совсем не хотелось.

— Путь неблизкий. Надо бы к вечеру прибыть на место, завтра начнутся занятия, — роль будущей мачехи давалась Светлане Сергеевне с большим трудом. Она не поинтересовалась, все ли собрал, ничего не забыл? Не предложила в дорогу сложить перекус, как это делали поначалу мачехи, притворяясь заботливой матерью. Светлана Сергеевна была чуть постарше меня, а вот отцу вполне годилась в дочери. На ней был длинный шелковый халат, который не скрывал точеной фигурки, подчеркивающий внушительную грудь, готовую выпрыгнуть при неосторожном движении. Старался не пялиться, дабы не провоцировать новую пассию. Я не ждал от нее ничего, привык к очередным папашиным увлечениям. Вот только с каждым годом они становились моложе, и это наводило на определенные мысли. Нет, я не думаю, что у отца появились проблемы. Скорее, просто устал от однообразия, часто меняя девушек, не обремененных интеллектом.

Светлана прошлась по мне взглядом далеким от материнского обожания. Темные круги под глазами и припухшие губы, замаскированные яркой помадой, говорили о бурной ночи. А запах духов перебивал запах страсти, с которой недавно она отдавалась, но… к счастью, не моему отцу. Его скучающий вид крепко выспавшегося человека сильно контрастировал с видом необузданной любовницы. Обломанный маникюр намекал о горячем сексе, а пара ворсинок от шкуры белого медведя выдавали с головой место, где творилось прелюбодеяние. Одно радовало, что и эта профурсетка надолго не задержится в этом поместье.

— Любимый, — она обратилась к отцу, — может стоит позвать стилиста перед тем, как Лёнечка нас покинет? — Светлана Сергеевна оценила мой внешний вид с точки зрения мужской привлекательности и отчего-то осталась весьма недовольна.

— Зачем? Русский солдат вообще должен быть выстрижен наголо, а у него и так длинные патлы, — не оценил отец мою прическу. Я давно сам себя стригу под горшок, считая эту стрижку наиболее непривлекательной для женского пола. Линзы карего цвета и большие бесформенные очки делают из меня занудного «ботана». Так я назло стараюсь походить меньше всего на военного, прикидываясь книжным червем. Да и форму подобрал на пару размеров больше, чтобы висела на мне мешковиной. Немного сутулюсь и шаркаю ногами в старомодных ботинках опять же не по размеру.

— Если сменить прическу и заменить очки линзами, а еще одеть во что-то подобающее, то у него не будет отбоя от девушек, — у Светланы разыгралось на счет меня воображение, от чего облизнула верхнюю губу язычком. Еще она подмигнула, а я опустил глаза в тарелку, делая вид смущенного девственника.

Вот только этого мне совсем не хватало, опять все начиналось по новой. Зря, что ли, проходил уроки макияжа, создавая неповторимый отталкивающий образ?

— Вот как откроет свой дар, так у него от баб отбоя не будет, — не согласился с пассией отец, почему-то до сих пор уверенный в моей одаренной исключительности.

— Ну, я пошел, дорога неблизкая, счастливо оставаться, буду звонить, — встал из-за стола, стараясь больше не провоцировать ни у кого неоправданных ожиданий. Звонить я тоже не собирался. У нас общение с отцом происходит в одностороннем порядке, меня никогда он не слышит.

Возле больших ажурных ворот ждал шофер, собирающийся отвезти в училище. Вид у него был не выспавшийся. Под глазами залегли тени, но алкоголем не пахло. Поведя плечами, скривился, словно от боли. Скорее от царапин на спине, оставленных Светланой Сергеевной. Я молча сел на заднее сиденье, дабы больше не думать об интригах этого дома. Мысленно подсчитал оставшиеся дни до окончания учебы и улыбнулся, предвкушая будущую свободу.

За окном мимо проплывали желтые кроны деревьев. Осень выдалась затяжная и теплая, радуя глаз огненными всполохами среди зеленых сосен. Рассматривая природу за окном, размышлял о перипетиях своей нелегкой судьбы, закинувшей меня в секретное военное училище. До сих пор не понимал, зачем этому миру шпионы?

На планете после отгремевших двух войн химической и биологической, выкосивших значительную часть населения, вот уже около двадцати лет сохранялось хрупкое равновесие. Мирное соглашение было достигнуто за счет запрета любых технологических инноваций. Сюда входили практически любые изобретения, которые могли нарушить мирное сосуществование, являясь угрозой доминирования одного из народов. Это и медицина, биоинженерия, любые виды вооружения, средства связи, которые могли получать информацию, путем прослушивания, химические разработки и даже новые средства передвижения вошли в разряд опасных изобретений. Дистанционное управление все чаще стало приводить к диверсиям и терроризму.

Мир для того, чтобы выжить, погрузился в технологический регресс. Выпускались лишь старые модели компьютеров, машин, самолетов, техники, телефонов и даже предметов бытовой необходимости. Все новейшие технологии подвергались жесткому контролю из расчета национальной безопасности. Ученые институты были свёрнуты и закрыты. Новейшие разработки уничтожены или засекречены. Таким способом человечество приняло тяжелое решение, которое позволило сохранить статус кво, обеспечив себе выживание на планете.