"Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Ангел Илья - Страница 723

С утра училище продолжило работать в штатном режиме. Первым уроком стояло развитие магии, на которое чуть было не опоздал. Завтрак проспал, так как вернулся сравнительно поздно, да еще и убираться пришлось. Вернул себе прежний вид очкастого ботана и вприпрыжку добрался до закрытого полигона. Как ни в чем не бывало прошел к собравшимся ребятам, ждавшим учителя. Он тоже не спешил прийти на урок. Вероятно, до ночи обсуждали с начальством новое положение дел в связи с пропажей учеников. Моих ночных гостей по-прежнему не было, видно им нелегко с бодуна. Похмелье — дело нелегкое. Остальные сокурсники были не в курсе нашего Крестового похода, поэтому смотрели на меня по-прежнему с пренебрежением.

— Чем сегодня будешь нас удивлять? Или просто посидишь в сторонке на лавочке? Ты ничего не сможешь сделать против меня, но я бы хотел с тобой выйти на магический спарринг, — это ко мне обратился Бухгалтер, у которого я якобы занял денег. Мишка Абрамович был наполовину евреем и слыл страшным занудой, душнилой, от которого хотелось уснуть. И дар у него был аналогичный, нет, несвязанный с материализацией денег, о котором мечтал. Он был Морфеем, повелителем сна, так он себя пафосно называл. И точил на меня зуб, что дал ему не то прозвище, какое хотел. Хотя деньги он тоже любил считать, особенно не свои. Проворачивал в училище мелкие финансовые сделки и махинации, слыл наглым ростовщиком. Вот и придумал для меня историю, которую никто не смог бы проверить. Я знал одно правило, когда даешь позывной, оно не должно отражать специфику, дабы противник не догадался о возможностях. Поэтому придумал клички ребятам никак не связанные с их даром.

— Да не вопрос, как только учитель появится, можешь вызвать меня на арену, — сейчас мне было до всего фиолетово. Свой дар я понял и принял, и он никак не был связан с проклятиями. Поэтому не боялся больше его раскрыть. Подумаешь, усыпит, посплю еще немного до окончания урока под неусыпным наблюдением учителя. Бравировать больше не собирался, решил снова превратиться в обычного ничем не примечательного ученика.

В этот момент на полигон зашел Самуэль Гаврилович и окинул тяжелым невыспавшимся взглядом собравшихся ребят.

— Почему так мало народа, где остальные прохлаждаются? Хотят получить неуд в конце семестра? — он недовольно посмотрел на учеников, словно в отсутствии других были они виноваты. Потом его взгляд остановился на мне, и вот тут учитель проснулся, начав активно протирать очки, явно не доверяя своему зрению.

— Оболенский? Какого черта явился на урок? — ученики странно на меня посмотрели, не понимая логику своего преподавателя. — Тебя же здесь не должно быть.

— Это еще почему? Меня вроде еще не отчислили, — еле сдерживал смех, стараясь держать покерфейс.

— Ты, чертяка живой, как сумел выбраться? — Самуэль Гаврилович, аки молодой козлик живо подскочил ко мне и начал ощупывать, еще не до конца веря в происходящее.

— Я и не пропадал, просто продолжил погон…ммм…прогулку по лесу, после вернулся в общежитие, — настроение у учителя магии из хмурого в одночасье стало радостным. Словно он встретил любимого дальнего родственника, привезшего из другой страны кучу дорогих подарков. — Вернулся вчера не один, смог отыскать проп…прогулявшую занятия Клавдию.

— Мать моя женщина, да прям рождество какое случилось. Сегодня можете сами потренироваться в магии, без применения друг на друге. А мне необходимо обрад…поставить в курс дела Ивана Гелиевича, он места себе не находит. Оболенский за мной, — учитель быстро засеменил на выход с полигона. Я поплелся за ним, с сожалением глядя на Морфея, обещавшего мне сладкий сон…

Начальник Иван Гелиевич пребывал в дурном расположении духа. Его карьера, его детище — секретное училище для одаренных могло прекратить свое существование, возможно, на неопределенный срок, а возможно, и навсегда. Честно, он уже не надеялся, что после пропажи двух учеников его снова восстановят в должности начальника, скорее отправят на заслуженную пенсию. От этого сильно хотелось напиться, но скоро прибудут органы следствия, с которыми предстоит непростой разговор. Вчера выяснилась из вечернего разговора с главной целительницей одна неприятная вещь. Пропавшую три дня назад девушку Клавдию последним как раз видел Оболенский, который тоже пропал в лесу. Это могло быть простым совпадением, а могло под собой иметь основание. Что за этим могло стоять, начальник не знал. Вечером из столицы позвонили и доложили, что расширения зоны отчуждения зафиксировано не было. И это наводило на определенные мысли, которые Иван Гелиевич гнал из своей головы. В этот момент в кабинет постучали, на пороге возник учитель магии, старый приятель, с хитрой улыбкой на лице. Начальнику видеть сейчас никого не хотелось, особенно радостную физиономию мага.

— У тебя же урок, у этих, первокурсников. Их же оставлять нельзя без присмотра, вчера успели натворить делов, — раздраженно упрекнул начальник Самуэля Гавриловича.

— Так у меня сюрприз, та-дам, входи Оболенский, — старый маг, словно фокусник, материализовал одного из пропавших учеников. Из-за двери реально вышел живой и здоровый Оболенский младший. Конев немного завис, словно компьютер на перезагрузке, мозг не сразу обработал новые данные.

— Так ты не пропал в лесу? Что же произошло, почему мы тебя не нашли? — наконец-то отвис начальник училища, широко улыбаясь. От плохого настроения не осталось следа. — Рассказывай все в подробностях.

Парень спокойно, без эмоций пересказал досконально, с деталями, все вчерашнее приключение. Словно это не он сражался со страшным монстром, не он его убил, не он заплутал в лесу, когда бежал за зверем. И не он отыскал замерзшую девушку, сумевшую выжить в лесу, оставшуюся в живых только чудом. Даже документальный фильм рассказывают гораздо эмоциональнее. Такое нордическое спокойствие несвойственно обычным подросткам. Это как-то выбивалось из привычной картины мира. Точно так же, как возвращение сразу двух учеников, следов которых никто не смог обнаружить.

— Я могу пойти на занятие? — даже после пережитого шока, парень готов был снова вернуться к привычному ритму жизни.

— Может тебе сегодня лучше отдохнуть или сходить к нашей целительнице? — на всякий случай предложил начальник, не понимая поведения Оболенского. Вдруг это кажущееся спокойствие — последствие пережитого шока.

— Со мной все в абсолютном порядке, готов продолжить учебу. Разрешите идти? — начальник кивнул, разрешая удалиться. Когда за ним закрылась дверь, он тяжело откинулся на спинку стула, словно из него вытащили внутренний стержень, и теперь тело обмякло без привычной поддержки. Ну или просто свалился тяжкий груз с плеч.

— Иван, по твоему виду не скажешь, что ты рад разрешившейся трагедии, — учитель магии с упреком посмотрел на руководителя и своего старого друга.

— Рад, еще как рад. Вот только этот Оболенский меня пугает, словно он солдат, прошедший не одно сражение, или сумасшедший психопат, ко всему относящийся равнодушно. Он вообще человек? — это был риторический вопрос, но Самуэль Гаврилович все равно на него ответил.

— На психопата он непохож, но утверждать не буду. Людей сторонится, никого не подпускает в свой внутренний мир, друзей нет, но равнодушным к чужим проблемам я бы его не назвал. Он же пошел в лес, чтобы спасти девушку, рискуя собой, — встал на защиту парня учитель магии, — возможно, он социофоб, но не классический. Точно могу сказать, людей он не боится, просто не любит. Тревоги в нем не чувствую, ему все равно, что про него окружающие подумают. Идеальный, по моему мнению, шпион, не обремененный лишними социальными привязками, из-за которых многие прогорают.

— Значит, присмотрим за ним, возможно, из него и получится неплохой диверсант, попробуй раскрыть в нем дар. Погоняй столько, сколько потребуется, — начальник улыбнулся, беда чудом обошла стороной. Закрыв за другом дверь, теперь уже решил немного себе плеснуть для поднятия тонуса. Предстояло еще разгрести последствия чрезвычайного происшествия.