Демоны Вальхаллы - Казаков Дмитрий - Страница 7

– То есть как – мертв? – изумился Фрезер. – Оставаться на месте! Сейчас я буду!

Ощущая, как судорога сжимает сердце, Вильям стащил с головы шлем. Горячий ветер словно терка прошелся по макушке, слизнул пот с затылка. За спиной послышались шаги, затем принадлежащий Гаррисону бас произнес:

– Он что, умер, клянусь крокодильей задницей?

– Да, – ответил Вильям, утирая лицо. – Мертвее, чем королева Виктория.

– Упокой Святая Дева его душу! – подошел Арагонес. – Как такое могло случиться?

– Видят духи, пуля угодила в щиток перед лицом, – Ли, как обычно, готов был ответить на любой вопрос. – Разбила его, а какой-нибудь осколок через глаз проник в мозг.

– Разве это возможно? – нахмурился Гаррисон. – Стекло ведь бронированное! Оно должно выдерживать удар настоящей пули!

– Кто знает, сколько эти шлемы валялись на складе, прежде чем их выдали нам? – с горечью сказал Вильям. – Любой из них может оказаться бракованным, клянусь четверкой!

– Это уж точно, – Арагонес перекрестился. Кое-кто последовал его примеру.

Спустя пять минут через гребень дюны с сердитым урчанием перевалил небольшой крытый вездеход. Выпрыгнувший из него Фрезер в мгновение протиснулся через собравшуюся вокруг тела толпу.

Сержант опустился рядом с Огненом на корточки, ловко расстегнул бронежилет, приник ухом к груди. Когда поднялся, лицо его было мрачным, а глаза метали молнии.

– Срань Господня, – проговорил он. – Вот уж чего не бывает хуже – терять солдат до начала боя. А вы чего встали? Вас еще ждет обратная дорога! Или вы забыли, что до базы двадцать километров. А ну – бегом, марш!

Вильям водрузил шлем на место, поставил винтовку на предохранитель и повесил на плечо. На душе было погано, как в брошенном жилище.

Сержант-наставник Фрезер выглядел довольным, как петух, отогнавший соперника от куриц.

– Слушайте меня, засранцы, – орал он, прохаживаясь вдоль строя, новобранцы в котором безуспешно пытались выглядеть бодрыми в четыре часа утра, – сегодня для вас торжественный день! Тот, кто покажет себя отличным парнем – останется в Легионе, а бабы и слабаки, – последовал гневный взгляд в сторону Вильяма, – вернутся туда, где им и место – в центры правосудия!

С того дня, как бывший сотрудник архива из Ливерпуля появился на базе «Инферно-1», прошел месяц. За это время он похудел, научился стрелять, рыть окопы в песке и бегать по изнуряющей жаре, навесив на себя десяток килограмм всякой ерунды. Лицо его покрыл загар, брюхо вечно грыз голод, а в мышцах прочно обосновались судороги.

Мозоли на ладонях успели затвердеть, а воспоминания о спокойной жизни – поблекнуть.

– Ну что, срань Господня, – закончил речь сержант, – вы готовы всыпать этим засранцам?

– Так точно, сэр! – в одну глотку рявкнули легионеры.

– Тогда получайте оружие, и да поможет вам Бог, – и Фрезер перекрестился.

Пока у оружейного склада выстраивалась очередь, с взлетно-посадочной площадки долетел равномерный гул. Там прогревали двигатели десантных флайеров, в тесных чревах которых легионерам предстояло трястись до места выброски.

Полевые учения предусматривали десант.

Позавчера выдавали новое обмундирование. К всеобщему удивлению, оно оказалось ярко-зеленым, с желтыми и алыми пятнами. С природными условиями на Тритонии легионеров ознакомить не сочли нужным, но тут даже до Гаррисона дошло, что воевать предстоит в джунглях.

Не сказать, что это сильно подняло боевой дух.

– Говорит капитан Николаидис! Погрузка – в четыре тридцать! – прошуршало в наушниках, едва Вильям надел шлем. – Командирам отделений обеспечить порядок!

Командиров назначили вчера по результатам общего тестирования. Неудивительно, что среди них оказался Ли.

– Стройся! – в бронежилете, разгрузке, с привешенными к поясу подсумками китаец выглядел толстым, как малорослый медведь, вот только лицо его, бесстрастное и узкоглазое, ничем не напоминало добродушную медвежью морду.

Вильям привычно занял место во главе строя. Слева от него расположился Гаррисон, дальше Арагонес, за ним – прочие бойцы.

– Видят духи, сегодня «гробы» будут стрелять настоящими пулями, – сказал Ли. – За мной!

Гробами боевые симуляторы прозвали со дня гибели Огнена.

Выкрашенные в серо-зеленый цвет флайеры выглядели стаей навозных мух, присевшими отдохнуть на бетон ВПП.

– Наш – вон тот, – Ли махнул рукой в сторону крайнего, с выведенной черной краской цифрой семь у кабины.

– До взлета – пять минут! – систему связи настроили так, что командира отделения слышали только свои, а слова офицера, когда он этого хотел, доходили до каждого солдата.

Вслед за Ли Вильям взбежал по опущенному люку. Вдоль боковых стен довольно тесного трюма рядами стояли похожие на огромные пули с ремнями цилиндры КПП – комплексов персональной посадки.

Тот день, когда легионеров знакомили с ними, стал черным – погибли сразу пятеро.

Отогнав мрачные мысли, Вильям спешно подскочил к крайнему, всунул руки в ремни, затянул крепление. Теперь КПП отвалится от его спины только после приземления.

Очень хотелось верить, что мягкого.

Рядом усаживались легионеры, у передней стенки, около двери в пилотскую кабину связисты возились с похожей на набор ящиков БИС – боевой информационной системой.

Люк со скрежетом поднялся, закупоривая то, что по аналогии с птицей у флайера можно было посчитать задним проходом. Взревели двигатели и Вильяма вдавило в пол.

– До точки выброса – пятнадцать минут, – сквозь непонятно откуда взявшийся треск донесся голос капитана.

– Проверьте оружие еще раз! – напомнил Ли. – Из-за севшего энергетического блока любой из вас может погибнуть…

Вильям облизал губы. За время, проведенное на базе, он осознал неприятную истину – сколько раз ни проверяй оборудование, в критический момент оно все равно найдет причину, чтобы сломаться.

Единственной на сто процентов надежной вещью оставалась винтовка М-277, спроектированная тридцать лет назад, когда война являлась не туманным воспоминанием, а повседневностью.

– Нет бога, кроме Аллаха, и Магомет – пророк его, – приглушенное бормотание принадлежало Али, уроженцу Басры. Он сидел у противоположной стены и лицо его, обычно смуглое, сейчас было серым. – Нет бога, кроме Аллаха…

– Вперед! – рявкнул Ли, очень похоже на сержанта Фрезера, легионеры повскакали на ноги.

Вильям, забравшийся в вертолет одним из первых, теперь оказался среди последних. Наклонившись вперед, чтобы уравновесить тяжесть КПП, он глядел, как товарищи один за другим исчезают в распахнувшемся чреве большого люка. Голубовато-серая пустота глотала их, как огромный рот.

– Клянусь четверкой, – пробормотал он, отталкиваясь ногами.

В лицо ударил горячий ветер, вертолет оказался далеко вверху, внизу появилась серо-желтая холмистая равнина. Откуда-то сбоку тянулись огненные нити. Поняв, что по нему стреляют, Вильям похолодел.

С негромким гулом заработал КПП, заскрипели крепежные ремни. В мгновения падение замедлилось, превратившись в стремительный полет. Вильям подобрал ноги, готовясь к падению.

С хрустом вошел в песок, заученным движением ударил по кнопке на одном из ремней. КПП отлетел в сторону, а Вильям кувырнулся вперед, гася инерцию падения. В наушниках слышалась чья-то изощренная ругань.

– Все целы? – поинтересовался Ли. – Перекличка. Абрамян, начинай.

Вильям с тревогой вслушивался в голоса товарищей, ожидая, что кто-нибудь не отзовется. Но все оказались живы и через пять минут собрались вокруг командира.

– За мной, – приказал Ли. – До цели еще не один километр.

– А кто же по нам стрелял? – удивился Гаррисон.

– Зенитчики, – отозвался маленький китаец. – Но ими займутся другие. Вперед!

На фоне песка легионеры, наряженные в маскировочное обмундирование для джунглей, смотрелись как отряд попугаев на льдине. С таким же успехом можно было вырядиться в маскарадные костюмы.

К счастью, боевые симуляторы не различают цветов, реагируя только на движение.