Генеральный 7 (СИ) - Коруд Ал - Страница 37

После брифинга Гусев отправился в кабинет «куратора». Тот молча выставил на стол стаканы со льдом и плеснул туда кубинский ром. Проверенное средство от хандры и болезней.

— Сергей, скажи на милость, зачем мы влезаем в этот гадюшник?

— Решения принимаем не мы, а там, — человек из разведки показал на потолок. — Наше дело телячье. Обоссался и стой.

— Парашютисты не мальчики для битья.

Куратор, с которым они были знакомы еще с рейдов по пескам Сирии, придвинулся ближе и снизил тон.

— Я тебе не говорил, но с моторизованной бригадой прибудет усиление.

Гусев молча отпил напиток и прикинул. Тогда все сходится. Они одним рывком захватывают важный и самый большой в Катанге аэродром. Никто такой наглости точно ожидать не будет. Европейские силы, присматривающие за режимом Мобуту, все равно не смогут прибыть так быстро. Бельгийцев там на один батальон. На весь регион. А моторизованная бригада с «инструкторами» — это сильно. Затем на аэродром будут переброшены резервы и тылы. Тогда их оттуда фиг сдвинешь.

— Спасибо, я тебя понял.

Ситуацию в бывшем Бельгийском Конго отлично можно описать словами одного европейского политического деятеля: — «Недальновидно и преступно было деколонизировать Заир, Судан, Нигерию и другие страны в рамках тех границ, которые существовали со времен колоний. Эти государства — абсолютный географический нонсенс. Западные страны-участницы Берлинской конференции 1884 года, определившей раздел сфер влияния в Африке, несут сегодня ответственность за те хаос и насилие, что стали нормой в новых свободных странах Черного континента».

Столкновение интересов западных корпораций, местных народностей, а также привнесенные извне революционные настроения. Все это быстро превращало вновь образованные государства в очередные горячие точки. Заир был в этом плане крайне показателен. Можно вспомнить, что один из сподвижников Патрисы Лумумбы Лоран-Дезире Кабила в 1967 году основал Народную революционную партию и поднял восстание против режима Мабуту. В 1967 Кабила со своими бойцами стал базироваться в горном районе провинции Южная Киву, западнее озера Танганьика. Там Кабила основал свою Народно-революционную партию, а затем, при поддержке Китая, создал в Южной Киву сепаратное марксистское государство. Кабила провёл там коллективизацию сельского хозяйства, организовал добычу и контрабанду полезных ископаемых, а также обложил данью прилегающие районы.

Командиры правительственных войск в тех районах боялись бойцов Кабилы и поэтому поставляли ему вооружения и припасы в обмен на ограничение рейдов-грабежей. К середине 1970-х годов Кабила существенно разбогател, он обзавёлся собственными особняками в столице Танзании Дар-эс-Саламе и в столице Уганды Кампале. Он стал региональной силой, с которой требовалось считаться, Кабила собирался свергнуть диктатора Мобуту, но по степени авторитаризма его правление мало отличается от существующего режима. На практике политический курс Кабилы был смесью капитализма с коллективизмом.

Начался же бардак с того, что главнокомандующий вооружёнными силами Демократической Республики Конго Мобуту пришёл к власти 24 ноября 1965 года после государственного переворота и стал диктатором. Он изменил название страны с Конго на Заир. Этому предшествовало ожесточенная политическая борьба. Если коротко о ситуации: просоветского антиколониалиста Лумумбу свергают Касавубу и Мобуту, поддержанные Бельгией+США, вероятно, Бельгия как проводник интересов Великобритании — убийство Лумумбы сепаратистом Чомбе — затем устранение Чомбе войсками ООН — «Примирение» Касавубу и Чомбе, Чомбе громит повстанцев, отставка Чомбе после выполнения этой миссии. — Конфликт Касавубу и Чомбе, к власти приходит Мобуту. Вот такие расклады в экваториальной Африке.

И именно в семидесятые между западными державами разгорелась «Большая игра» за Катангу, южную провинцию Демократической Республики Конго. История эти была старой. Примерно с 1856 по 1891 год на территории Катанги существовало королевство Йеке, которое контролировало единственный торговый путь через континент с востока на запад. Когда королю Бельгии Леопольду II сказали, что королевство Йеке контролирует торговлю между востоком и западом и богато медью и, возможно, золотом, он отправил экспедицию, чтобы попытаться заключить договор о присоединении королевства к его Свободному государству Конго. Сесил Родс также отправил экспедиции, чтобы включить королевство в состав территории его Британской южноафриканской компании. «Схватка за Катангу» была выиграна посланной Леопольдом экспедицией Стейрса, которая положила конец королевству, убив его правителя Мсири, и захватила территорию для СГК, но со своей собственной администрацией, пока она не была более тесно включена в Бельгийское Конго.

Когда Бельгийское Конго получило независимость, в июле 1960 года Катанга провозгласила себя независимым государством Катанга, что привело к вооружённому конфликту с центральными властями Конго. В январе 1963 года провинция была возвращена в состав страны при участии миротворческих сил ООН. С 1971 официально называлась провинция Шаба. Она была богатейшей провинцией страны по природным ресурсам. Медь, кобальт, уран, кадмий, цинк, олово, серебро, золото и даже алмазы, это еще не весь список. Геологическая сенсация — так в конце XIX в. назвал Катангу бельгийский исследователь Жюль Корнэ. Экспорт катангского сырья давала больше половины доходов Заира, сюда вкладывали основные инвестиции иностранные корпорации и жестко контролировали ситуацию. На протяжении 1960-х годов бельгийская компания «Юнион минерьер дю О’Катанга» контролировала всю промышленную разработку полезных ископаемых в этой провинции ДРК.

К примеру, 1972 году общие запасы меди в месторождениях Катанги оценены в 90 млн тонн при среднем содержании 3,3–4%; годовая добыча составила 1,15 млн тонн металла. Добыча и промышленная переработка сырья меденосного пояса велась наиболее интенсивно в 1920−1970-е годы. Минеральное сырье Катанги — основа конголезской экономики, подорванной в середине семидесятых обвалом мировых цен на медь из-за кризиса и десятилетиями политической нестабильности, войнами и недостатком инвестиций.

Так что понятно, почему сразу после начала выступления Фронта национального освобождения Конго, который поддерживали власти Анголы, в него вмешался «Африканский корпус». Очередная межафриканская заварушка заинтересовала кого-то на самом верху. «Африканский корпус» всего лишь военное продолжение политики и сейчас выполняет приказ. Видимо, начинается стратегическое наступление в Африке. И возможно, что политическая карта этого континента в ближайшие десять лет несколько изменится. Именно на это намекнул командиру Родезийского Корпуса старший товарищ. Какова же была политическая ситуация в провинции на данный час? После поражения Чомбе в 1967 году несколько тысяч катангских жандармов отступили в Анголу. Под эгидой португальских колониальных властей 18 июня 1968 они создали свою организацию — Фронт национального освобождения Конго — FNLC. Укомплектованный этническими лунда FNLC включился в ангольскую колониальную войну на стороне Португалии.

При этом сложилось так, что противниками FNLC являлись партизаны консервативного ФНЛА, а не марксистского МПЛА. В середине 1970-х катангцы уже участвовали в ангольской гражданской войне на стороне МПЛА. Они признали установленный марксистский режим и даже приняли левую риторику. Между МПЛА и FNLC было заключено соглашения о взаимной помощи. Лидер Анголы Агостиньо Нето использовал FNLC в противостоянии с враждебным режимом Мобуту, правившим в соседнем Заире и поддерживающим антиправительственных партизан. И поэтому участие боевых частей режима Нето в начавшейся заварушке было делом понятным. И насколько Гусев помнил, недавно там же отмечалось появление парней из Латинской Америки. Если они будут сидеть за рулем бронетехники, управлять артиллерией, то за подмогу можно было не беспокоиться.