Спальня, в которой ты, он и я - Марс Эмма - Страница 62

А я про себя подумала: как легко удается Арману разгонять облака, сгустившиеся над нашим союзом, пожалуй, это – хорошее предзнаменование. Благодаря ему все встает на свои места, в голове проясняется, а под ногами возникает твердая почва. Если не брать во внимание ухудшение состояния мамы, можно считать, что наша свадьба совершается под счастливой звездой. Все складывается к лучшему…

– Как ты думаешь, может, пора открыть Анабель наш секрет? – седовласый управляющий по-мальчишески хитро подмигнул моему будущему супругу, как заговорщику.

– Пора, вы правы! До намеченного дня не так много осталось.

Секрет? О чем идет речь? Я содрогнулась, представив себе, какие тайны могли связывать их обоих, но пришлось быстро взять себя в руки, чтобы мое лихорадочное волнение было воспринято ими как девичье нетерпеливое ожидание чуда.

– Ну, давайте же! – поторопила я Армана.

– Хорошо. Прежде всего хочу, чтобы вы знали: все, кого вы внесли в список приглашенных, ответили согласием.

«Даже Фред?» – мысленно удивилась я.

– Затем хочу попросить вас помочь составить план рассаживания гостей за столом. Когда две с половиной сотни человек соберутся в одном месте, поздно будет об этом думать.

Правильно ли я поняла? Он действительно говорил о двухстах пятидесяти приглашенных? Это много больше, чем в моей записной книжке.

– Но где же мы будем принимать такое количество людей? – воскликнула я в ужасе, обводя взглядом просторную гостиную, где при таком стечении народа стало бы тесно, как в метро в часы пик.

– Справедливое замечание. Именно для того, чтобы решить эту проблему, решено установить в саду два шатра. Стоит упомянуть также, что под навесом расположатся сцена, бар с крепкими напитками, разные развлечения для гостей. В связи с тем что планируется фейерверк, предусмотрена охрана. Конечно, будет многолюдно, но, посмотрите на план, я нарисовал, как все можно расположить, похоже, толкотни удастся избежать.

– А если пойдет дождь? – заволновался Дэвид.

– Я связался по твоим каналам с «Weather Channel». Они дали четкий прогноз: над Парижем с пятнадцатого по двадцатое июня не прольется и капли дождя. Эти гарантии от самого авторитетного в мире агентства прогнозов погоды. Их услугами пользуется НАСА, если я не ошибаюсь, запрашивая информацию перед запусками своих спутников.

Ох уж этот Арман, старый волшебник Мерлин, у него на все есть ответ! И как Дэвид умудрился уговорить его так стараться ради меня?

– А как обстоит дело с тем, о чем мы договаривались?

– Не волнуйтесь, она непременно придет. Она даже обещала, что примет участие в вашей передаче в прямом эфире, Эль. Дату вы назначите сами.

– Гениально! – восторженно воскликнул Дэвид с юношеским пылом.

– Ну, разумеется, по согласованию с ней и в зависимости от ее занятости и от графика посещения Франции, – поспешил добавить Арман.

Я вынуждена была сделать вид, что не понимаю, о ком идет речь, похоже, как раз этого от меня и ждали.

– А о чем вы договаривались? О ком, собственно, речь?

Вместо ответа Арман вытащил из-под кипы своих бумаг последний CD певицы, которая будет выступать в день нашей свадьбы прямо здесь, у нас дома: ярчайшая звезда последних трех десятилетий собственной персоной!

Не то чтобы я была в полном восторге от ее музыки, но кто бы на моем месте не обрадовался тому, что подобная знаменитость выступит перед гостями на свадьбе?

– Зато ее агент был тверд и непоколебим: ее выступление продлится час, не более.

– Это сколько? – спросил Дэвид, – Песен пятнадцать?

– Да, примерно. Время на бокал вина и пирожное – в качестве бонуса, и то, если она согласится остаться еще на четверть часа после своего выступления.

Я не могла опомниться. Мадонна, богиня поп-музыки, не просто заедет на пять минут, чтобы пожелать нам счастливых лет совместной жизни, она же еще целый час будет петь для нас!

Дэвид сиял от восторга:

– Спасибо вам за все, Арман!

– Не стоит благодарности.

– Теперь позвольте остаться наедине с Эль на пару минут. Нам нужно поговорить.

– Ну конечно!

Темный силуэт исчез в направлении кухни, оставив после себя легкий аромат невзыскательного одеколона.

Если Луи был способен заставить трепетать мое тело, даже не прикоснувшись ко мне, то Дэвид обладал волшебным даром несколькими словами устранять мои детские страхи: я ни минуты не сомневалась в том, что сотворенные Арманом чудеса стали результатом его, Дэвида, инструкций и наставлений. Рядом с ним я перестала быть маленькой скромной девочкой, брошенной своим отцом и воспитанной матерью в нужде. Я становилась такой, какой он хотел меня видеть, в том числе в глазах всех остальных, и его подчиненных тоже: компетентной, уверенной в себе, успешной. Я с ума сходила от счастья.

Но как бы обласкана со всех сторон я ни была, пораженная в самое сердце его вниманием и желанием меня удивить и порадовать, я все равно чувствовала себя скорее зрителем, чем непосредственным участником тех событий, что мы обсуждали с Арманом, мне казалось, что я, как и другие, просто гость, гость на собственной свадьбе. Мне оставалось оценить по достоинству работу, сделанную посторонним человеком, но от моего мнения практически ничего не зависело, от меня требовалось приложить столь мало усилий, что я бы не удивилась, если бы в конце концов избранницей Дэвида была назначена другая. Запертая в золотой клетке, я упрямо претендовала на право хотя бы выбрать цвет своего насеста, мне хотелось вставить словечко на предмет содержания собственной кормушки. Вся организация предстоящего события казалась мне чересчур правильной, даже какой-то вынужденной, и так мало похожей на поспешную свадьбу Дэвида и Авроры, происшедшую на волне их обоюдной страсти!

– Есть еще один сюрприз, который я приготовил тебе напоследок…

Что-нибудь вроде прыжка с парашютом с самолета в свадебном платье – прямо на лужайку особняка Дюшенуа, как когда-то Джонни Холлидей приземлился на центральный стадион в Париже?

– Ну, скажи, скажи, что же это? – жеманно настаивала я.

Наша свадьба в прямой трансляции по всем каналам BTV и по Евровидению?

– У меня не было возможности до сих пор поговорить с тобой об этом… Знаешь, мне не хотелось бы отправляться в свадебное путешествие не важно куда, лишь бы картинка соответствовала общепринятой, как на почтовых открытках.

Мечта о песчаных пляжах и лазурном море вмиг растаяла перед мысленным взором, правда, я не особо по этому поводу огорчилась. Я понимала, у нас вся жизнь впереди и в наличии необходимые средства, чтобы позволить себе такого рода прихоть тогда, когда будет желание. Однако я продолжала расспрашивать его притворно капризным тоном:

– Пусть так, но куда же мы поедем?

– На море… Но не на край света. Это здесь, рядом. Во Франции.

– Ты хочешь, чтобы я сама догадалась? Верно?

Мое невинное предложение, казалось, поставило его в затруднительное положение.

– Нет… Определенно, нет. Но я хочу, чтобы ты знала: это место дорого моему сердцу как никакое другое. Больше даже, чем родной дом. И я хочу, чтобы ты разделила его со мной.

– Хорошо, – согласилась я, улыбнувшись в знак полного доверия. – Но ты не хочешь мне говорить, где это, до того, как придет время? Или я ошибаюсь?

– Нет, ты права!

После этих слов он опять просиял и улыбнулся как кинозвезда.

Но я уже обдумывала следующий вопрос, который должен был стереть улыбку с его лица.

Берег моря… Настолько важное место, до такой степени значимое для него, что именно там он намеревался провести со мной первую брачную ночь… Паломничество к святыне, которое, как он, видимо, предполагал, окажет терапевтическое воздействие на его измученную душу благодаря нашей любви. Какое другое место он мог иметь в виду, если не скалистые камни бухты, где погибла Аврора?

Короче говоря, мои мысли и язык вышли из под контроля, и меня понесло:

– Скажи, то кольцо, что ты мне подарил…