Разбитые песочные часы (ЛП) - Борн Дж. Л. - Страница 37

Отжимания — 90

Бег на беговой дорожке, 1,5 мили — 10:58

На высоте 90 000 футов над воздушным пространством Китая

Высоко над Землёй треугольный самолёт двигался со скоростью 6 Махов, его сенсоры были настроены на мониторинг ситуации на территории Китайской Народной Республики.

— Это «Глубокое море», выхожу на позицию. Бохай, приём, — механически приглушённый голос пилота звучал через кислородную маску.

— Сообщите высоту, «Глубокое море».

— «Глубокое море» на высоте 90 тысяч футов, скорость — 6,1 Маха.

— Понял, «Глубокое море». Сегодня двигаетесь немного медленнее. Каков обзор?

— Камеры развёрнуты. Изменений с прошлой миссии нет. Около 20 % Пекина всё ещё в огне, признаков нетрадиционного взрыва в зоне действия сенсоров не обнаружено. Всё по-прежнему, Главная база.

— Принято. Думаешь, успеешь сегодня выполнить вылет на Москву, «Глубокое море»?

— Главная база, это 3200 морских миль по прямой. Я могу быть там через 38 минут. Приоритет 1?

— Нет, «Глубокое море», на данный момент не приоритет 1.

— Понял. Остаюсь на задании Центрального оперативного командования, приоритет 1 — текущий сектор.

— Принято, «Глубокое море». Просто проверяли твою доступность.

Чёрный самолёт продолжил гиперзвуковое патрулирование над регионом Бохай. Пилот направил мультиспектральную камеру на площадь Тяньаньмэнь для оптической калибровки и переключился с электрооптического режима на тепловой.

Сотни тысяч движущихся нежити регистрировались как холодные объекты.

Затем пилот начал вводить ключ доступа на многофункциональном дисплее, чтобы получить координаты объекта — места, которое, как он знал, хранило в своих недрах нечто настолько засекреченное, что даже несанкционированное знание о нём могло стоить жизни — ещё до появления аномалии.

Скоро, возможно через неделю, оперативная группа «Песочные часы» войдёт в Бохайский залив, а затем — в китайские территориальные воды. Пилоту будет поставлена последняя приоритетная задача — одно задание в этом районе во время вторжения в поддержку «Песочных часов».

После этого оставаться здесь станет небезопасно — учитывая то, что, как он подозревал, могло быть запланировано для их эвакуации.

Продолжая разведывательный маршрут, аппарат делал тысячи цифровых фотографий и видеозаписей высокой чёткости. Эти данные будут проанализированы и переданы оставшимся силам Центрального оперативного командования, после чего информация поэтапно поступит через военное командование к Объединённой оперативной группе «Песочные часы» для планирования миссии.

Сам факт существования этого самолёта — и даже сведения о его возможностях — был надёжно скрыт в рамках многотриллионной программы особого доступа с чёрным бюджетом, со времён, когда правительственные акронимы и кодовые имена ещё имели значение.

ГЛАВА 34

Авианосец «Джордж Вашингтон»

Доктор Деннис Брикер вытер пот со лба рукавом халата, накладывая очередной шов на локоть ребёнка. Джен помогала ему — она хорошо знала маленького пациента.

— Дэнни, тебе нужно быть осторожнее. На корабле полно опасностей. Ты запросто мог разбить голову.

Дэнни избегал взгляда Джен. За месяцы выживания в «Отеле 23» она стала для него почти тётей.

— Простите, мисс Джен. Я просто веселился и играл в зомби.

— В зомби? Зачем ты так делаешь? — спросила Джен.

Доктор Брикер затянул очередной шов, и Дэнни поморщился от боли.

— Ай! — мальчик слегка дёрнулся. — Ну, мы играем, потому что это весело. Так моим друзьям не так страшно по ночам.

Брикер прислушивался, анализируя слова и поведение Дэнни.

— Чего вы боитесь, Дэнни?

— Боимся зомби на корабле.

— Дэнни, милый… Послушай, их здесь нет. Они далеко, на берегу.

Брикер завязал последний шов и сказал:

— Ну вот, молодой человек, всё готово. Не хочу снова видеть тебя здесь из-за швов: у нас почти не осталось ниток, и в следующий раз я буду зашивать тебя скобами. Понял?

Глаза Дэнни расширились от этой мысли.

— Спасибо, доктор Брикер. Спасибо, мисс Джен. Можно мне теперь уйти?

— Да, милый, всё готово, — ободряюще сказала Джен.

Дэнни спрыгнул со стола, натянул футболку через голову и вышел за дверь. По звуку шагов было ясно: как только дверь захлопнулась, он бросился бежать.

— Он ещё вернётся, — предсказал Брикер.

Джен вздохнула.

— Да, я знаю.

— Знаешь, Джен, я уже не в первый раз слышу про этих тварей на борту. Этот корабль больше тысячи футов в длину, более двухсот пятидесяти — в ширину и уходит под воду почти на семь этажей. Тут полно мест, где можно спрятаться. Есть уголки, где я сам никогда не был.

— Ты что, всерьёз думаешь, что военные держат их здесь? И с какой целью?

Брикер снял защитный экран и очки, посмотрев на Джен.

— Время от времени, ещё до твоего появления, мне поступали странные просьбы сделать что-то необычное — а потом помалкивать об этом. Ты работаешь со мной уже достаточно долго, так что я не вижу причин скрывать от тебя правду. Иногда кто-то из экипажа приносит образцы мозга и просит меня их проанализировать. У меня есть несколько таких образцов в хранилище. Я сказал им, что уничтожил их после анализа. Мы не оснащены трансмиссионным электронным микроскопом, поэтому я могу провести лишь обычное клеточное исследование, но мы работаем над этим. Мне приказывали провести только поверхностное медицинское обследование, однако я выполнял дополнительные тесты.

Джен соскользнула с металлического табурета и встала.

— Например, какие?

— Для начала я воспользовался медицинским счётчиком Гейгера. В мозговом материале обнаружились значительные всплески радиации. Не настолько сильные, чтобы навредить кому-либо — образец был слишком мал, — но этого хватило, чтобы кое-что понять. Например, что этот кусочек мозга — часть лобной доли, вероятно принадлежавшей одному из этих существ. Не тем, что двигаются как ленивцы, а одному из облучённых. Самое тревожное — за две недели до того, как я получил образец, не проводилось никаких разведывательных или спасательных операций на материке. Когда я получил его, он был очень холодным — из холодильника, гораздо холоднее комнатной температуры; я это зафиксировал.

— И что же нам делать?

— Ничего, Джен. Мы ничего не делаем и продолжаем заниматься своими делами. Нет смысла раскачивать лодку.

Испытывая отвращение, Джен вышла из медпункта, не снимая лабораторного халата и не прощаясь.

Брикер крикнул ей вслед, в коридор:

— Джен, это останется между нами. Ладно?

Джен на мгновение подумала, что могла бы показать Брикеру неприличный жест на прощание, но здравый смысл подсказал ей, что это ничего не изменит.

ГЛАВА 35

Оперативная группа «Песочные часы» — Гавайи

РИБ-лодка врезалась в песок Оаху на скорости двадцать узлов, резко встряхнув бойцов внутри небольшого судна. Рико стёр брызги воды с капюшона и ПНВ и сделал выстрел. За ним последовали очереди из других карабинов с глушителями.

Стрелять точно было сложно — капюшон искажал обзор, — но мертвецы этого не замечали: они падали на песок, и волны накатывались на их тела.

Бойцы продвигались вглубь острова, используя темноту, чтобы избежать столкновений с большинством тварей. Они применяли инфракрасные лазеры, закреплённые на оружии, чтобы обозначать цели и не стрелять дважды в одно и то же существо. Солдаты действовали слаженно, группами. Комми перезаряжал магазины при каждой возможности.

Пробираясь дальше, они увидели на своём пути обломки большой парусной яхты — жертвы цунами или блуждающей волны. Сильно разложившиеся существа свисали с дверей, люков и разорванных снастей. И всё равно шевелились.

БПЛА над их головами передал, что за яхтой нет засады из толп мертвецов, однако концентрация нежити по-прежнему оставалась высокой. Не так эффективно, как «Предатор», но придётся обойтись этим. Даже если бы у них был «Предатор», для его запуска и посадки потребовались бы огромные ресурсы и полноценный аэродром — а ничего подобного на кормовой палубе быстроходной атомной подводной лодки не имелось.