Разбитые песочные часы (ЛП) - Борн Дж. Л. - Страница 61

Ларсен провернул ручку и открыл ящик — свет упал на предметы, которые редко его видели.

— Хорошо, давайте рассаживаться.

За военным столом было место только для шестерых, поэтому Комми встал позади Ларсена. Капитан сломал печать на пакете с документами и достал стопку бумаг — они лежали там с тех пор, как «Вирджиния» покинула панамские воды.

— Хорошо, большинство из вас, думаю, в общих чертах знают, где находится объект. С учётом этого я передам снимок со спутника по кругу. «Вирджиния» сейчас здесь, — Ларсен указал на устье реки в самой западной части Бохайского залива. — На самом деле объект находится в районе Тяньцзиня, к юго-востоку от Пекина. Прошу прощения за обман, но если бы лодку взяли штурмом, я не мог рисковать утечкой данных. Никто на борту, кроме присутствующих в этой комнате, не знает истинного и точного местоположения объекта. Именно поэтому БПЛА не могут сопровождать вас до самых дверей. У нас нет выбора: во время операции мы вынуждены оставаться на поверхности, чтобы поддерживать с вами связь, а также сохранять канал передачи данных с беспилотниками «Скан игл». Эти аппараты будут охранять подлодку, отслеживая угрозы, пока вы будете проникать на объект.

— Есть вопросы? — спросил Ларсен, обводя взглядом собравшихся за столом.

Кил поднял руку:

— А как насчёт части плана с захватом китайского вертолёта на близлежащем аэродроме?

— Это был необходимый обман, чтобы ввести в заблуждение тех, кто не посвящён в детали: вы будете штурмовать объект не в Пекине. Район Тяньцзиня менее населён, и, как видите, объект находится всего в пяти милях от реки вглубь суши, — ответил Ларсен.

Рико толкнул локтем Рекса, не желая задавать вопрос сам.

— Ладно, спрошу я. Сэр, как мы будем подниматься вверх по реке? В темноте легко заблудиться — на спутниковом снимке видно множество ветхих речных причалов и прочего. Жёстконадувная лодка будет шуметь и привлечёт внимание с обеих сторон. Это может создать проблемы. У нас больше нет GPS, и будет сложно выбрать правильный берег для высадки.

— Да, именно поэтому «Вирджиния» поднимется вверх по реке. Мы будем так близко к берегу, что вы сможете вручную догрести на жёстконадувной лодке, если захотите, или даже доплыть — хотя я бы этого не советовал. Наблюдатели на верхней палубе докладывают о телах в воде. Их много, и некоторые всё ещё двигаются. Наша инерциальная система навигации работает исключительно на внутренних лазерных гироскопах и не зависит от внешних GPS-сигналов. Мы подойдём к месту высадки с точностью до сантиметра. Кроме того, наш лучший оператор сонара будет находиться на посту — он поможет провести «Вирджинию» через мелководье.

— Так что же мы на самом деле ищем? — спросил Кил.

Ларсен перелистнул несколько страниц в документах миссии и остановился на фотографии, сделанной под углом и, похоже, тайком:

— Это «Зеро», или то, что китайцы обозначили кодовым именем ЧАНГ. Передайте фото по кругу.

На снимке было изображено нечто, заключённое в глыбу ледникового льда по шею. На нём был костюм из какого-то сплава. Лица не было видно сквозь визор шлема. Единственным признаком того, что оно всё ещё движется, были странные, искажённые положения рук, частично выступавших из ледяной глыбы.

— Шлем всё ещё на нём. Они его не сняли? — спросил Кил.

Ларсен быстро ответил:

— Нет, не сняли — или, по крайней мере, не снимали, пока президент Китая не приказал это сделать. По нашим данным, этот приказ был отдан в начале декабря прошлого года — согласно перехватам АНБ, которые нам удалось получить. Сроки, разумеется, безупречны. Мы не можем это доказать, но КОГ считает, что аномалия началась, когда китайцы нарушили целостность костюма ЧАНГ. Думаю, вы все знаете остальную часть истории — в трёх измерениях.

— То есть мы добираемся до объекта, проникаем внутрь и находим эту штуку. А дальше что? — сказал Рекс.

— Вы обезвредите её и доставите на лодку. Мы заморозим её в модифицированной торпедной трубе, которую подготовили, и транспортируем учёным КОГ, — ответил Ларсен.

— При всём уважении — ни за что, — заявил Кил. — Вы хотите, чтобы я привёз эту штуку на лодку, пока она ещё функционирует, а потом сделал её своим соседом по каюте на всём пути домой? Я не совсем понимаю, что это за штука, которую вы называете ЧАНГ, но могу сказать вот что: во время моего командования в «Отеле 23» мне пришлось штурмовать захваченный катер береговой охраны. Всего три облучённых мертвеца смогли вывести его из строя. По крайней мере, на катере выжившие могли бы спастись, прыгнув за борт. Если на борту этой лодки произойдёт вспышка заражения, спрятаться будет негде. С чего вы взяли, что это хорошая идея?

— Это приказ высшего руководства. Прямо с самого верха, и мы его выполним, — спокойно, но твёрдо заявил Ларсен.

— Я много слышал про КОГ. Кто они и где находятся на самом деле? — спросил Кил.

— Программа обеспечения непрерывности государственного управления в том виде, в каком она существует сегодня, была создана задолго до нас с вами. Они располагаются на объекте, в народе известном как «Пентагон два», и принимают стратегические решения с тех пор, как был убит президент и сброшены ядерные бомбы. В совокупности они обладают всей полнотой власти исполнительной ветви, а значит, имеют законные полномочия в отношении вооружённых сил — и, соответственно, в отношении вас, командир.

— Допустим, я соглашусь с вами и мы найдём этого ЧАНГ — или что бы это ни было. Но как, чёрт возьми, мы его обезвредим? Скотчем на сто миль в час? Или отборным матом? Единственное, что когда-либо помогало против них, — пуля в голову. Их нельзя приручить, с ними нельзя договориться. Они — ходячие вирусы, которые хотят только заражать и продолжать заражать, — выпалил Кил, понимая, что его напор не производит на Ларсена особого впечатления.

— Перед вашим прибытием с авианосца мы получили от КОГ несколько предметов. Мандей, принеси оружие.

Через несколько мгновений командир Мандей вернулся с громоздким устройством, больше напоминавшим огнемёт.

— Это пенный пистолет контроля роя, или ППКР. У оружия два сопла, которые выстреливают двумя разными химическими веществами — они вступают в реакцию, когда смешиваются на воздухе. В течение нескольких секунд состав затвердевает до состояния, схожего с бетоном. Выстрелите в ЧАНГ из этого — и он будет обездвижен. Затем мы обтешем пену, чтобы поместить его в модифицированную торпедную трубу. Если случится что-то плохое, мы просто выстрелим им в океан, как гигантским инопланетным дерьмом. Никаких хлопот — пусть акулы с ним разбираются, — сказал Мандей, кладя инструкцию на стол.

Кил сразу обратил внимание на формат шрифта и на то, как он был нанесён на водонепроницаемую бумагу.

— Где они взяли это оружие? — с подозрением спросил он.

— Мы не уточняли. А что? — спросил Ларсен.

— Да так, просто любопытно, сэр.

— О, теперь вы хотите обращаться ко мне «сэр» после того, как устроили бунт и проявили неповиновение?

— А как бы вы поступили на моём месте, сэр?

— Именно поэтому я спускаю это с рук и не запираю вас в рефрижераторе, торпедной трубе и не отдаю под трибунал.

Кил понимал, что Ларсен не вполне серьёзен, но всё равно сделал вид, будто слова произвели на него нужный эффект.

— ЧАНГ — не единственная цель, — добавил Ларсен. — Вы также должны забрать вот это. — Он указал на фотографию прозрачных объектов кубической формы. — Это то, что мы могли бы назвать жёсткими дисками. Комми знает больше. Давай, рассказывай.

— Да, сэр. Это устройства хранения данных — они хранят субнаноскопические данные, нанесённые лазером, в трёх измерениях внутри кубов. В одном таком кубе может поместиться в разы больше информации, чем содержится во всей истории человечества. Возможно, их там больше одного. Китайцы, скорее всего, никогда не понимали, что это такое, и у них не было роскоши в виде десятилетий на то, чтобы разработать примитивное устройство для считывания данных.