Ночная Охота (СИ) - Кронос Александр - Страница 9

Боль. Кажется сейчас я состою из неё полностью. Переломанные кости, лопнувшие внутренние органы, разорванная плоть. Слишком сильно он кинул меня в стену.

Тем не менее, я двигаюсь. Сам не понимаю как. Сознание почти гаснет — тело действует на рефлексах.

Вот место, где меня накрыло электричеством. Подхватываю собственный нож. Разворачиваюсь.

Чжун орёт что-то невнятное на китайском. Тэкки высадил в него целый магазин, но ханец жив. Только под правыми нижними рёбрами что-то пульсирует. Прямо там, где обычно находится печень.

Бросок. Отталкиваюсь от трупа. Удар. Лезвие входит в надутую кожу, под которой что-то пульсирует.

Япская хреновина! Меня обдает настоящий фонтан жидкости. Воняющей белой дрянью. Желудок выворачивает наизнанку — отпрыгнув в сторону, я попросту валюсь на пол. Воняет невыносимо.

Чжун хватает за свои рёбра. Тэкки, который обнаружил цель, начинает снова палить. Варраз внутри. Стреляет почти в упор.

— В голову! — рявкаю я, чувствуя как искажается собственный голос.

Гоблин слышит. И наконец меняет прицел. Укладывает три пули подряд прямо в лицо Чжуна. Сразу бы так.

Всё? Они все сдохли? Надо бы достать кубик. Тот самый, что сделан по технологии свенгов — сегодня я прихватил их с собой.

Выстрел. Что? Куда это Тэкки снова долбит?

Приподнимаюсь. Поворачиваю голову. Варраз стреляет по дверному проёму, через который мы сюда ворвались. Что куда хуже — оттуда тоже отвечают пулями.

Глава XI

Кубики. Сначала они. Мешочек на поясе. Пальцы дрожат так, что попасть в завязки удаётся с третьей попытки. Вываливаю сразу три на ладонь. В рот. Зубы раскалывают прессованное мясо. Челюсть отзывается вспышкой боли. Жую. Глотаю. Ещё два.

Чтоб им совет директоров голышом вести! Как меня сейчас выкрутило.

Жажда. Она хуже боли и сломанных рёбер. Рот — сухая пещера, в которой язык разбух и просто висит без дела. Глотка склеилась. Телекинез выжрал из меня всю воду до капли, а свенгские кубики всосали остатки жидкости. Желудок едва не рвёт на куски.

Вода. Где-нибудь должна быть вода.

Тэкки стреляет. Гильза звенит о пол. Ответная пуля выбивает крошку из стены. Варраз ещё держит позицию. Значит, у меня есть время. Немного.

Позволяю инстинктам взять навигацию на себя. Тело разворачивается и несётся к стене — там полки. Шкаф. Бутылки. В темноте не разобрать, но нос работает. Сивуха, какой-то вискарь, чистый спирт — от всего этого станет только хуже. А вот это… Широкий пузатый кувшин, литра на три. Запах — с горчинкой пережаренного зерна. Холодный чай. Лучшая вещь на свете.

Срываю крышку. Припадаю губами к широкому горлу. Поднимаю кувшин дрожащими руками. Чай течёт по подбородку на грудь. Прохладная горечь. Желудок принимает с такой жадностью, будто внутри не орган, а воронка.

Регенерация взвывает. Жар прокатывается по телу. Рёбра хрустят, срастаясь в единое целое. Ожоги стягиваются, покрываясь свежей кожей. Чувствую себя так, как будто кто-то чинит меня изнутри паяльником. Без анестезии.

Ещё кубик. Запить. Повторить. Мясо и чай — не самое изысканное сочетание, но зверю внутри всё равно. Он жрёт, и тело слушается всё лучше.

Снова стрельба. Щёлкает затвор пистолета Тэкки и тот меняет магазин. Последний, если я правильно считал.

Хватит жрать. Пора приниматься за дело.

Ставлю кувшин на пол. Вытираю рот тыльной стороной ладони. Пальцы больше не дрожат. Мозг начинает работать.

Рациональная часть меня оценивает ситуацию. В коридоре — минимум четверо. Показаться все и сразу они не могут — одновременно стреляют только двое. Но это всё равно немало.

Пути отхода? Есть вариант уйти через крышу, куда можно попасть отсюда. Внутренний параноик неожиданно протестует. Ему кажется, что надо вырезать всех в этом здании. Но я всё равно не собираюсь отступать. Не сейчас.

Револьвер. Откидываю барабан. Вытряхиваю стреляные гильзы — шесть латунных цилиндров звенят по ковру. Достаю патроны из кармана. Вгоняю в каморы на ощупь.

Скользящими шагами добираюсь до двери. Тэкки — у косяка, целится в темноту коридора. Хлопаю по плечу. Показываю кулак — стоп. Варраз замирает.

Наклонившись, поднимаю с пола откатившуюся сюда кружку. Тяжёлая керамика, с отбитым краем.

Присаживаюсь у проёма. Вслушиваюсь. Дыхание — двое рядом, метров пять-шесть. Шёпот. Ещё пара дальше, у лестницы — слышу, как о чём-то спорят. Один из ближних перезаряжает — металлический щелчок магазина. Ждут, что мы выйдем? Или придёт подкрепление снизу?

В любом случае — не дождутся.

Замах. Кружка летит в проём — вверх, в потолок. Звонкий хлопок разлетающейся керамики. Крик на китайском. Один с перепугу лупит вверх — пуля высекает бетонную крошку.

Их стволы смотрят вверх. Внимание тоже обращено туда же.

Выскальзываю в проём. Зверь воет, умоляя выпустить когти и порвать их на куски. Рациональная часть накидывает на него стальную удавку. Никаких когтей. Сейчас — только свинец.

Первый — высунулся из-за угла. Ствол ещё задран к потолку. А мой палец на спусковом крючке. Выстрел. Пуля в лицо. Валится.

Вот и второй. Высовывается, собираясь стрелять. Моё тело ещё переполнено болью, но мощь внутреннего зверя позволяет его опередить. Вгоняю пулю в голову.

Третий вдруг выскакивает на середину коридора. Сразу с двумя пистолетами, по одному в каждой руке. Пьяный и излишне уверенный в себе. Не успевает сделать ни единого выстрела — пуля бьёт в лоб.

Четвёртый оказывается умнее. Бросается вниз по лестнице. Слишком медленно — я оказываюсь на площадке, когда он ещё не промчал пролёт. Укладываю пулю точно в затылок.

Теперь назад. Через пропахший пороховым дымом коридор.

— Магазины трофейные собери, — бросаю на ходу Тэкки. — Если не подойдут, замени ствол целиком. Дежурь у лестницы. Стреляй во всё, что движется.

Варраз кивает. Исчезает в коридоре. Я же делаю ещё несколько шагов. Снова открываю барабан, выбрасывая стреляные гильзы. И обвожу взглядом комнату.

Времени совсем мало. Уходить надо бы прямо сейчас. Через крышу, по пожарке, а потом раствориться в предрассветных сумерках.

Но покидать самое сердце этого осиного гнезда с пустыми руками мне абсолютно не хочется.

Глава XII

Оставлять сердце вражеской территории без досмотра — непозволительная роскошь. Рациональная часть меня требовала компенсации за потраченные ресурсы и риск.

Взгляд скользнул по стене за разбитым столом. Массивный стальной сейф, вмурованный в кирпичную кладку. Дверцу перекосило от случайного разряда электромага, но металл держал. Без автогена тут ловить нечего. Паролей я не знаю, а мертвецы кодов не выдают.

Однако, у денег есть запах. Особенно когда их много. Старая бумага, типографская краска и человеческий пот. Зверь внутри мгновенно взял след, отсекая вонь пороха и горелого мяса.

Шаг влево. Под ковром, у массивной ножки стола. Доски здесь пахли иначе.

Отшвырнул край ковра ногой. Выпустил один коготь, подцепил скрипучую половицу и с хрустом вырвал из пазов.

Тайник. Плотный, увесистый пакет в целлофане. На ощупь — купюры. Заметно шире обычных имперских рублей. Но с этим буду разбираться потом. Пакет отправился за пазуху.

Теперь — маги. У «электроника» на левом запястье тускло блестел широкий браслет из тёмного металла, покрытый мелкой вязью. Сдёрнул. Шагнул к тому, которого уложил первым. С закоченевших пальцев снял массивный перстень с мутным камнем. Оба трофея — в карман штанов. Потом разберёмся, что за хреновины.

Оставался Чжун. Присел над развороченным телом. Быстро прохлопал карманы, стараясь поменьше пачкаться. В заднем нащупал плоский тяжёлый смартфон. Забрал. Телефоны — кладезь контактов и переписок. Это я усвоил ещё на прежней работе. Правда, тогда речь шла о корпоративных айфонах, а не о мобильниках мёртвых китайских бандитов.

Что ж. В квартале уже выли сирены, но оставался ещё один момент, который никак нельзя упускать. Метка.