"Фантастика 2026-71". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Иванович Юрий - Страница 251

Причем такую машину, которая слушалась лишь того женского голоса, хозяйка которого за несколько мгновений до того «подкормила» вводящим в транс нектаром. Слуховая зависимость продолжалась более чем сутки, так что обездушенным рабом, лишенным собственной воли, можно было легко управлять годами, а то и десятилетиями. Лишь бы хватило средств на шауреси и желания на конкретного саброли.

Не менее поразительными оказались и сведения о месте, способе производства наркотика и конкретном имени самого главного виновника творящихся безобразий.

Создавали нектар лишь в одной-единственной на все королевство, да и на весь мир «Башне Иллюзий». Это массивное, древнее сооружение из каменных блоков находилось не так далеко от гостиницы «Ембадур» и напоминало собой циклопическую колонну диаметром в десять и высотой более шестидесяти метров. Своего рода уникальный небоскреб, похожий на остаток роскоши древнего, давно канувшего в Лету мира.

Несколько противоречивые сведения имелись о способе производства. Одни говорили, что внутри башни произрастает удивительное дерево, которое через надрезы в стволе дает людям розовый дурман. Другие утверждали, что внутри пульсирует вулкан, а может быть, и гейзер с определенной суспензией, которую потом с помощью различных компонентов и ингредиентов четвертого эфирного слоя и преобразуют в шауреси. Третьи ссылались на древние легенды, согласно которым во внутреннем стержне башни существовала сразу сотня стационарных желтых пирамидок накопления энергии, помещенных сюда в незапамятные времена, и именно такое вот чрезмерное сосредоточение силы и «выдавливает» наркотик из никому неведомого подпространства.

Скорее всего, правды не знал никто, потому что неоднократно и громогласно заявлялось, что в случае необходимости будет без особого труда выстроена другая башня в любом месте не только Хаюкави, но и всего королевства Колючие Розы. И вот тут сразу же всплывало имя главного виновника. Ибо заведовала Башней Иллюзий не кто иная, как королева. А точнее сказать, в ее лице – вся многовековая монаршая династия Харицзьялов. Все производство, ценообразование, продажа и распределение доходов находились во власти ее величества. И видимо, вырученных средств хватало, чтобы жить в свое удовольствие и без второй подобной башни. Вдобавок перепроизводство всегда приводит к удешевлению товара, и толку непомерные усилия не принесут в конечном итоге ни малейшего. Это если отбросить в сторону заведомую ложь по поводу уверенной постройки дубликата. Могли ведь и ради красного словца делать такие заявления.

Но первая мишень для первой атаки в Колючих Розах для Загребного определилась. И в то же самое утро он принял решение как можно быстрее снести ненавистную для мужчин и демонов башню с лица Изнанки.

Вот только принять решение – это одно, а удачно и, что весьма немаловажно, быстро осуществить задуманное – совершенно другое. Тем более что и другой первоначальной цели никто не отменял: срочный поиск Федора. Ну и попутно приходилось решать второстепенные задачи и лавировать в суматохе ежечасно меняющейся ситуации. Потому что еще не успел граф Сефаур доехать в карете до главной цитадели города, как его догнал посыльный гостиницы с важной государственной депешей. На плотной, изукрашенной разноцветными вензелями бумаге в пышных выражениях сообщалось, что, дескать, его прошение принято, рассмотрено и ее величество уже сегодня даст гостю из далекого Сапфирного королевства личную аудиенцию. А на завтрашний день его предупреждали заранее о намечающемся бале, который состоится сразу вместе с ужином все в том же королевском дворце.

Семен закончил чтение бумаги вслух и пожаловался внимающей ему Люссии:

– До чего уверены в моей осчастливленной безотказности: даже ответа не стали дожидаться! Словно и не сомневаются, что я прибегу и буду прыгать перед ними на задних лапках!

– Но ты же сам к этому стремился. Или нет?

– Кто знал, что они так быстро отреагируют! То месяцами посольства соседей игнорируют, а тут еще не успел как следует попросить, как они в родственники зачисляют. К чему бы это? Да и дел у меня сейчас – невпроворот! Как мне прикажешь еще по полдня тратить то на аудиенцию, то на балы всякие. Не ровен час – еще и танцевать заставят.

– Но ты ведь умеешь! – засмеялась демонесса. – Или разучился?

– Умею. Но желаю танцевать только с той, что мне по нраву, а не с кем мне здешние традиции матриархата распорядятся.

Они бы еще долго обсуждали вопросы, возникшие в связи с быстрым ответом из королевской канцелярии, если бы карета не подъехала к цитадели. Как и во всем мире, здесь существовало сразу несколько очередей: общая; для тех, кто очень спешит; для тех, кто очень спешит, но имеет очень много денег; и для тех, кто никуда не спешит, но просто не осознает самого понятия «очередь».

Уже постепенно привыкающий к своему новому имени, граф Сефаур постарался сразу вознести себя в последнюю категорию посетителей. Парочка его помощников, которых не зря выбрали в Мраке из числа самых сообразительных гвардейцев, двигалась впереди и щедро раздавала более мелкие приношения мелким клеркам, тогда как сам Загребной вальяжно прошествовал прямо в кабинет коменданта цитадели. И когда тот уставился на него с немым вопросом, стал со вздохом рассказывать:

– Племянник моей жены тут влип в неприятную историю… – Истинную степень родства он раскрывать не спешил. – А ты ведь знаешь, как они могут достать до самых печенок?..

Комендант поначалу просто сдержанно кивнул с истинной мужской солидарностью, но сразу превратился в закадычного приятеля, как только к нему оказалась придвинута стопка в пять золотых монет. Потом внимательно прислушался к имени проданного раба и даже не стал ждать ссылки на конкретное постановление королевского суда. Сразу воскликнул:

– Помню! Хочешь узнать, где этот парень? – В ответ на кивок достал из шкафа за своей спиной лист бумаги и зачитал: – Такой-то… тогда-то… был продан за столько-то… госпоже такой-то… проживающей там-то…

Гость вздохнул с облегчением, прочувствованно сказал «спасибо» и сделал начальное движение, намереваясь встать, но замер от произнесенной словно невзначай фразы:

– И внизу отметка: «перепродан»…

– Как? Кому и куда? – Вопросы вырвались совершенно непроизвольно.

– Ну откуда я могу знать?! Дальнейшие сведения уже на другом листке.

Честнейшие глаза коменданта выражали такие сочувствие, жалость и профессиональный укор, что Загребной чуть сам от стыда не сгорел. Двигая вперед очередную стопку монет, со скорбью признался:

– Такой скандал дома пережил…

– Эх, и у меня порой такое бывает… – На стол, очистившийся от денег, легла вторая бумажка. Так, что у нас здесь? Ага! Сумма продажи удвоилась, и парень убыл вот по этому адресу… Но! И оттуда оказался перепродан. Вот ссылка на следующий листик.

Невзирая на трагичность положения самого близкого ему человека, Семен еле сдержался от нервного хохота. Положил на стол еще пять монет и попросил:

– Ты мне сразу говори, сколько там у тебя листиков еще осталось?

– Увы! – печально вздохнул комендант. – Только один. – Но сразу же сообразил и поправился: – Повезло тебе, последний. Итак: продан графине Чизе Бонекью. Стоимость продажи повышена на шестьдесят процентов по сравнению с предыдущей. Ну а следующего листика и быть не может по одной лишь причине. И эта отметка обозначает не идущий следом документ, а…

Он даже откровенно повернул лист гостю для удобства чтения, но тот от переживаний никак не мог прочитать последние строчки:

– А что именно?!

– …что преступника, приговоренного к рабству, продали по удвоенной цене в демонический мир. На этом наш надзор над ним заканчивается…

В какой-то момент пришелец с Земли успел возненавидеть всех демонов Изнанки, и только тяжесть руки Люссии, легшая ему на плечо, своевременно вернула в действительность.

Глава пятнадцатая

Пир и чума?

Только когда Семен немного опомнился от пренеприятнейшего известия, до него дошел смысл и другой фразы коменданта, которую он вначале вообще почти не расслышал: