"Фантастика 2026-71". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Иванович Юрий - Страница 363

– Плиты! Выковыривайте плиты! – хрипел он, пытаясь раскрытым ртом набрать ставшего вдруг густым воздуха. – Закладывайте ход до самого потолка и подпирайте клиньями! Мечи не жалеть!

Ни вопросов, ни сомнений не последовало. Тем более что даже невидимая пока для остальных опасность кого угодно могла ввергнуть в панику только одними своими звуковыми эффектами. С первой плитой немного повозились, изломав два меча, но когда ее установили на зев тоннеля, работа пошла споро и в размеренном темпе. Одна каменная запора еще только громоздилась на вторую с помощью рычагов из нескольких бревен, а следующая уже подкатывалась на валиках к возводящейся башне. Хотя по любом здравом размышлении могло показаться, что и трех неподъемных плит хватит для изолирования чудовища.

О здравом смысле следовало забыть. Потому что данное место строили явно люди с больной психикой и дурными с клонностями к подлости. Именно так решил высший лорд-барон, когда осмотрел упершееся и заклиненное под сводом строение и скомандовал:

– Теперь по три плиты наложите по периметру лаза одна на другую!

К тому времени рядом уже находился разбуженный Готтэ.

– Что здесь происходит? От кого загораживаетесь?

– Темные демоны! – в отчаянии и досаде восклицал командир отряда. – И дался мне этот подземный ход! Без рыбы тоже все себя прекрасно чувствовали!

Продолжая руководить действиями воинов, Виктор, вновь усевшийся в сторонке, пересказал ход поисков и суть последних кошмарных событий. А в конце опять пожаловался:

– Представляешь, оно могло нас всех пожрать и не подавиться!

– Но ведь пока никого не сожрало! – резонно возразил Готтэ. – Да и кто это «оно»? Хоть опознал? Частенько хвастаешься, что один из лучших Мастораксов нашего мира окончил.

– Именно что хвастаюсь, – тихо соглашался иномирец. – Вот Мармеладка наша, та действительно училась, и сейчас бы наверняка подсказала, чем этого монстра прикончить. А я пуст, как бутылка в руках у пьяницы.

– Философское сравнение, но ведь у нас еще силы остались, порубим любую гадину на попоны для наших коней!

– Как бы оно нас вместе с мечами на схарчило! Не помню: кто, как, где, для чего и когда выращивал этих чудовищ, но упоминания о них в методиках встречались. К сожалению, я только название запомнил – каменная анаконда – и ее длину… Примерно…

– Конкретней?!

– То ли тридцать пять, то ли шестнадцать метров. – Виктор скривился. – Эти две цифры точно помню, а вот какая куда всовывается, понятия не имею.

– Э-э-э! Чему ты там только учился? – заохал с досадой господин посол. – Вон твоя сестра все знает – и уже императрицей стала! А ты?!

– Да, наверное, так простым высшим лордом-бароном и помру! – прохрипел иномирец и затрясся в бессильном смехе.

От этого напоминания Готтэ крякнул и виновато отвел глаза в сторону. Действительно нехорошо получалось: укорять восемнадцатилетнего парня, который еще год назад не знал ни одного закона великого рыцарства, а сегодня уже стоит всего лишь на второй ступеньке от высшего пьедестала власти баронства Жармарини. Небывалая карьера удивительного по физической и по духовной силе человека. И если бы самому Готтэ в тот памятный день, когда он познакомился за столом с восторженным, бредящим рыцарством парнем, кто-то сказал, что он разговаривает с будущим высшим лордом-бароном, ветеран бы такого недоумка и без вызова на дуэль забил бы насмерть кулаками. Подобного святотатства на то время он и предположить не мог. А вон оно как получилось: года не прошло, а несравненный иномирец уже и высшим послом правосудия командовать имеет право. Что, в общем-то, истинного товарища лишь радовало и заставляло наполняться сердце гордостью.

Одно огорчало: последняя фраза о смерти могла стать пророческой. Если не монстр вырвется из подвала, так подлые саниеровцы пойдут на штурм и сбросят всех жармаринцев в море. Несмотря на смех, смерть так и нависла над ними со своим покрывалом. Поэтому ветеран нахмурился и предупредил:

– Не каркай! Рано тебе еще умирать. Сам говорил, что шансов хоть отбавляй.

– Говорил. Но лучше бы эта гнида, – командир отряда с чувством сплюнул на пол, – нам эти шансы прибавила, чем убавила.

Словно в ответ на уничижительный плевок, земля под ногами содрогнулась! Это последовал первый удар снизу по возведенной каменной пробке. Плиты вроде как не шелохнулись, но все замерли, дожидаясь второго удара. Его предварил обиженный рык, прорвавшийся даже сквозь многослойную толщу уложенных друг на друга кусков скалы. Хотя пол повторно вздрогнул несколько слабее. Зато последующие удары последовали с завидной регулярностью.

– Во дает! – поражался Виктор. – Чего только ей не спится дальше? Всех зубов ведь лишится.

– Слушай, – оживился барон. – Может, эта каменная анаконда чуть порезвится да в море уплывет? Там воля, простор, много рыбки.

– Ты меня, что ли, уговариваешь? Так я ведь только за! Лишь боюсь, что анаконда застряла в тоннеле и теперь назад развернуться не сможет. Разве что похудеет со временем от голода.

– Ага! Как в том анекдоте: пока толстый демон похудел, все худые демонята издохнуть успели.

Упоминание о демонах заставило командира сконцентрироваться и встать. Еще минуту он прислушивался к ударам снизу и недовольному реву анаконды, а потом стал распоряжаться воинами:

– На первой вахте здесь останетесь вы вдвоем. Присматривайтесь к силе ударов и, если что-то пойдет не так, сразу дайте знать наверх. Через два часа вас сменят. Геберт, распорядись и выбери людей. – И уже наверху, когда они вышли во двор под моросящий дождик, с неохотой признался другу Готтэ: – До сих пор удивляюсь, как это мне удалось приостановить рассерженное чудовище. Что бы тут творилось, если бы оно сюда вырвалось?

На что посол, принюхавшись к доносящемуся из кухни запаху, оптимистически изрек:

– Зато рыбки жареной покушаем. – А потом и предложил: – Пошли пробу снимать?

Словно в ответ на повисшее в воздухе сомнение, из двери лазарета вывалился вестовой со стопкой металлических котелков и на вопрос командира доложил:

– Все раненые накормлены, ваша светлость! Даже те, что спали, от запаха проснулись. Теперь вновь укладываются. На стены тоже доставили первые порции дозорным.

Рыцарь-ветеран уже подталкивал друга к кухне:

– Самая пора и нам подкрепиться!

– Неудобно как-то, лишь недавно полкотла каши с мясом съел.

– Разве это недавно? Часов шесть прошло, утро скоро! Если бы не тучи над головой, уже бы рассвет наблюдали.

– Вот это мы провозились! А я не поверил ощущению, что голоден.

Сопротивляться искушающим запахам больше не было сил, и парочка лордов-баронов поспешила к стоящей осторонь башенке.

Прожаренная рыбка с хрустящей корочкой оказалась на диво хороша. Восхитительный вкус заставил обоих баронов на какое-то время совершенно позабыть о жутких неприятностях и смерти, нависшей над их головами. Стараясь не подавиться мелкими косточками, они поглощали подаваемые им прямо со сковород кусочки, попутно пытаясь припомнить, когда они вообще пробовали такое вкусное блюдо.

– Месяц назад на балу у верховного щуку подавали, помнишь? – вопрошал Готтэ.

– Хе! Да та щука и рядом с этой рыбкой не валялась, – с восторгом обсасывая кусочек хребта, восклицал Виктор. – Вот разве что повар барона Страйского мог нечто подобное приготовить. Не забыл, как мы тогда у него на загородной вилле славно развлеклись? Правда, чуток переборщили: пару столов сломали, бассейн разрушили.

– Вот потому и не помню про рыбные блюда, – признался посол, – что переборщили. Хотя про бассейн… Хм, тоже не помню. То-то на меня потом наш Рональд целую неделю дулся. Но сам виноват: следовало сразу к столу с закуской подводить. А он, как всегда, в своем репертуаре: давайте, говорит, бочку новую попробуем для разогреву.

– Да, – счастливо соглашался молодой лорд-барон, – разогрелись мы тогда о-очень изрядно. Между прочим, сам Рональд и упал первым в бассейн, ну а мы его уже «спасти» пытались. Ха-ха! Вот это комедия была!