"Фантастика 2026-71". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Иванович Юрий - Страница 54

Среди стоящих у стены и поджидающих своего звездного часа кавалеров Семен увидел расстроенного Ярке и высказался насчет него вполне оптимистически:

– Мне кажется, граф все равно танцует с моей дочкой больше всех. Чуть ли не каждый третий танец. Так что у него есть наилучшие шансы ей понравиться. Если, конечно, его предпочтения уже не отданы другой девушке.

– О! – воскликнула Нимим. – Поверь моему опыту: так выглядят только смертельно влюбленные мужчины.

– Очень интересно! – с подозрением протянул Загребной.

Музыка смолкла. Семен, отстраняясь от своей дамы, вместо поцелуя прошелся зубами по нежной коже ее руки.

– Какому такому опыту я должен поверить? В тебя что, так часто и смертельно влюблялись?

– Разве я этого недостойна? – погрустнела Нимим.

Ее кавалер тут же перешел на извинения:

– Прости, ляпнул, не подумав! Считай, что я неудачно пошутил.

– Ну, если так…

– Только так! И вообще, давай выйдем на балкон освежиться. Мне хочется побыть только с тобой.

– Хозяева не обидятся?

– За что? Можем же мы иметь хоть небольшое право выбора? К тому же нам вообще желательно почаще выходить из зала. Ведь уже не так далек назначенный час встречи с нашими демонами. И на балкон надо будет ускользнуть незаметно. Мне-то уж точно.

– Я с тобой!

Они так и продолжали одиноко стоять посреди зала. Тоже одна из не понравившихся Семену традиций: пока все пары не разойдутся к стенам, новый танец музыкантам играть было запрещено. Но в данный момент Загребной жестами показал графу Эжену, что они хотят немного проветриться, и парочка быстрым шагом покинула зал. Позади них тут же послышалась новая бравурная музыка.

Вслед за ними и многие другие гости отправились отдохнуть и прогуляться по залам и обширным террасам. А Загребной со своей вожделенной Бенидой выбрали темный уголок и предались поцелуям. Хотя порой и прерывали свое пламенное удовольствие, чтобы отдышаться и перекинуться несколькими фразами:

– Где ты так здорово научился целоваться?

– Еще в юные годы мы часто собирались большой компанией и часами играли в «бутылочку». Помню, возвращался домой после полуночи с опухшими губами.

– Да ты, оказывается, еще тот…

Последовало продолжительное молчание, прерываемое лишь томными вздохами и стонами.

– А ты где такой практики набралась? Неужели на специальных бенидских курсах? Ни одна из моих знакомых с тобой и близко не сравнится.

– Что-то вроде этого. При обучении, когда нам было по шестнадцать, такие знания нам давала преподавательница по этике и культуре личностных отношений.

– Ого! Как у вас все здорово организовано. И никакого разврата…

– А ты как думал…

– Твой язычок сейчас сведет меня с ума.

Очередная пауза длилась в течение целых двух танцев.

– Нимим, а что вы сделали с Викторией? Неужели настоящие зубы умудрились вставить?

– Да нет, только временные. И сделаны они с помощью алхимии. Потому и хрупкие очень. Ей даже кушать сегодня надо осторожно. Но зато вид вполне соответствует званию королевы бала.

– Несомненно! А долго ли ей вставить более крепкие зубы?

– Можно и новые вырастить. Разве не слышал о таком? Хотя процедура длительная, дорогостоящая и хлопотная, месяцев пять на это уходит в общей сложности.

– Никогда о таком не слышал! А возраст для этого какой подходит?

– Любой. Были бы только деньги в кошельке да пара Бенид под боком.

– Хм! Мне этот мир нравится все больше и больше…

В течение нескольких часов Семен и Нимим то возвращались за стол, то, игнорируя общие правила, танцевали несколько танцев подряд, а потом каждый раз прятались в каком-нибудь укромном месте. Кажется, никто их за это не осуждал и, самое главное, никто не беспокоил. Когда они в очередной раз оказались за столом, к ним сзади приблизилась раскрасневшаяся Виктория, обняла обоих за плечи и возбужденно зашептала:

– Вы даже не представляете, что сегодня произошло!

– Куда уж нам, – буркнул отец, но дочь его, кажется, и не слышала.

– Никогда не думала, что это так волнительно и приятно!

– А что случилось? – улыбнулась Нимим.

– Вы не поверите: мне сегодня сделали предложение руки и сердца! И не одно!!!

– Однако!.. – заволновался ее отец.

Но только он собрался выяснить все подробности, как Виктория сама начала рассказывать чуть ли не на одном дыхании:

– Первым мне сделал предложение о женитьбе Теодоро. Причем сказал, что он богат и я буду как сыр в масле кататься. Потом выйти за него замуж предложил тот худощавый барон, который с нами путешествовал. Но при этом выглядел так, словно бросился со скалы в бушующее море. Ему я тоже постаралась ответить мягко и в шутливой форме. А чуть позже в атаку пошел и Ярке. Хотя я представить себе не могла, что он на такое решится. Ведь, по его рассказам, он уже давно сосватан за одной из знатных невест королевства. Ну и напоследок меня огорошил предложением и второй барон из нашего окружения. Вот уж я насмеялась! А ведь всех давно предупредила, что мы просто друзья. А тут они все словно белены объелись: глаза навыкате, губы, руки и коленки дрожат, лица в белых пятнах, а губы чуть ли не до крови искусаны. Что это на них нашло?

Семен только и сумел, что сдавленно замычать, тогда как Нимим не на шутку всполошилась и стала давать дельные советы:

– Не вздумай над ними смеяться, и уж тем более – в лицо. А будут настаивать – отвечай, что ты уже связана брачным обещанием и вообще этим делом всегда занимался и занимается только твой отец. Ни в коем случае не пытайся дать им серьезную надежду или решительный, окончательный отказ.

– А если мне кто-то действительно понравится, неужели ты, папа, будешь мне запрещать? – спросила девушка.

– Да нет, как можно… – выдавил из себя Загребной.

Но Бенида не дала ему договорить:

– Конечно, красавица, твой отец оставит за тобой полное право выбора. Но если ты при подобных предложениях будешь ссылаться на него, то таким образом сможешь избежать явных врагов в своем окружении. Да и шансов для маневра у тебя появится гораздо больше. Иногда мужчины бывают непредсказуемы в своей мести из-за оскорбленного якобы достоинства, посему лучше всегда смягчить свой отказ и подать его в виде явного сожаления. Или в виде не поддающихся изменению превратностей судьбы. Тогда кандидат во враги, напротив, проявит к тебе истинные рыцарские чувства и проникнется искренним сочувствием.

После такой тирады отец с дочерью посмотрели на Нимим с возросшим уважением и почтительно промолчали.

Бенида усмехнулась и признала:

– И все-таки я этот момент упустила: раньше надо было такие советы давать, раньше! Ведь предвидела подобную ситуацию, а серьезный разговор все откладывала, думала, успею еще…

– Все равно спасибо за советы! – поблагодарила Виктория и поцеловала отца в щеку. И тут же чмокнула в щеку и Бениду. – Ну, я побежала, у меня еще двенадцать обещанных танцев.

Глядя вслед дочери, которая поспешила к поджидающим ее кавалерам, Семен растерянно спросил:

– Что же теперь будет?

– Да пока ничего страшного.

Похоже, Нимим очень взволновал поцелуй Виктории.

– Как ты думаешь, я ей нравлюсь?

– Что за вопрос? Ты не можешь не нравиться!

– Ну, это с твоей точки зрения. А сели мы будем жить вместе, как твоя дочь отнесется ко мне? Мне очень хочется, чтобы и она меня полюбила, как я ее. Но вот что для этого надо сделать?

Загребной прижал женщину к себе и проговорил:

– Ты уже все сделала. Мне кажется, она тебя и так любит.

Опять в дорогу

К концу бала Семен сбегал на балкончик, где он оставлял демонов, но те запаздывали из разведки.

Чуть позже всех гостей позвали на большую террасу посмотреть на праздничный салют. К некоторому разочарованию почетных гостей, он оказался слишком бедным, бесцветным и малочисленным и не шел ни в какое сравнение с тем великолепием, что они видели в Далтене. Но, похоже, для местной публики и это было причиной для неимоверных восторгов. Поэтому почетным гостям пришлось из вежливости тоже изобразить восхищение.