Цикл романов "Консультант". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Торн Александра - Страница 137

– В этих трех подъездах живет кто-нибудь из твоего списка?

Бирн сверился с блокнотом.

– Да. Семеро подходящих под описание мужчин.

– Из этих окон самый лучший обзор. Недалеко от переулка, куда затащили Пегги.

Он остановился перед домом номер пять. Две дюжины полицейских рассредоточились вдоль улицы, еще по двое перекрыли оба ее конца.

– Начнем отсюда.

Бирн кашлянул.

– Сэр, надеюсь, вы понимаете, что это очень шаткое предположение. У маньяка мог быть десяток других причин, чтобы напасть на мисс Шеридан именно здесь.

– Например, каких?

Бирн затруднился с ходу их перечислить, но нашел другую отговорку:

– Он вряд ли станет держать здесь похищенную девушку и тем более – мистера Лонгсдейла.

– Да, – согласился Бреннон, – но чем меньше мы оставим нор этой крысе, тем лучше.

Он поднялся на крыльцо и взялся за дверной молоток. Бирн задержал его руку, прежде чем Натан постучал.

– Сэр, вы уверены, что мы готовы его встретить?

Бреннон отпустил молоток. Детектив был прав. Если маньяк смог свалить даже Лонгсдейла, то что уж говорить о них, простых смертных?

– Позвольте мне, сэр. – Бирн мягко оттеснил комиссара от двери. – Если он в вас вцепится, то совсем худо будет. И это… бейте так, чтоб сразу вырубить, если что.

Бреннон кивнул, поднял воротник пальто и спустился с крыльца. Однако едва Бирн стукнул по табличке на двери, как Натан резко его окрикнул. Детектив обернулся. К комиссару спешил Финнел, и Бирн соскочил с крыльца. Финнел протянул комиссару записку. Натан развернул ее и узнал почерк Галлахера.

«Допросил рабочего, – писал детектив. – Зовут Мэтт Дейтон, адрес Хонор-сквер, три. Ничего не помнит, кроме того, что вышел с женой прогуляться по торговым рядам в поисках снеди к ужину. Там к ним кто-то подошел, и все – как отрезало. Пришел в себя уже у нас. Его жену Энн парни поймали в Сент-Роз – она несколько часов бродила там кругами. Пусть ваш второй консультант на них посмотрит – вдруг выудит чего?»

Бреннон фыркнул так, что полицейские на него оглянулись. Второй консультант, как же! Черта с два, клятый пироман приносил пользу только по желанию своей мятущейся, капризной души, и Натан был уверен, что если Галлахер оторвет Редферна от его амулета сейчас, то узнает разве что с десяток доселе неизвестных ругательств.

«А то и превратится в какую-нибудь хрень», – мрачно подумал Натан, прикинув предел возможностей Редферна. Тот, говоря откровенно, человеком не выглядел. Вел себя, во всяком случае, хуже фейри из деревенских баек.

– Скажи, что нельзя, – велел Фаррелу комиссар. – Второй занят. Что у Галлахера со свидетелями?

– Передал, что глухо, сэр. Трое, которые видели карету, дали письменные показания. Вот описания кареты, лошадей и возницы. Двайер все еще прочесывает разрушенный квартал, но пока там пусто, сэр.

– Кинтагел, – сказал Натан, невольно вспомнив, что увидел там двадцать лет назад, после артобстрела, – недурное место, чтобы спрятать и девушку, и консультанта.

Но что-то мешало запрыгать от радости и помчаться туда спасать несчастных жертв. Уж больно просто все вышло. Конечно, маньяк не мог знать, что Пегги взбредет в голову проследить за Лонгсдейлом, но Кинтагел, черт возьми, прямо посреди города! Вокруг уйма жилых домов и толпы горожан. И монастырь, в конце концов, под боком – неужели маньяк решится устраивать кровавые ритуалы там, где ему в любой момент могут помешать? До этого он тщательно скрывался, оставляя лишь трупы.

– Поедем туда, сэр? – спросил Бирн.

Невозможно затащить в жилой дом двоих пленников незаметно. Но все же… все же…

– Возвращайся к Галлахеру, – приказал Финнелу комиссар. – Пусть ждет результатов от Двайера. Дейтонов вручить Рейдену для допроса. Усек? Давай рысью, нога здесь, нога там.

– А мы, сэр? – спросил Бирн.

– А мы постучимся в двери, – процедил Натан. – Помните: этот паразит не может удержать больше троих за раз. Как только кто-то начнет вести себя странно – табуреткой по голове, скрутить и в карету. Даже если это буду я сам. Все, ходу.

Никто из домоправителей не обрадовался визиту полиции, даже ордер на обыск всего, что только можно, не улучшил их настроения. Один из управлющих послал мальчишку к владельцу домов, но сейчас комиссара это не волновало. В конце концов, если владелец сам явится для допроса, это только облегчит трудную полицейскую жизнь.

В каждом доме было три подъезда по пять этажей. На пятом, мансардном, ютились самые бедные, на первом одну квартиру занимал домоправитель, там располагались его кабинет и приемная. Бирн тут же наложил лапу на все книги учета и бухгалтерские бумажки. Полицейские разбились на пары и принялись методично обходить квартиру за квартирой. Комиссар поймал управляющего домом номер пять и велел предоставить ключи от трех квартир, в которых обитали невысокие худощавые мужчины, заселившиеся в последние полгода. Кликнув Келли и Хьюза, Натан поднялся на третий этаж и начал обход подозреваемых. Что-то заставило его искать именно здесь, а не мчаться сломя голову в Кинтагел, но Бреннон пока еще не мог сказать – что.

Когда Натан под испепеляющим взором тощего банковского клерка вышел из первой квартиры, к нему поднялись Бирн и полицейский, обыскивающий второй этаж; позади плелся полный возмущения домоправитель.

– Сэр, там в восьмом номере чего-то такое, – сказал Кейн. – Гляньте, что ли.

Бирн протянул комиссару книгу учета жильцов. В квартиру номер восемь десять недель назад въехал некий Марк Стилтон. Количество чемоданов и коробок, которые привез с собой одинокий мужчина, поражало воображение.

– Он их потом вывез, – брюзгливо сказал домоправитель. – Они занимали место и раздражали жильцов, и мы предоставили ему квартиру с условием, что он не станет хранить здесь свои короба.

Номер восемь был небольшой квартирой из трех комнаток. Одна, самая маленькая, отведена под спальню, другая, побольше, – под гостиную, а третью жилец мог обставить по своему вкусу. А вкус у мистера Стилтона был дюже странный.

На первый взгляд это была уютная скромная библиотека, уставленная необычными сувенирами, с окнами, выходящими на Тейнор-крик, почти точно на аптеку. Странность не бросалась в глаза, но стоило внимательно всмотреться в эти сувениры, прочесть названия книг, а также сдвинуть ковер и взглянуть на правильной формы многоугольник на полу, заполненный символами и словами на неизвестном языке…

У домоправителя при виде многоугольника едва не приключился удар.

– Паркет! – возопил страж чистоты и порядка. – Вы только поглядите, что он сделал с паркетом! Он… он вырезал эту дрянь прямо на дереве! Да еще так глубоко! Я вычту с него за укладку нового паркета! – Тут взор управляющего пал на стену. – О боже! Он закрасил обои белой краской!

Выкрасив стены в белый, жилец углем писал на них формулы, набрасывал схематичные изображения скелетов, рук, ног, мышечных каркасов.

– Ни черта себе, – пробормотал Бирн, разглядывая коллекцию черепов на полке. На них были нанесены метки с подписями «Мышцы», «Кожа», «Хрящи». В стеллаже Кейн нашел несколько наборов хирургических инструментов. В углу в банке горкой лежали стеклянные глаза, в ящике на окне Бреннон обнаружил набор восковых ушей. Книги же делились на две части – труды по анатомии и физиологии и трактаты на латыни и прочих незнакомых комиссару языках.

– Можешь прочесть?

Бирн хмуро уставился на толстый том, который лежал на столике у кресла. Детектив еще до революции успел проучиться год на юридическом факультете. Может, скудные остатки латыни задержались в его памяти?

– Что-то про смерть. Мертвые… Necromorphia… мертвые формы… или изменения мертвых?

– Ясно. Вот мы и нашли его гнездышко.

– Кто это такой? – Голос управляющего взмыл к вершинам дисканта. – Он преступник? Убийца?

– А вам он как представился?

– Химик. – Домоправитель облизнул губы. – Он работал в университете. Каждый день ходил на службу, платил исправно. Я не думал, что он тут устроит такое!