Цикл романов "Консультант". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Торн Александра - Страница 148

Усмешка Редферна исчезла, губы и зубы сжались так, что желваки проступили. Бреннон ждал злобной колкости, но лицо пиромана вдруг снова изменилось.

– Вы действительно не догадывались, что она со мной сделает? – неожиданно мягко спросил он.

Комиссар тяжко вздохнул и зашагал к увиденному на углу кэбу, чтобы ехать в департамент.

– Нет, – буркнул он. – Мне жаль. Я не учел. То есть из головы вылетело. Какого черта вы бродили по моему месту преступления?

– По вашему месту преступления? – со смехом вскричал Редферн. – О, какая прелесть! – и ловко вспрыгнул в кэб. Бреннон не успел возмутиться, как пироман промурлыкал: – Но я никогда не отвечаю, когда ответы вытаскивают силой, запомните это, а все, кто пытался, поплатились.

Комиссар с тоской понял, что Редферн уже не отстанет.

– Ну что вам? – кротко спросил Натан.

А ведь это хороший шанс выудить из пиромана какое-нибудь неосторожное признание. Но как не вовремя! Разум комиссара все еще занимала Полина Дефо, и когда пироман наклонился к нему и прошептал: «Ну же, спрашивайте!» – Натан ощутил скорее раздражение. Кэбмен громко свистнул, причмокнул, и лошадь потащила кэб по густой февральской грязи.

«К тому же козыри надо выкладывать осторожно», – подумал Бреннон – у него их было два: слова Джен о родстве пиромана с Лонгсдейлом и то, что сказала Валентина о воздействии портала на Редферна.

– Когда вы тут появились? – спросил комиссар.

– Что? Нет! – со смехом воскликнул Редферн. – Это не то!

– Я вас буду спрашивать о том, что мне нужно и как мне нужно, – с расстановкой уведомил Натан. Пироман сжал губы, сердито втянул носом воздух. – Вы либо отвечаете, либо выходите.

– Со мной вы не так говорите, – прошелестел Редферн. – Я не вызываю у вас сочувствия?

– А должны?

Пироман отодвинулся, блестя из глубины кэба темными глазами.

– Глаза у вас человеческие, – сказал Натан. – Или вы притворяетесь?

– Вы можете определить нечисть и нежить по глазам, – с удивившей Бреннона долей восхищения ответил Редферн, – но не догадываетесь, кто я?

– Нет. Расскажите, – безразлично сказал комиссар и откинулся на спинку сиденья. – Хотя нет. Начните с того, как вы узнали про ифрита и на кой черт вы его выпустили.

– Узнал, гммм… сложно объяснить. Я слежу периодически за событиями на моей родине, и однажды внимание привлекли убийства детей, с которыми полиция, естественно, не могла разобраться.

– Естественно? – буркнул комиссар, задетый за живое.

– К моему удивлению, никакого ритуала за убийствами не последовало, а потому я на некоторое время забыл об этом, к тому же у меня и так немало дел. Однако когда у меня выдалось свободное время, я приехал в Блэкуит и на всякий случай навестил церковь, – Энджел вздохнул. – Все стало ясно.

– Ладно, а выпустили-то зачем?

– Чтобы привлечь внимание Лонгсдейла к проблеме и заставить его заняться своей непосредственной работой.

– До вашей самодеятельности никакой проблемы у нас тут не было.

– Была, вы просто не замечали. Кто угодно мог завершить ритуал в любой момент – да хоть сам Душитель.

– Будущие жертвы выпущенного ифрита вас не волновали?

– Жертвы были бы все равно. Вам бы не удалось вернуть ифрита на ту сторону и закрыть портал без жертвоприношения, если бы не вивене.

– Вы знали о ней? – подозрительно спросил Бреннон.

– Нет. Тогда я подумал, что у Душителя что-то сорвалось, и он не смог собрать достаточно жертв для ритуала. О том, что миссис ван Аллен – вивене, я узнал одновременно с вами.

Натан невольно поежился. Он до сих пор не свыкся с этой мыслью.

– Удивительно, – суховато сказал Редферн, – почему вы так не доверяете мне, но полностью доверяете вашему консультанту.

– Ему пришлось потрудиться, чтобы заслужить эту привилегию.

– А, вот как? – на губах пиромана появилась улыбка, словно его это обрадовало. – То есть ваш шеф ему верил – а вы нет?

– Ну, не совсем… Когда мистер Бройд объяснил мне, откуда этот тип тут взялся, мне как-то полегчало. Не люблю дилетантов в расследовании.

– Вас так волновало, откуда взялся консультант, когда в городе утбурд душил людей направо и налево?

– Представьте себе, не каждый имеет право лезть в работу полиции. Бройд не притащил бы на озеро кого попало. Он переписывается с многими из тех, кто сражался тут во время революции. Один из его офицеров, Джереми Риордан, далеко пошел – стал шефом полиции в Вейстелле, самом крупном порту на севере. Бройд написал ему, расспрашивал о том, случаются ли у них там такие смерти – искал естественные причины.

– Естественные! – со смехом воскликнул Редферн.

– А тот вдруг в ответ прислал рекомендации этого Лонгсдейла, который разобрался с какими-то странными смертями у них в гавани.

– Я смотрю, ваш шеф гораздо больше верит в сверхъестественное, чем вы.

– Верит, но осторожно, – пробурчал Бреннон. – Откуда только оно повылезало…

– Оно всегда здесь было. Просто консультанты изо всех сил работают над тем, чтобы вы ничего не замечали. Но, мне кажется, время пришло… – Энджел вдруг замолчал, поглаживая трость, а потом выдвинул из ножен сверкнувший зеленым клинок.

– Я – тот, кто создает это все, – сказал он. – Все эти консультантские инструменты, партии амулетов, оружие, зелья, ингредиенты, составы. Все, что им нужно.

– Вы?! – подавился воздухом Бреннон.

Если бы кэб вдруг рухнул в преисподнюю, комиссар оказался бы не так потрясен. Из всего, что приходило ему в голову, последнее, о чем он думал, что пироман… что это он… Редферн убрал клинок в ножны и вытащил бумажник, а из бумажника – какое-то письмо.

– Видите? Это заказ на партию амулетов от чар принуждения.

Комиссар выхватил у него бумажку. Совпадало все, вплоть до числа амулетов и даты.

– Но это же… – потерянно выдавил Натан. – Это же сколько времени…

– У меня долгая жизнь. – Редферн вырвал из пальцев комиссара бумагу, скомкал, отшвырнул и рывком подался вперед: – Только этого мало!

– Почему? – спросил Бреннон.

Темные глаза напротив зажглись безумным фанатичным заревом.

– Потому что этих тварей легионы! Вы прикоснулись лишь к краю, увидели крохотную часть – но вы даже не знаете, в страшном сне не сможете увидеть, сколько их ползает по нашей земле! Сколько нежити караулит нас в темноте, сколько нечисти грызет себе лаз с той стороны – и сколько… – Редферн задохнулся. Его лицо матово побледнело, на скулах пылали пятна, пальцы конвульсивно сжались на руке комиссара. – Сколько же мразей и выродков ежедневно взывают к ним! Невольно или нарочно, они тащат их сюда, и чем больше таких эдмурских крушений, чем больше чумных бараков, где тысячами в муках умирали люди… чумных бараков! – Пироман вцепился в плечо Бреннона: – Да знаете ли вы, какой ад в них творился?! Видели вы хоть раз, как крик этих несчастных наконец раскалывает небо у вас над головой, и тогда… тогда… перед вами появляется то, что не в силах представить даже в преисподней!

– Что вы увидели? – тихо спросил комиссар.

– Портал, – прошептал Энджел: его взгляд как будто снова обратился в прошлое. – Воронку над этим проклятым островом, и это я… я… о боже, если бы я знал!

– Вы открыли его?

– Ни одному человеку не под силу открыть такое, – чуть слышно ответил Редферн. Бреннон чувствовал мелкую дрожь его рук и такое частое биение его пульса, словно жилы вот-вот прорвут кожу. – Десять тысяч, боже мой! Десять тысяч умирающих в мучениях, чумных, едва зараженных и здоровых, виновных лишь в родстве с больными…

– О господи, – пробормотал комиссар. Кэб наконец остановился, и возница нетерпеливо стучал рукояткой хлыста в стенку. – Уймись! – рявкнул Бреннон, и стук прекратился.

– Потому консультантов недостаточно, – прошептал Энджел. – Слишком мало! Нужно другое…

– Что другое? – спросил Натан, уже опасаясь, что Редферн бредит.

– Организация, – неожиданно четко, хоть и еле слышно, отозвался пироман. – Не одиночки, но армия. Те, кто знает, кого можно обучить… люди.