Цикл романов "Консультант". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Торн Александра - Страница 299

– Вы! – громко вскрикнул Виктор. Маргарет удивленно подняла взгляд от бумаг, и Натан, ругнувшись, бросился наперехват.

– А, – сказала племянница, – вы тоже приехали. Добрый день, мистер ван Аллен.

Джеймс Редферн тут же придвинулся к ней, а пес подозрительно втянул носом воздух. Молодой человек на секунду замер, глядя на руку Маргарет, и, запинаясь, пробормотал:

– Вы вышли замуж? – Он перевел глаза на Джеймса и с плохо скрытой вспышкой неприязни и ревности уточнил: – Миссис Лонгсдейл?

– Моя настоящая фамилия Редферн, – ответил Джеймс так дружелюбно, что Виктор попятился.

Пегги посмотрела на свое кольцо (как Натан помнил, оно защищало ее от чар, и его дал ей Энджел), сжала руку в кулак и устало сказала:

– Простите, мне нужно работать. Очень много дел. Наверное, мы еще увидимся сегодня за ужином.

– Или нет, – добавил Джеймс. – Надеюсь, вы очень спешите домой.

Виктор сглотнул. Все трое, включая пса, прошли мимо него. Бреннон крепко взял молодого человека за локоть и решительно поволок к комнатке, которую ему выделил эконом кардинала.

– Я знал, – несчастно пробормотал Виктор. – Я всегда знал, что она выберет не меня.

«Как тебе повезло, парень, – подумал бывший комиссар, – что она выбрала не тебя!»

Экс-комиссар в сопровождении мисс Эттингер спускался на этаж с камерами. После обеда консультантка предоставила ему итоговый отчет, и Натан, прочитав выводы, понял, что без пиромана не обойтись. Регина с интересом осматривала замок, пока они шли к камерам, и Натан гадал, впервые ли она его видит. Хотя даже если и видела, вряд ли она это помнит…

Энджел Редферн сидел на койке, сцепив руки в замок и упираясь в них подбородком. Если бы Бреннон хуже знал этого типа, то решил бы, что он молится. Натан велел Джеймсу снять с пиромана опутывающие чары, что консультант сделал с большой неохотой. Однако свежеиспеченный глава непонятно какой организации не собирался морить пиромана голодом или ограничивать в справлении элементарных человеческих нужд и даже предоставил бумагу, карандаши и мел.

Энджел времени не терял: на одной из стен мелом были нацарапаны какие-то формулы, графики и фразы на латыни, а по столу и полу разбросан ворох исписанных бумаг.

– Отчет, – сухо оповестил Натан заключенного и сунул папку в щель для подноса с едой. Пироман взял папку, раскрыл и пробежался по строкам быстрым взглядом. Тихо вздохнул, бросил ее на койку и снова уперся подбородком в руки. – Что происходит с провалом? – спросил Бреннон. Почему-то, когда он общался с пироманом лично, всякое желание оправдывать его действия полностью исчезало.

– Я тут несколько органичен в средствах. – Энджел кивнул на стену. – Но, судя по отчету, вы и так уже догадались. Провал растет вглубь, на ту сторону, втягивает в себя все больше мощи оттуда, и если предположить, что прирост происходит по экспоненте…

– Короче, – оборвал его Бреннон. Пироман поднялся и повернулся к нему.

– Она вам не сказала, – с неожиданной мягкостью произнес он; сердце Натана застучало быстрее.

– Не сказала что?

– Скорее всего, она не верит, что вы справитесь. – Энджел перевел взгляд на свои формулы. – А она – может быть. По крайней мере, задержит или ослабит новый прорыв…

– О шем он говорит?! – встревоженно вмешалась мисс Эттингер. – Ми ше били там, воронка стабильна, хотя и растет, но ведь фрау Бреннон…

– Вивене не всесильна, – тихо произнес пироман. – Кому вы дадите Молот?

– Но мы же не знаем, не станет ли хуже… – начал Натан. В висках тяжело стучало. Что он могла ему не сказать?!

– Хуже, – сухо подчеркнул Энджел, – станет намного быстрее, чем мы думали. Так что решайте поживей.

Бреннон сжал кулаки.

– А она? Что будет с ней, если кто-то врежет Молотом по провалу под ее куполом?

Пироман вдруг шагнул к двери; он смотрел на экс-комиссара с таким понимаем, что тот едва сумел подавить всплеск гнева.

– Этого не знает никто. Но я, если вернусь в мою лабораторию, могу рассчитать время нового прорыва и степень риска.

– Нет, – отрезал Бреннон. Пироман поднял руку с браслетом:

– Можете его не снимать, если так опасаетесь.

– А что помешает вам схватить прыжковый амулет и дать деру? Или взорвать какую-нибудь дрянь, а?

– А вы все еще считаете, что я так поступлю, – устало пробормотал Энджел.

– Консультанты справятся и без вас.

– Нет. Никто не сможет за пару дней усвоить столько же знаний о провале на Лиганте. Их расчеты неверны в прогнозах именно потому, что о нем почти ничего неизвестно. А единственный из них, кто знал, – Паоло Уркиола – погиб, и вам уже не вернуться в его дом, чтобы найти его записи.

– Но ми рассщитали прирост, ми ше полушили образцы! – Регина решительно оттеснила комиссара от оконца. – Што у вас здесь? Ви сшитали это все сами?! Пошему ви взяли… – Она уставилась на стену с формулами, забормотала себе под нос и вдруг смолкла. Пума встревоженно заурчала и заскребла лапами дверь.

Бреннон привалился спиной к стене. Проклятие! Почему Валентина промолчала? Что она знает? Почему так уверена… О, Натан знал – если б вивене считала, что они способны ей помочь, она бы все рассказала! Но, значит, она уверена, что им не по силам…Черт подери, почему первое, что ему нужно сделать, едва возглавив эту организацию, – решить, кто из его сотрудников умрет?!

– Вы знаете! – Возглас пиромана был приглушен толстыми стенами, но благодаря обострившимся чувствам Натан не только его услышал, но даже уловил, с какой силой Энджел ударил кулаком в дверь. – Вы понимаете, что вам не успеть, если начнете изучать все тома наблюдений сначала!

Бреннон, стиснув зубы, повернулся к лестнице.

– Вы знаете, что для закрытия провала всегда нужна жертва! Всегда! Хотите, чтоб она была бесполезной?

В прошлый раз это была Полина Дефо. Но в Эдмуре она закрыла лишь узкую щель. А до того – в соборе Святой Елены Валентина… и она сделает это снова. Бреннон знал – сделает, даже без колебаний. Еще и постарается их всех уберечь!

– Кто-то умрет напрасно, и вам придется опять выбирать очередную жертву, снова и снова!

Бреннон поставил ногу на ступеньку. Кого-то из этих ста двадцати семи людей, которые и так лишены нормальной человеческой жизни, да что там – даже смерти! И этот человек, который сделал с ним такое, еще и шепчет там, снизу:

– Ваше время уходит, Натан. Уходит прямо сейчас, и вам пора выбрать…

Выбирать! Вот уж кто знает о выборе все! Как он, интересно, выбирал этих бедолаг – уж наверняка не соломинку тянул!

– Ох, нет… – прошептала мисс Этттингер.

– Вам пора выбирать, Натан, – прошелестел пироман. – Пока наконец понять…

– Заткнитесь! – рявкнул Бреннон и распахнул дверь его камеры. – Не то я сам вас в этот провал швырну, хоть с Молотом, хоть без. Шагайте!

– Какого черта он тут делает?! – взревел Джеймс. Джен при виде пиромана зашипела, как кошка. Слава богу, Маргарет осталась в Романте, и Бреннон был рад, что она не встретится с ним… еще какое-то время.

– Работаю, – едко ответил Энджел. – Пока ты вместо дела пытаешься пролезть к моей женщине.

Глаза консультанта загорелись, как угли.

– Ты, свихнувшийся недоношенный ублюдок, да за все, что ты сделал – со мной и с ней…

– За этот замок, за все ваше оружие и амулеты, накопленные знания, которые я вложил в твой куцый мозг, книги, даже твой банковский счет – за все это меня стоит по меньшей мере четвертовать. Уж ты-то лично бы взялся.

– Лично я бы содрал с тебя шкуру!..

– Уже сдирали, – холодно сказал Энджел. – Пусть это не слишком-то тебя окрыляет.

– А ну тихо оба! – гавкнул отставной комиссар. Хуже малолетних детей! – Он тут для того, чтобы просчитать, как быстро провал набирает мощь с той стороны и что будет, если мы применим Молот. В том числе что будет и с Валентиной.