Цикл романов "Консультант". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Торн Александра - Страница 305

Она пролетела сквозь него, как пуля, и вонзилась в самое сердце рассыпающейся воронки. Звенья вспыхнули от фиолетового огня, он стремительным витком пронесся по цепи, и у Маргарет вырвался дикий крик. Вопль, полный невыносимой боли, все звенел и звенел в ушах отставного комиссара, а потом резко оборвался. Регина бросилась к краю платформы, оттолкнула Натана назад и поймала тело Маргарет. На одежде девушки еще трепетали угасающие языки фиолетового огня; из правого плеча вместо руки торчал обугленный кусок кости.

– Господи, – прошептал Натан, подхватил племянницу на руки и упал на колени. Кусач прижался к Маргарет и принялся лизать ее лицо, смахивая языком фиолетовые искры.

– Бешим! – пронзительно крикнула Регина.

– Джен! – закричал Бреннон, прижимая к себе Маргарет. – Дженни, где ты?!

Ведьмы нигде не было видно, только на остатках воронки плясали языки огня.

– Сейшас Молот ударит иснутри! Если ми останемся, то нас сотрет в пиль!

– Джен! Джен!

Под ладонью Натана слабо забилось сердце Маргарет. Он больше не мог медлить и в отчаянии позвал в последний раз:

– Цинтейз!

«Прочь!» – раздался голос Валентины, и вивене с такой силой толкнула платформу, что она понеслась к побережью, как стрела. За спиной Натана поднималось бело-серебристое зарево, и треск магического тока уже перекрывал рев рассыпающегося провала.

Они вырвались из портала, на секунду обогнав ударную волну, от которой море и суша, перемешавшись в кашу, поднялись столбом. Регина захлопнула портал и упала на колени, дрожа всем телом, вцепилась в пуму. Голова консультантки обессиленно склонилась на холку зверя. Натан замер посреди холла, тяжело дыша и прижимая к себе Маргарет. Ему все еще казалось, что Молот вот-вот догонит их и разнесет в пыль.

– Oh mijn God!!

– Господи помилуй!

Кусач громко залаял, и Бреннон наконец очнулся. Перед ним замер Виктор ван Аллен, белый, как мел, в ужасе глядя на Маргарет. Кардинал, сжимая в руке деревянный крест, галопом слетел вниз по лестнице и успел подставить экс-комиссару плечо.

– Боже мой, – прошептал Саварелли. – Зови сюда консультантов, скорей! Ты, щенок, я к тебе обращаюсь!

Виктор метнулся было к лестнице, но Натан выдохнул:

– Нет. – Он наконец услышал слабое, редкое биение ее сердца и крикнул: – Нет времени! Нужно к озеру! – и ринулся к той самой двери, которую однажды показал ему Энджел. Ван Аллен распахнул створку перед отставным комиссаром. Бреннон помчался вниз по лестнице, проклиная пиромана – почему он за столько лет не догадался сделать чертов подъемник!

Пегги была невесомой, словно бумажной; даже с обостренным слухом Натан едва улавливал ее пульс и дыхание, и ему казалось, что они оборвутся от любого резкого движения, а лестница, как назло, оказалась такой крутой и узкой!

Он ворвался в пещеру, кинулся к ступеням, ведущим в озеро, и, упав на колени, погрузил Маргарет в воду. Плечо с обломком кости скрылось полностью, и вокруг него вскипел рой серебристых пузырьков. Натан, зачерпнув воды ладонью, провел по лицу девушки. Однако капли скатились с ожогов, никак на них не подействовав.

На плечо Натана легла тяжелая рука кардинала.

– Оно не поможет, – тихо сказал Саварелли, – если это раны, полученные от той стороны.

– Почему?!

– Не знаю. Перед вашим отбытием об этом упомянул синьор Энджел Редферн. Он рассказал мне об озере – на случай, если вам понадобится лечение после…

– Ох Пегги, – прошептал Бреннон. – Пегги, зачем ты это сделала?!

Она все еще дышала; хотя бы оставалась надежда, что озеро поддержит в ней жизнь, не даст умереть от боли – но как же потом?.. Кардинал сжал его плечо.

– О б-боже м-м-мой, что эт-т-то? – выдавил Виктор и попятился. На обломке кости что-то блеснуло. Вдруг обугленная кость стала рассыпаться черной пылью, а на ее месте, прорастая из тела Маргарет, ткалась из тонких нитей другая – металлическая, светлая, как сталь, и блестящая, как серебро. Вода забурлила вокруг нее, и поверх новой кости начала появляться плоть: связки, жилы, мышцы…

– Oh mijn God, – просипел Виктор, шарахнулся в угол, и его вырвало.

Бреннон утер пот со лба и устроил Маргарет поудобнее. Она вся истаяла, лицо осунулось, и теперь, когда тонкая кожа туго натянулась на скулах и подбородке, оно было точной копией другого лица. Натан снова полил воды на ее ожоги – на этот раз помогло, но в ранах он тоже заметил металлический блеск.

– Никогда не думал, что увижу такое, – пробормотал Саварелли и опасливо добавил: – А она все еще человек?

– Это не от той стороны, – отрешенно пояснил Натан. – Это из-за Цепи Гидеона. Хотя я не знал, что она…

– Сепь сливается с носителем в единое селое, – прозвучал рядом голос мисс Эттингер. – Если носитель не убит, она мошет восстановить… Но я никокта не видела ее в деле.

Консультантка устало опустилась на бортик озера. Около нее тут же свернулась клубком пума, и женщина оперлась на пушистый бок зверя, как на подушку. Пума тихо, почти нежно поурчала, а Натан вдруг понял, что тепло, согревающее ему спину, – это Кусач.

– Как вы? – спросил Бреннон.

– Немноко устала. Тяшело испольсовать саклинания в такой блисости от профала.

Ее акцент усилился, и она прикрыла глаза.

– Я посишу с ней. Присмотрю. Если хотите – мошете итти. Они штут фас.

– За вами бы кто присмотрел, – проворчал Натан. На миг ему показалось, что рядом сидит Лонгсдейл, и сердце вдруг сжалось от резкого укола. Будто разрушение провала оглушило его, как бывает от взрыва снаряда, и только теперь оглушение начало проходить и к Бреннону наконец вернулась способность ощущать – только не звуки, но и боль.

Он потерял Лонгсдейла. И потерял Джен. От нее осталось лишь имя, которое она назвала ему на прощание. Она знала, что не вернется, а он даже не догадался – и не понял, что Валентина не сумеет ей помочь, когда все взорвется к чертям…

Он оставил там Валентину – и не знал, что с ней. Она опять была одна – ослабленная после борьбы с провалом, пытающаяся удержать разрушительный взрыв Молота. Что будет с ней потом? Почему он опять не оказал ей помощь, опять оставил ее одну!

– Не нужно никуда идти, – мягко сказал кардинал. – Вам лучше побыть здесь.

– Я должен… – пробормотал Натан, хотя не знал – что и кому.

– Они подождут. Вам нужно побыть одному хотя бы немного. Иногда, – помолчав, добавил кардинал, – это единственное, что вы можете сделать. Особенно когда утешения бесполезны.

Бреннон закрыл глаза. Он услышал удаляющиеся шаги кардинала, услышал, как поднялись и ушли Регина с пумой, даже Виктор куда-то пропал. И наконец, оставшись лишь с Маргарет и псом, он смог позволить себе не думать ни о чем, кроме тех, кого потерял.

Удивительно, но они действительно его ждали. Едва Натан поднялся по лестнице, Регина с пумой ускользнула в пещеру, пообещав, что позаботится о Маргарет. Однако в холле, кроме них и кардинала, почему-то толпились еще и другие консультанты и инквизиторы, которых привел с собой Саварелли – очевидно, намеревался нарушить строгий приказ и броситься на помощь. Наверняка только дикое буйство Молота помешало преосвященству учинить коллективное самоубийство.

– Скажите им что-нибудь, – шепнул кардинал Бреннону. – Они ждут вас.

Комиссар (хотя какой он, к черту, комиссар…) положил руку на холку пса. Кусач почему-то решил последовать за ним, когда обнюхал лицо и руку Маргарет и убедился, что девушка в относительном порядке. Хотя она пока еще не пришла в себя, но Натану думалось, что это и к лучшему.

– Сказать, – процедил Бреннон. Он не любил речей и не особо умел их произносить, но сейчас ему было что сказать.

Он поднялся по лестнице и, добравшись до площадки, повернулся к людям (и не совсем людям, а также зверям), которые столпились в холле. Впереди стоял дон Луис Монтеро, и Бреннон обратился к нему: