Цикл романов "Консультант". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Торн Александра - Страница 363

– Диана Уикхем, ваша милость. Это мой брат Диего.

Барон на этот раз едва взглянул на него – его теперь занимала только Диана.

«Лезут и лезут», – раздраженно подумал Уикхем. Не было числа тем молодым и не очень придуркам, которых он раньше отгонял от сестры – пока она сама не освоила хук слева, нож и пистолет.

– Вы путешествуете?

– Да, ваша милость.

– Зимой? – со смехом воскликнул Сен-Мар. – Удивительно! Что же вас заставило?

– Мы помогаем нашему отцу, профессору Джонатану Уикхему. Он преподает историю древних веков в университете Тордеверас. Мы собираем материал для его следующей монографии о мифах и суевериях.

– Весьма похвальное занятие для вашего брата. Но боюсь, мы его разочаруем. – Барон указал на крышу одноэтажного квадратного строения: – Еще мой отец открыл здесь школу для крестьян, а я всячески поддерживаю его начинание. Так что всевозможные дикие верования мы искореняем уже два десятка лет и добились немалых успехов в просвещении нашего народа.

Отчего-то в устах барона эти слова прозвучали как «наших личных подданных», а Диану он, похоже, сразу счел объектом охоты. К тому же он уводил Уикхемов от того места, где кто-то колдовал, и Диего это не устраивало. Он хотел приближаться к источнику магии, а не удаляться от него.

– А почему ваш отец преподает в Тордеверас, а не в каком-нибудь уважаемом дейрском университете? – продолжал расспросы барон.

– Непреодолимые разногласия между папой и дейрским правительством, – беспечно ответила Диана. – Он женат на риадской леди из рода, который поддерживал революцию, а сам тоже не из числа чистокровных дейрских подданных. Ах, я же зря это сказала, да? – со смехом воскликнула девушка. – Теперь вы наверняка выгоните нас из своей гостиницы?

Барон тоже засмеялся.

– Вовсе нет, милая мадемуазель! Мы в Эксавеле совершенно по-другому смотрим на этот вопрос! Может быть, – вдруг сказал он, – вы будете столь любезны, что примете мое приглашение и посетите замок? Завтра мы будем отмечать День Белых дубов, и я собираю гостей.

– Но вы же совсем нас не знаете!

– Отчего же, разве мы уже не познакомились? Разве я не барон, – хмыкнул Сен-Мар, – чтобы решать, кому показывать красоты нашего фамильного гнезда?

– Что такое День Белых дубов? – спросил Диего.

Барону явно не понравилось, что какой-то брат напомнил о своем существовании, но он все же снизошел до ответа:

– Это день, в который Эксавель потерял свою корону и перешел под протекторат Мейстрии. Как видите, мы ничуть не против тех, кого Дейр называет мятежниками.

– Тогда, пожалуй, мы примем ваше приглашение. Спасибо, – церемонно ответила Диана. – Вы подниметесь с нами на утес? Управляющий обещал нам прекрасные виды.

– К сожалению, нет, милая мадемуазель, меня ждут дела в Лиде. Но я буду рад увидеть вас вновь. Мой камердинер доставит вам приглашение.

С этим барон распрощался, вскочил в седло и пришпорил коня. Вскоре и Сен-Мар, и его молчаливые спутники скрылись вдали. Диана проводила их задумчивым взглядом и пробормотала:

– Надо же, как похож. Почти одно лицо с…

– Не думаю, что миледи понравится, если мы будем это обсуждать, – поспешно перебил сестру Диего. – Ты заметила его охрану? Вооружены до зубов! Чего он так боится в своих же владениях?

– Крестьянского восстания, – фыркнула Диана, – как истинный аристократ. Но главное, что нас пригласили внутрь. Считай, полдела сделано!

– Я бы не спешил так радоваться. Барон не позволит нам шастать по его замку с обыском.

– Ну, применим парочку заклинаний и обезвредим.

– Смотри, как бы он нас не обезвредил. От него несет магией, как от типа в черном плаще.

Диана присвистнула:

– Ого! Барон полон сюрпризов!

– Еще каких. Думаю, видов с нас на сегодня достаточно. Нужно вернуться в деревню и отыскать того мужика в плаще. Он крутится здесь точно неспроста.

Настроение его преосвященства было превосходным. Допрос пленного не занял много времени (Джен Рейден была в ударе, и бедолага сознался практически во всех грехах, начиная со времени раннего детства), к тому же оказался очень результативен. Разумеется, никто в Ордене не посвящал мелкую сошку в какие-либо подробности, но и того, что рассказал юный бартолемит, было вполне достаточно, чтобы закинуть удочку.

Однако на рыбалку Саварелли отправился не один. Точнее, он думал, что один, но у церкви Сан-Паоло обнаружил ведьму. Она стояла перед высокими темными дверьми и, задрав голову, рассматривала круглый витраж в стрельчатом своде портала.

– Странно, – сказала Джен, не дожидаясь, пока кардинал ее поприветствует, – что бартолемиты могут сюда войти, а я не могу. И все потому, что у них есть их поганые душонки, а у меня – нет.

– Вы даже не попробуете?

– А толку? Я не могу даже дотронуться до двери, не то что порог переступить. Но этот малолетний уродец тут был, и не один. Шайка действительно собиралась в церкви. – Ведьма втянула носом воздух. – Запах портала чувствуется до сих пор, даже здесь.

«Совсем страх Божий потеряли, черти проклятые!» – негодующе подумал кардинал и осторожно толкнул дверь. Она была не заперта, и Саварелли ступил под прохладные своды старинной церкви. По центральному нефу тянулись ряды пустых скамей, чуть трепетали огоньки свечей, витражи окрашивали утренний свет в цвета драгоценных камней.

Кардинал перекрестился и на несколько секунд обратил мысли к Богу. Ведьма, нетерпеливо сопящая за плечом, мешала сосредоточиться, но не торопила его. Закончив с краткой молитвой, Саварелли направился по проходу между скамьями к лесенке, что вела в каморку священника. Знал ли местный падре, кто и зачем посещает его храм? Как сообщили кардиналу братья из местной инквизиции, настоятелем здесь был восьмидесятитрехлетний отец Джулиано Маринери, так что, с одной стороны, он уже мог давно отрешиться от всех земных соблазнов, а с другой – бартолемитам всегда есть что ему предложить: молодость и крепкое здоровье огромный искус, когда человеку восемьдесят три.

Едва коснувшись ногой первой ступеньки, Саварелли уловил некий малоприятный запашок. Его преосвященство достал из кобуры револьвер и ускорил шаг.

Дверь в крошечный кабинетик оказалась приоткрыта. Кардинал осторожно толкнул ее, заглянул внутрь и со вздохом пробормотал:

– Requiem aeternam dona eis, Domine, et lux perpetua luceat eis. Requiestcant in pace. Amen[20].

Отец Джулиано лежал, распластавшись в кресле, и взгляд его был устремлен в потолок. Священник был мертв уже несколько дней, потому вид его стал достаточно непригляден, а от запаха, сконцентрированного в маленьком непроветриваемом помещении, кардинала затошнило.

Саварелли извлек из кармана амулет, обнаруживающий чары, покачал из стороны в сторону, но ничего магического на месте преступления не было. Кардинал прикрыл дверь, поспешно спустился с лестницы и пересек неф.

– Ну что? – спросила ведьма.

– Священник умер.

– От чего? – встрепенулась Джен.

– От пули. Никаких следов магии. Осторожные, сукины дети. Я осмотрю его кабинет и церковь изнутри, а вы – снаружи. Можете допросить жителей окрестных домов, – после некоторого колебания добавил кардинал. – Только не усердствуйте чрезмерно.

– В смысле – чрезмерно?

– В смысле как с юным бартолемитом. Помните, что большинство свидетелей – невинные люди.

– Ох, ну ладно, ладно, – пробурчала сеньорита Рейден. – Насилие – самый эффективный метод, но раз уж вы так настаиваете… А потом?

– Встретимся здесь.

Джен кивнула и сбежала по ступенькам, оставив кардинала один на один с местом преступления и надеждой на то, что наставления Натана Бреннона не прошли даром и свидетели отделаются только сильным испугом. Саварелли любил беседовать с бывшим комиссаром и обмениваться опытом, хотя состояние бессмертной души Натана вызывало у него серьезные опасения (а что до души сеньоры Шеридан – то там уже были не опасения, а настоящий ужас).