Цикл романов "Консультант". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Торн Александра - Страница 85

Пес подполз поближе к огню. Даже такая зверюга, лежащая кренделем на ковре, выглядела скорее уютно, чем угрожающе. Джен поставила на стол поднос с сэндвичами и пончиками, щелкнула пальцем по чайнику, подогревая чай, и вышла.

– Откуда она у вас? – наконец спросил комиссар.

– Я должен главе ее клана, – туманно пояснил Лонгсдейл. – Она попросила меня присмотреть за Джен.

Бреннон поразмыслил над тем, что ведьмы вкладывают в понятие «присмотреть». Консультант насупился, и Натан узнал это выражение лица – он часто наблюдал такую смесь растерянности, испуга и непонимания у мужчин, которым неожиданно пришлось опекать юных родственниц.

– Она слишком полагается на грубую силу, – пробормотал Лонгсдейл. – Я хочу, чтобы она постигла тонкое искусство управления собственным даром, но… я пока не очень понимаю, как это сделать.

– А вы ей об этом говорили?

– Нет. Она должна сама понять и стремиться…

– С какой стати? Она может в одиночку понизить уровень преступности в целом квартале, причем с помощью одной кочерги. Так на кой черт ей стремиться к вашему тонкому искусству?

– Наверное, – расстроенно отозвался Лонгсдейл. – Но за пять лет мы все же продвинулись… немного.

– Угу. По крайней мере, она не убивает людей, не спросив разрешения, – хмыкнул комиссар. – А разве ее семья не беспокоится о том, что может случиться с Джен, учитывая то, чем вы занимаетесь? Это ведь опасно.

– Опасно? – с удивлением переспросил Лонгсдейл. – Но если она не научится сражаться и владеть своим даром, то не сможет даже выбрать себе мужчину, не говоря уже о прочих правах в клане.

На миг Бреннон попытался представить себе кого-то способного стать мужем Джейн – но здесь его воображение оказалось бессильно. Пес фыркнул и шлепнул хвостом по ноге комиссара.

– Послушайте, – спросил Натан, – вы помните, о чем вы меня попросили?

Брови Лонгсдейла сошлись над переносицей:

– Попросил вас?

– Ночью, – напомнил комиссар, внимательно следя за его реакцией. – Когда мы расставили ловушку на ифрита.

– Я не помню. – На лице консультанта мелькнула тень беспокойства. – О чем же я попросил?

– Скажи мне, кто я, – произнес Бреннон. – Вы попросили именно это. Дословно.

Пес пристально уставился на хозяина. Лонгсдейл застыл в кресле, словно его парализовали напряженные размышления.

– Но зачем я вас об этом просил? – наконец выдавил он.

– А вы сами знаете, кто вы?

– Джон Лонгсдейл, – последовал машинальный ответ. – Охотник на нечисть и нежить.

– Кто вы? – настойчиво повторил Бреннон. – Откуда вы родом? Кто ваши родители? У вас есть братья и сестры? Друзья? Дом, в котором вы росли? Воспоминания?

Консультант потерянно смотрел на него.

– Не знаю, – после долгого молчания прошептал Лонгсдейл. – Я не помню. А зачем… – Он снова замолк. Пес сел, не сводя с него глаз. – Зачем они нужны, – чуть слышно закончил консультант.

– Ну мало ли. Кто знает, зачем они нужны. Но они есть у всех, даже у бездомных сирот есть воспоминания о том, кто они.

– Я Джон Лонгсдейл, – повторил консультант, – охотник за нежитью и нечистью.

– И кто вас таким сделал? – резко спросил Бреннон.

Лонгсдейл заморгал.

– Сделал? То есть как… сделал?..

– Вы сказали, что охотитесь уже шестьдесят лет. Взгляните на себя! На вид вам едва ли тридцать пять.

Охотник уставился на свои руки.

– Да, – удивленно произнес он. – Действительно. Но почему?..

– Потому что иногда – редко! – вы вспоминаете. Вспоминаете себя, того, кем вы когда-то были, но эти мгновения так коротки, что вы еле успеваете сказать хоть слово. Но в одно из таких мгновений вы попросили меня о помощи, и поэтому теперь я снова спрашиваю вас – вы хотите узнать, кто вы?

– Я Джон Лонгсдейл, – тупо повторил консультант, – охотник за нежитью и нечистью.

Натану стало не по себе. Он никогда не испытывал ничего подобного, сидя напротив как будто живого, мыслящего существа. Лонгсдейл смотрел сквозь него бессмысленным, остекленевшим взглядом, механизм из плоти и крови, у которого кончился завод. Пес низко опустил морду и ткнулся носом в свесившуюся с подлокотника руку. Бреннон встал и коснулся плеча консультанта.

– Джон, – мягко позвал он. Охотник медленно моргнул и поднял на комиссара глаза. – Ваша ведьма провела небольшое исследование, – сказал Натан. – У нас в распоряжении оказалось немного крови чародея, который влез в дом Грейса.

– Вы зовете его пироманом, – кивнул Лонгсдейл.

– Это ваш родственник.

Консультант так вздрогнул, что комиссар машинально сжал его плечо.

– В каком это смысле родственник?

– В прямом. Хотя он не ваш брат, кузен или, упаси боже, дядюшка, ваше родство не вызывает у Джен сомнений.

На этот раз Лонгсдейл молчал долго. Он глядел в камин поверх головы пса и перебирал пальцами по подлокотнику. Натан сравнивал его с пироманом. Ничего общего в телосложении (тот на фоне могучего консультанта вообще казался спичкой), но что-то схожее было в очертаниях высокого лба, квадратной челюсти и разрезе глаз.

«Или мне это мерещится», – подумал Бреннон, и тут Лонгсдейл вдруг отрывисто бросил:

– Да.

– Что – да?

– Найдите его, – процедил консультант. – Скажите мне… – Его лицо вдруг мучительно исказилось. Он стиснул подлокотники кресла так, что они смялись, как картонные; в углах рта Лонгсдейла выступила слюна, и он тяжко просипел: – Скажите мне, кто я.

Александра Торн

Голос во тьме

© Торн А., 2022

© ООО «Издательство «АСТ», 2022

14 февраля

Глядя на Томаса Барри из Томлехлена, Бреннон думал, что этого человека выперли из семинарии за выражение лица. Маленькие глазки непрерывно бегали, язык облизывал тонкие губы, кадык подергивался, пальцы елозили по столу, колени подрагивали, словно каждая часть его тела жила собственной жизнью. А взгляд был такой извиняющеся-мутный, что так и хотелось проверить его карманы на предмет мелкой кражи. Священник, в конце концов, должен вызывать у прихожан уважение и трепет, а не жалость и подозрения в воровстве.

– Послушайте, – жалобно повторил Барри, – я не хочу!.. Господи, я не могу предстать перед судом!

– Почему? Что вам мешает?

– Я… я ничего не знаю! Ни о Муре, ни о Грейсе, ни о, прости Господи, этих детях! Я просто переписывался с Грейсом, и он мне ничего такого…

– Он бы и не стал, – сухо сказал комиссар. – Будучи весьма разумным человеком, он вряд ли принялся бы расписывать в красках, как заманивал, душил и хоронил детей в своей церкви.

Барри дернулся всем своим невеликим телом:

– Но я же не знал! И Мур…

– И Мур, когда пил у вас чай по воскресеньям, тоже ни словечком не обмолвился. Понимаю.

– Послушайте! – Человек, долгое время переписывавшийся с Душителем. – Я не могу отказать от дома брату жены, кто он там… деверь? шурин? Забыл… только потому… потому что… Господи ты боже мой!

Он вытащил платок и утер лицо. Риган монотонно зачитал выдержку из досье:

– Вы обучались в одной семинарии с отцом Адамом Грейсом и состояли с ним в переписке до самой его смерти. Вы уже девять лет женаты на Алисе, сестре Джейсона Мура, который являлся второй половиной Хилкарнского душителя. Джейсон Мур регулярно вас навещал и познакомился с отцом Грейсом в вашем доме.

– Но это же не значит!.. Послушайте, я… я… – Барри облизнул губы, – я вам денег дам, просто забудьте…

– Сколько дадите? – скучающе спросил комиссар.

Барри судорожно скомкал платок.

– Ну, в пределах разумного…

– Пять лет, – задумчиво констатировал Натан. – А с учетом тяжести преступления и моего звания – все восемь. Риган, он совал тебе взятки?

– Да, сэр. К сожалению, у меня нет свидетелей…

– Зато у меня есть. Скажите, из семинарии вас выгнали за беспросветную тупость?