Цикл романов "Консультант". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Торн Александра - Страница 97

– Думайте о дороге, – шепнул Энджел.

Мисс Шеридан перевела дух и сосредоточилась на крепко утоптанной снежной тропе.

Они вышли из стеклянной двери аптеки и оказались перед экипажем, запряженным необыкновенно красивой гнедой парой. Маргарет залюбовалась лошадьми неизвестной ей породы, с густыми вьющимися гривами и хвостами. Энджел помог девушке забраться внутрь и набросил на нее медвежью полость.

– Куда мы?

– Сначала в парк, потом – туда, где на вас напали. – Он подобрал вожжи и коротко свистнул.

Лошади всхрапнули и так резво взяли с места, что Маргарет вжалась в спинку сиденья. Улицы замелькали, стремительно пролетая мимо. Энджел обернулся к ней – темные глаза азартно горели, как у мальчишки на первых скачках, и девушка восторженно взвизгнула. Она еще никогда не каталась с такой скоростью! Они неслись по ночным улицам, словно метеор, и даже ветер едва успевал щипать Маргарет за щеки.

Удовольствие закончилось у восточных ворот парка. Неподалеку бдел полицейский, но, когда они проезжали мимо, Энджел, пустив лошадей шагом, пробормотал какое-то заклятие, и глаза стража порядка остекленели.

«Откуда он знает столько заклинаний?» – с завистью подумала Маргарет, опираясь на руку Редферна, чтобы выбраться из экипажа. С замком на калитке в воротах Энджел разобрался еще быстрее и велел девушке взять из экипажа сумку.

– Почему именно здесь? – спросила мисс Шеридан, когда они шли по дорожке из туфа. – Ну, помимо того, что тут очень тихо и безлюдно… разве не разумней убивать жертв в разных местах?

– Что-то его сюда притягивает. Либо он чует это инстинктивно, как животное, либо точно знает.

– Что знает?

– Вы слышали о дурных местах?

– О каких? – покраснела Маргарет.

– Да уж не о тех, которые вам запрещали трогать няньки и гувернантки! – фыркнул он. – Дурные места возникают там, где граница между нашим миром и той стороной истончается. Для этого необязательно нужен идиот с ритуалом вроде Душителя. Иногда они возникают сами по себе, а иногда… иногда… – Энджел вдруг замолчал и нахмурился. Они шли молча некоторое время, пока Маргарет не решилась пискнуть:

– А иногда?

– Иногда, – тихо сказал Редферн, – там, где страдало и погибало множество людей.

Его голос стал таким глухим, что девушка еле разобрала ответ и не осмелилась продолжать разговор. В молчании они дошли до первого места преступления.

– Ничем не огорожено, – раздраженно заметил Энджел. – Заходи кто хочет, бери что надо.

– Чего вы ворчите? Нам же и удобней.

– Убийце тоже.

Маргарет открыла сумку, пробормотала «Lumia» и выпустила наружу летающую лампу – стеклянный шар, в котором трепетал золотистый огонек. Энджел забрался в кусты и присел на корточки у места преступления. Мисс Шеридан подобрала юбки и осторожно прокралась мимо торчащих веток.

– Ох, господи, – выдохнула она, увидев остатки бурой каши, застрявшие в стволе березы осколки кости и кровавые пятна на белой коре.

– Дайте щипцы.

Маргарет протянула ему щипцы и коробочку. Энджел не без труда вытащил несколько осколков кости и бросил в коробку.

– Посмотрим, что они нам скажут. – Он надел очки с зеленоватыми стеклами и тщательно осмотрел место, где лежало тело. Когда Редферн поднялся, то явно был растерян. Он сдернул очки и стал грызть дужку, сердито глядя на схватившийся бурым ледком снег.

– Ну как? – спросила девушка.

– Ничего. Тут никто не колдовал. Убийство самое обыкновенное, и если бы он не воспользовался гипнозом и mortiferum somno… – Энджел смолк, уставился на Маргарет, и его глаза, без того немаленькие, расширились.

Редферн выскочил из кустов, как молодой олень, промчался несколько ярдов по дорожке в ту сторону, где убили вторую девушку, замер и вдруг закрутился юлой, пытаясь что-то высмотреть среди деревьев. Мисс Шеридан убрала щипцы и коробочку в сумку, поманила за собой шар и подошла к наставнику, который опять замер, уставившись на шпили ратуши и кресты собора, которые виднелись над оградой.

– Вы знаете, что здесь было? – Редферн схватил ее за руку.

– До революции? Ну… вроде бы парк для аристократов. Теперь парк для народа, убивай хоть каждый день – никто не заметит.

– Нет! – нетерпеливо выкрикнул Энджел. – Нет! Раньше! Еще раньше!

– Не знаю, – растеряв весь сарказм, отозвалась Маргарет.

– Это Чертова плешь. – Глаза Редферна возбужденно загорелись. – В конце пятнадцатого века здесь был чумной барак. Люди умирали сотнями на этой самой земле! – Он топнул по дорожке и прошептал: – Расстояние до ратуши и собора; конечно, я помню…

– Вы хотите сказать, – вздрогнула Маргарет, – что мы сейчас стоим на общей могиле?

– Да! Город был гораздо меньше, к ратуше еще не пристроили два крыла, но собор построили уже тогда, видите главный шпиль? – Энджел указал пальцем для наглядности. – Даже когда прошло сто лет, нам все равно запрещали… Я помню… – прошептал он.

– Погодите, я запуталась. Какие сто лет? В смысле после чумных бараков прошло сто лет или… – Маргарет поперхнулась; до нее внезапно дошло, что значит его оговорка. – В каком это смысле – вы помните?! Как вы можете это помнить?!

Редферн все еще держал ее за руку, и девушка ощутила, как сильно он дернулся. Энджел воззрился на нее, словно ребенок, проболтавшийся о шалости, сморгнул и заявил:

– Я очень хорошо помню карты старого города.

Глаза Маргарет сузились. Энджел взбодрился и продолжил:

– Так вот, в конце пятнадцатого века тут был чумной барак, спустя сто лет – Чертова плешь, где никто не рисковал строиться, а в конце семнадцатого столетия некий слабоумный градоправитель разбил на этих землях парк. О чем нам это говорит?

– О том, что кто-то заврался.

– О том, что когда-то здесь умерло в муках так много людей, – не поддался на провокацию Энджел, – что грань между той и этой стороной истончилась. И возможно… возможно… – Он прикусил губу и зашептал: – Да нет! Не столько же времени… или он тоже пережил… но если так, то где тогда дыра?..

Маргарет осторожно нащупала на его запястье пульс. Вроде бился так же, как положено у человека, и рука была теплой, и он сам тоже… И дышал он так же жарко, как любой человек, – облачками пара в морозном воздухе. Энджел рассеянно смотрел на шпили и кресты, и Маргарет кольнула совесть. Ну, может, он действительно имел в виду старые карты?

– Это все совершенно несвязно, – наконец пробормотал Энджел почти расстроенно. – Он просто убивает девушек чужими руками и потом расправляется с убийцами. Но он не совершает никакого ритуала! И при чем тут чумные бараки, парк и…

– Подождите. – Маргарет нахмурилась. – То есть вы думаете, что это он убил тех троих в больнице? Но тогда должно быть еще два трупа – убийцы первой девушки и убийцы второй! Или как минимум один, если убийца тот же.

Редферн обернулся к ней.

– Действительно, – медленно сказал он; в его глазах Маргарет буквально видела лихорадочные метания мыслей. – Где еще трупы? Скажите вашему дяде, пусть поищет.

– Ладно, скажу. А вы?

– А я отвезу вас домой. Нам здесь больше нечего делать.

– А как же переулок, где на меня напали?

– Потом, – нахмурился Энджел. – Сначала мне нужно кое-что проверить.

19 февраля

Бреннон перечитывал отчет о вскрытиях. Вещи убитых девушек были разложены на столе в том же зале, где еще недавно находились улики по делу Душителя. Описание погибших, насколько его можно было составить, раздали всем полицейским. Натан запросил помощи у комиссара из отдела нравов, и тот пообещал побеседовать с сутенерами пропавших проституток. Галлахер рылся в заявлениях об исчезновениях, Бирн допрашивал смотрителя. Консультанта и ведьму Бреннон отпустил отдохнуть – на случай, если к вечеру маньяк-чародей внезапно проявит себя и срочно потребуется магическая помощь.

Комиссар дочитал отчеты, раскрыл их на причине смерти и разложил по столу. Сейчас его мучил единственный вопрос – один или двое убийц шастают по городу? Конечно, соблазнительно предположить, что пироман из мести прикончил троих напавших на Маргарет, однако Лонгсдейл отрицал такую возможность.