Тактик 11 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 33

— Кто-то ещё бросит вызов этому здоровяку, чтобы не считалось, что только я проиграл ему! — подзадорил толпу рыжий Айстрикт и немедленно нашёлся желающий побороться с орком.

Хайцгруг последовательно положил шестерых рыцарей и с каждым из них выпил.

— Пойдём, друг, хватит с тебя этих слабаков! — рыцарь вытащил из-за стола Хайцгруга и потащил в другую часть залы, по пути рассказывая. — У меня недавно ситуация была в бою, я шестерых своих руками на крышу дома закинул, мы тогда с чердака атаковали. Вот так вот руки складывал и кидал, один нос расквасил, так и пошёл в бой, всё в крови, а сам ржёт. Идиот, словом. Я люблю своих идиотов!

За стол усадили Хрегонна и он тоже одержал ряд побед. Потом сёл лейтенант Ройнгард, заместитель Новака и из трёх соревнований два проиграл, однако его никто не освистал и не оскорбил за слабость, хотя своих товарищей воины Гизака по-дружески освистывали.

Что характерно, Тайфуну никто побороться не предложил, ему просто дали ведёрную кружку пива и огромную порцию мяса.

…

Около меня возник Мейнард:

— Здесь нет таких рыцарей, русский, каких ты видел при дворе Назира. Тут каждый первый — воин. Да, они люди простые, грубоватые, могут отрыгнуть за столом и рукавом рот вытирают, тут половина читает с трудом, но они — братство войны. Мы наслышаны про военные походы Штатгаля, про то, сколько вы разбили армий Вейрана, про штурмы и осады. Это вызывает уважение.

— Признаться, друг Мейнард, — мы отошли чуть в сторонку, — я переживал за вопросы расизма.

— Да, — пожал плечами немец, — они в массе своей не уважают представителей других рас, однако ты же помнишь особенности происхождения Гизака?

Я кивнул. Это он сейчас про то, что сам принц наполовину эльф, причём его мать не из рода пастухов или там, эльфов — уличных торговцев, она княжеского рода.

— Ну, так и не принято у нас такие вопросы поднимать. А с тех пор, как мы полгода на войне, вся надменность с парней улетучилась. Усталости нет, силы в них полно, но неуважение они испытывают как-раз таки к своим соплеменникам. К основному войску короля в Пьённистаре, которые просто бухают по столичным кабакам и наедают щёки на королевских харчах. Тогда как мы, как и вы, с первых дней на войне и всё это время — пот, кровь, земля на могилах и мельтешение клинков перед лицом.

Глава 16

Родство как капитал

Офицеры разделились на группы, в центре зала Мурранг живо и интересно рассказывал, как устроена походная колонна Штатгаля, его слушали три немолодых, но явно матёрых рыцаря.

Тайфуна занял старичок-маг, который увлёк Фомира и тролля в угол, где и что-то там затирал им про магию. Фомир откровенно скучал, поглядывая на столы, а вот Тайфун осторожно отвечал на некоторые вопросы мага Гизака.

Многие мои бойцы, даже Гришейк, нашли себе собеседников, они пили, ели со столов, разговаривались, делились байками и ситуациями, которыми война полна.

И хотя война — это в первую очередь страх и смерть, эти грубые мужчины, представители всех рас, легко нашли, о чём поговорить.

— Как у тебя дела, Мейнард? Я слышал, ты жениться хочешь.

Немец закашлялся, я подал ему вина. Мы стояли поодаль от остальных.

— Ты даже про это слышал? У нас мало кто об этом знает.

— Это всё Эрик. Наш с тобой приятель стал главой разведки короля Назира и создал обширную агентскую сеть. Собирает и анализирует информацию, составляет досье на всех виднейших людей Маэна, он ищет компромат и строит колоссальное количество интриг и козней.

— Для него это всё игра, Рос. Это то, чего он хочет и жаждет. Видишь ли, вам двоим было проще. Ты геймер, для тебя жизнь — игра.

Я отрицательно покачал головой:

— Нет, я каждую смерть, своих и чужих, воспринимаю серьёзно. Я знаю, что жизнь не игра.

— Это твоя взрослая психика, твоя эмоциональная часть знает. А твоя логическая, математическая часть ведёт игру, создаёт тактические схемы и хочет победить, — терпеливо ответил немец.

— Ну да, я хочу победить, — не стал спорить с очевидным я.

— Вот видишь. А у Эрика — его интриги, манипуляции, шпионаж. А я просто человек, Рос. Просто хочу жить и радоваться жизнью. Но до встречи с Эбигейл у меня это не получалось. Рассказать, что со мной было до войны?

— Валяй.

— Я вернулся в свой домен, привёл в порядок замок, набрал отряд, разбил всех разбойников в окрестностях. Вообще никакой преступности при мне не стало. Слава обо мне дошла до Гизака, он владыка земли, где мой домен располагался. Тот пригласил меня к себе, слово за слово… Он предложил мне странную должность — «рииве» принца. Тот, кто следит за порядком и законностью, но не управляющий, который регулирует мирную жизнь, а следящий за состоянием замков в землях принца, военной подготовки, проверяющий гарнизонов в городах.

— Ты согласился?

— А чего бы и нет? Своей мечты, как у вас, у меня не было, а тут оказался кому-то нужен. Принц понимал, что я кайеннец, но это был для него только плюс. В его землях многие роды спелись, была коррупция и что хуже, лень, трусость, бардак. В общем, через некоторое время после того, как я стал личным рииве принца, я столкнулся с ней.

Немец умолк.

— Скучаешь по ней?

— Да, Рос, скучаю. Она красивая, она интересная, весёлая, таинственная. В ней есть всё и намного больше. Я с первой же секунды почувствовал, что не достоин её, но… Я ей понравился и это придало мне сил. Я стал лучшей версией себя. Больше тренировок, хорошее исполнение работы, спокойствие, больше встреч за счёт регулярного посещения замка принца… Кстати, живёт он вовсе не в городе и не богатом поместье, он вообще массу времени проводит в тренировках, при этом равнодушен к охоте, пьянкам и пирам. Даже этот пир — просто возможность поболтать и выпить, а не застолье с длинными тостами. Так вот, у нас возникли чувства.

— И принц узнал?

— Ну, я не стал доводить до такого, но, думаю, он о чём-то догадывался, да и прислуга шепталась. В общем, я действовал прямолинейно.

— Попросил её руки и сердца?

— Можно и так сказать. Фуриарос, а это истинное, эльфийское имя принца, воспринял эту новость спокойно, но без особой радости. Эбигейл незаконнорожденная, её отец — не отец принца, они в то время с матерью расстались… Там в общем-то сложная история. В общем, он меня долгое время проверял и согласился, что если я смогу показать себя, как великий герой на войне, то он одобрит этот брак. Тем более, что после нескольких коррупционных скандалов и фактах сговора с целью убийства принца, освободились домены и титулы некоторых аристократов, и я стал графом.

— Ого, ты граф, Мейнард?

— Кто бы говорил? Ты вообще непонятно как выскочил в герцоги!

— Ерунда, мне всегда было плевать на официальные титулы. Если хочешь знать, мне даже предлагали стать зятем короля и как следствие, принцем.

— Хвастун!

— Это правда.

— Всё равно хвастун. Раз отказался, зачем вспоминаешь? Словом, принц может сделать меня своим зятем, а я вступлю в брак с возлюбленной. Но только для этого мне нужно, чтобы принц не погиб на этой войне, и чтобы я сам показал себя молодцом.

— И тоже не погиб, Мейнард, помни про это.

— Так что вы задумали с принцем, Рос? Хотите дождаться армию южан и втроём пойти штурмовать Монт? Мне надо знать, потому что я всеми силами стараюсь прикрывать его спину во время авантюр.

— Ничего подобного, никаких самоубийственных атак. И твой босс тоже не дурак.

— Про Его высочество не принято так говорить, Рос.

— Я, вообще-то, его похвалил. А то, что грубовато… Ну, простите, я больше месяца в Лесу Шершней прожил, среди орков, слегка огрубел. Он понимает, что с одной стороны самим нам Монт не взять, это не реально. А с другой — придёт Назир и все лавры заберёт себе.

Мейнард помрачнел:

— Патовая ситуация, Рос?

— Нет, пат — это когда ты не можешь делать ходы, а у нас полно возможностей. Я думаю, что тебе, как одному из высших командиров принца, стоит поучаствовать в небольшом военном Совете, который, как мне кажется, состоится после прибытия сюда принца Ги. Там можно придумать такие ходы, чтобы если не обесценить действия короля Назира, то по крайней мере получить явные козыри в этой игре. Вот смотри, на практике — у меня есть пленник Рейпл, двигается в моём обозе и без аппетита кушает солдатскую кашу наравне с орками. Это родственник Вейрана, по линии его жены. Есть ещё пяток пленников рангом пониже.