Росомаха. Том 4 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 22

— Скажу, что ты идиот! — вдруг вызверился учитель. — Я же объяснять устал, малейшая ошибка и умрут все в радиусе двадцати километров! За подобную работу даже я не возьмусь, слишком велик риск!

— У меня есть своя изнанка, — не сдавался я. — Если помрёт пара сотен монстров, никому плохо не станет. Меня вон, сегодня вывести из себя пытались, а мне пришлось слиться. Мне! Это полностью противоречит моей натуре, понимаешь? Хорошо, что в итоге слился он сам, но внутри души осадочек остался.

— Хорошо! Заодно попробуем пересадить на тебя твой приз, — сдался учитель. — Откройся!

Странно. Раньше я тратил кучу моральных и физических сил, чтобы скрывать артефакты, пересаженные на моё тело. Теперь же для меня это стало так же естественно, как дышать. И, повторяя аналогию, чтобы показать «свой богатый внутренний мир», мне приходилось «задерживать дыхание». Несложно, но дискомфортно.

Он долго и придирчиво меня разглядывал, потом ткнул пальцем мне в коленку. Там у меня висел автоматически срабатывающий щит земли. Не из сильных, но неплохой.

— Работать будем с этим! — выдал он. — Основы же помнишь? А теперь важные детали!

Мы пересаживали заклинание с меня на болванку и обратно тысячи раз, доводя мои мысли и движения до автоматизма. Уже темнело, когда Юра остановил практический урок. Под конец, он поколдовал над браслетом пространственного кармана, удалив пару золотых и белых нитей.

— Метку я снял, что очень опасно, — спокойно сказал он. — Если потеряешь артефакт сейчас, уже не найдёшь. Так что давай, переноси на себя. Туда же, на запястье.

Всё получилось, как по учебнику. Золотые и белые нити красивого плетения засверкали рядом с кистью, а дешёвая медяшка стала просто дешёвой медяшкой. Юрий довольно улыбнулся.

— Красава! Вот теперь можешь и поэкспериментировать на своей изнанке. Станешь нежитью, угроблю лично, понял? А умрёшь, не приходи призраком, развоплощу и не попрощаюсь!

Почему-то мне показалось, что он не шутит.

— Договорились, — кивнул я. — И спасибо. Посоветуешь, что использовать за основу амулета, куда я пересажу магию смерти?

— А что там советовать? — удивился он. — Ты же не из башки это придумал? У тебя где-то валяется запрещённый в России предмет. Не думай, не осуждаю. Вот там и подгляди. Ладно, вали, вымотал ты меня сегодня. Тяжёлый день. Надеюсь, к понедельнику ты ещё будешь жив. Я тебе с пересадкой точно помогать не буду, жизнь люблю.

— Я тоже надеюсь, — вздохнул я, направляясь к двери. — А кто её не любит? Пока! До понедельника.

Оказывается, девчата уже были на низком старте, готовые ехать в поместье, Василий тоже. Все ждали только меня. Но вначале меня накормили, спасибо добрым людям, позаботились.

К особняку подъехали уже довольно поздно вечером, завезя Смородинцеву к отцу, но куча окон светилась, чувствовалось нездоровое оживление. С нехорошими предчувствиями я рванул внутрь, оставив Лилю на попечение Василия.

В коридоре я наткнулся на несостоявшегося убийцу, Альфреда. Увидев меня, он тут же тормознул и заговорил:

— Только что отбили нападение на особняк, господин. Восемь зачарованных. Ну, мы их так зовём. Раньше они почти всегда действовали по одиночке. Бориса ранили, сильно. Двоих врагов положили, остальные в полоне. Но ничего не осознают, как обычно. Через сутки придут в себя, отпустим, тоже, как обычно.

— Да когда же они успокоятся? — разозлился я. — Ведь понятно, что их план провалился, что дальше лезут? Крестьяне нам не противники же!

— Не, это не крестьяне, — покачал головой начальник стражи. — Это охрана обоза. И да, господин, от защиты битвы не выигрываются! Нам нужно выяснить, кто это и напасть самим!

— И как ты собрался это выяснять? — усмехнулся я. — Есть идеи? Жертвы сами ничего не знают, а под описание «красивая тёлка» попадает слишком много народа.

— Вообще-то есть, — задумчиво протянул мужчина. — Ловля на живца. Вариант дорогой, но сработать может. Отправить небольшой отряд с амулетами защиты от ментала. Ну да, я и сказал, что дорого. Причем таких, кого захотят поработить и направить на нас. И скрутить очередную тёлку, ой, простите, даму, что попытается их обратить в своих слуг.

— А вот это можно покумекать, — задумался я. — Идея неплохая, но к реализации слабо пригодна. Проблема в том, что там не ментал, а проклятия людей заставляют непотребства творить. Я подумаю, сам ничего пока не предпринимай.

— Понял вас, — поклонился Альфред. — Ладно, вашбродь, побегу я дальше, команда приказов ждёт.

— Погоди, к Борису меня проводи, ну, к раненому, который. Попробую помочь.

Борисом оказался совсем молодой парень, на вид лет семнадцати, крепкий и безусый. У него была надрублена рука. Над ним сидел наш старичок-маг, семейный. Струйка его лекарской магии была совсем тонюсенькой, но второй уровень больше и не выдаст. По идее, дня за три рану залечит, но зачем мучать обоих? Я активировал одно из плетений.

Парень вздрогнул, а после с удивлением посмотрел на перевязанную руку. Интересно, что он там хотел увидеть сквозь грязные бинты?

— Не болит, — ошарашенно сказал он и повторил: — не болит! Доктор, вы великий маг, спасибо огромное!

А я, хитро улыбаясь, закрыл за собой едва приоткрытую дверь. Пусть оба порадуются.

На обратном пути меня перехватил Иван, и я был очень рад его видеть. Мы прошли в кабинет, и я налил ему немного коньяка, который ему очень понравился в прошлом.

— Про нападение уже наслышан, — сразу обозначил я. — Расскажи, что по заводу и деревне?

— О, новостей море, — оживился здоровяк. — Завод запустили! Не в полном объёме, но первая партия уже в бочках! Не помню, сообщал ранее или нет. Маг один попался, природник. Он бактерии заставляет работать раз в сто быстрее, представляете? С вечера яблоки загрузили, он руками помахал, к утру готовая брага, потрясающий дар! Остаётся отцедить и перегнать. И на эту тему поговорить хотел.

— Говори! — усмехнулся я. — Кто же мешает?

— Господин, понимаю, что это опять затраты, а отдачи пока нет. Кальвадосу вызревать надо. Наш природник экспериментирует с ускорением и этого процесса, но пока не получается. У меня следующая идея… Завод такими темпами может переработать раз в семь-восемь больше расчётного количества урожая. И я узнавал, у соседей, не у всех, у некоторых, урожай на ком свиньям идёт, реализации нет.

— И ты хочешь скупить за копейки? — перебил я его. — Одобряю. Даже если и не совсем за копейки. Действуй. Можешь на пару недель приостановить стройку и использовать под это оба грузовика. Но с Антоновичем всё равно посоветуйся, просчитай. Что по самой деревне?

— Пятую улицу заканчиваем! — гордо задрал он нос, не забыв отхлебнуть коньяка. — И люди сплошь нужные идут, размещать не успеваем. Общинные дома заполнены под завязку. Так вот тот маг природы и появился. И много полезных ребят. Кстати!

Он демонстративно хлопнул себя по лбу.

— Который раз забываю сказать! С Тонтонычем недавно обсуждали. Цветочек помните, приволокли вы? С семицветиком, клубень огромный! — я кивнул, а он продолжил. — Их уже целое поле засадили, там наши с деревни работают. Ну, в смысле, цельную теплицу. И клубней тридцать уже в погребе лежат, вашего решения по ним ждут. И это, макры для их удобрения заканчиваются.

Тридцать клубней? Серьёзно? Если мне память не изменяет, один стоит примерно двадцать тысяч. Это более полумиллиона валом? Вот уж никак не ожидал подобной отдачи от простого цветочка. Для меня это больше эксперимент был. Как вижу, успешный.

— Садовнику премию выписывай, — тут же ответил я. — И всем причастным, это на твоё усмотрение. Насчёт макров к Бродиславу обратись, он предоставит. Но это всё отлично, неужели проблем нет?

— Да как это нет? Они всегда есть, — сокрушённо вздохнул голова. — И даже одна серьёзная.

Глава 14

— Ну давай, накидывай свои проблемы, — от его фразы мне аж захотелось выпить, хоть и не пьющий. — Их много?