Год 1991-й. Вторая империя (СИ) - Михайловский Александр Борисович - Страница 37

Радован Караджич с опаской посмотрел на разгорающееся сияние нимба и со смесью наглости и осторожности спросил:

— А если мы вас не поняли?

— Тогда пеняйте на себя, — ответил я под оглушительные раскаты грома. — Любому из вас я могу найти адекватную замену, а вот сербский народ в целом мне заменить некем и незачем. А ведь именно его вы, так или иначе, делаете заложником своих дурацких политических игр, ставя под удар даже тех сербов, кто не желает вас знать.

— Да, это так, — с жесткой усмешкой подтвердил самый младший из королевичей Джорджи. — Примерно то же господин Серегин говорил умникам из нашей «Черной Руки», когда вынес им условный смертный приговор. С тех пор прошло почти восемьдесят лет, но в сознании радикальных сербских политиков ничего не изменилось. Вы по-прежнему глупы и слепы, бойко говорите от имени сербского народа, но не желаете знать об его истинных нуждах и заботах.

Ну вот, в этом весь Джорджи: ни секунды не задумываясь, резанул правду-матку в глаза самодовольным засранцам, отчего те (за исключением Добрицы Чосича) тут же вскочили с мест и возмущенно загалдели. Ну точно как их далекие предки на собрании родовичей в те времена, когда каждый славянский вой мнил себя великим стратегом.

Порядок восстановила Кобра: она зажгла на ладони плазменный шар размером с хороший грейпфрут и низким угрожающим голосом рыкнула:

— Тихо, клоуны! Быстренько сели на свои попы ровно и закрыли рты, а то как бы чего не вышло. Джорджи Караджоржевич настоящий герой, не жалевший ради сербского народа своей крови и самой жизни, а потому он наш любимый младший брат, а вы, бабуины, никто и звать вас никак. Если будете и дальше выкобениваться в том же стиле, то останетесь тут горстками пепла, сухого и горячего, а мы на ваше место подберем более вменяемых кандидатов. Понятно, я вас спрашиваю?

Кобра, когда хочет, бывает очень убедительна, поэтому «клоуны» сразу все поняли, и тихо расселись на свои места, кося взглядами на пышущий жаром плазменный шар.

— Ну вот, так-то лучше, — сказала наша Гроза Драконов, втянув энергию обратно в себя и потерев ладонь о ладонь. — Господин Чосич, мы вас слушаем. Говорите что хотели, но только без глупостей.

— Глупостей не будет, — заверил тот. — Я и сам сторонник решения сербского вопроса тем путем, который только что предложил господин Серегин. Если мы прямо сейчас попытаемся взять чужое, то потом, по уже указанным причинам, нам с кровью и болью придется расстаться уже со своим. И это факт. Другой факт заключается в том, что мирно разойтись с нашими оппонентами никак не получится. И тут я имею в виду не только насквозь пропитанную усташеством хорватскую нацию, но и мусульман-бошняков, которые и в самом деле есть сербы, сами испортившие себя переходом в магометанство ради более легкой жизни в Османской Империи. Еще в семидесятом году их будущий лидер Алия Изетбегович заявил: «Не может быть ни мира, ни сосуществования между исламским вероисповеданием и неисламскими политическими институтами власти. Исламское обновление не может начаться без религиозной революции, но оно не может успешно продолжаться и претворяться в жизнь без революции политической. Наш путь начинается не с захвата власти, а с завоевания людей». Людей он в итоге завоевал: на последних выборах большинство боснийских мусульман отдали голоса его партии Демократического Действия, составившей большинство в Президиуме Боснии и Герцеговины. А еще у нас есть сведения, что этому господину покровительствуют американские политики, имеющие на него особенное влияние. В силу всего вышесказанного, господин Изетбегович и его единомышленники всеми силами воспротивятся вычленению из состава республики земель с сербским населением, и тем самым разожгут так ненужную сербам междоусобную войну.

Я тут же проконсультировался у энергооболочки, насколько соответствуют истине утверждения господина Чосича, и получил ответ, что все это святая истинная правда. Более того, этот персонаж может быть агентом не только турецкого, но и саудовского влияния, на что как раз и указывает озвученная декларация. И роль американцев как закулисных кукловодов тут тоже как лыко в строку, ведь до знаменитого одиннадцатого сентября ЦРУ предпочитало сотрудничать именно с саудовскими ваххабитами, как с самыми-самыми-самыми непримиримыми врагами любой светской власти. Бумеранг по голове им прилетит только через десять лет, а сейчас янки с радостью жахаются в десны с самыми отъявленными людоедами. Скорее всего, где-то уже наготове отряды арабских боевиков, ждущие только того, чтобы контроль Сараевского аэропорта от Югославской Народной Армии перешел к мусульманским вооруженным формированием. С момента вывода советских войск из Афганистана эта территория утратила приоритетное значение для разного рода борцов за веру, следующими у них на очереди были Чечня, Босния и Косовский край. При этом резать без всякой пощады тут, в Боснии, они будут не только сербов-православных, но и хорватов-католиков, и как раз такой исход нам следует предотвратить в первую очередь.

— Значит, так, господа, — произнес я вслух, — господину Изетбеговичу я сделаю только одно предложение разойтись по-хорошему, и в случае ожидаемого отказа ему останется только пенять на себя. Оторванную голову потом обратно не приставишь. Однако даже при худшем исходе не должно быть никаких репрессий по национальному или религиозному принципу. Разведывательной информацией о том, где у сербов добрые соседи, а где затаившиеся враги, я вас обеспечу, и также гарантирую невмешательство в ваши дела стран НАТО. А если где-то на территориях компактного проживания боснийского и хорватского большинства сербов начнут унижать, гнать из своих домов или, не дай Бог, убивать, мои вооруженные силы тут же вмешаются в эти события и приведут всех виновных к общему знаменателю. Мои люди такое умеют. На этом пока давайте закончим наш разговор; я сказал вам все, что хотел, и теперь только вам решать, с вами будет построено единой сербское государство или без вас. Одного господина Чосича для начала будет достаточно.

После этих слов присутствующие сербские политики переглянулись. Истинный Взгляд показывал, что хоть им их хочется прокукарекать прямо сейчас, и пусть потом не рассветет, никто из них не собирается класть свою голову на плаху. Личным примером поднимать в атаку полки — не их случай.

И вот, наконец, за всех высказалась Биляна Плавшич:

— Хорошо, господин Серегин… Если вы сами будете мстить за всех убитых и замученных сербов, то мы согласны на ваше предложение. А теперь скажите, что мы должны делать дальше.

— Дальше, госпожа Плавшич, — сказал я, — необходимо дождаться момента, когда господин Изетбегович объявит референдум о независимости. Это и будет тот Момент Истины, после которого все придет в движение. При всех отрицательных особенностях этого человека я все же не исключаю, что, устрашенный событиями в Хорватии, он примет благоразумное решение. А если нет, то тут и суда нет, а есть Особое Совещание и моя ипостась Божьего Бича. Еще за это время вы, боснийские сербы, должны закончить оформление своего государства, чтобы оно заняло место Боснии и Герцеговины в составе Федеративной Республики Югославия. И то же самое касается Хорватской Сербской Краины. Одновременно Скупщина в Белграде должна принять решение о восстановлении постоянного поста президента, на должность которого следует избрать присутствующего тут Добрицу Чосича, с передачей ему всей полноты исполнительной власти. Едва только станут ясны ответы на заданные сегодня вопросы, мы перейдем к следующей фигуре марлезонского балета, и тогда горе будет тем, кто встанет у нас на пути, пусть даже это будет весь коллективный Запад вместе взятый.

— О, да, господа, — сказал самый старший из Джорджи Карагеоргиевичей. — С коллективным Западом господин Серегин умеет управляться так, что только пух и перья летят. Имел, знаете ли, возможность наблюдать за событиями в своем мире почти из первых рядов партера. Так что не извольте беспокоиться: защищать вас его вооруженная сила будет по самым лучшим стандартам.