Демоноборец (СИ) - Петров Максим Николаевич - Страница 2

— А надо? — Откинувшись на спину, я позволил мышцам расслабиться. — Теплый песочек, пусть и не белый, тишина, разве что воды не хватает для полного счастья. Мы победили, и это главное.

Клинок ничего не ответил, а в следующее мгновение я почувствовал, как мое тело обретает невероятную легкость, поднимаясь все выше, и выше, и выше…

Умер? Умер. Исчез? Вроде бы нет.

Всё вокруг стало максимально странным. Я видел без глаз, слышал без ушей и ощущал без тела. Мысли, переживания и само моё естество обострились до предела, пока я поднимался куда-то. И само наличие этого «куда-то» уже радовало.

— Здравствуй, — сперва был голос. Приятный, женский.

Вот только как ему ответить мне было совершенно непонятно. Сперва. Но тут будто бы по чьей-то воле моя лёгкость сменилась чувством присутствия. Я обрёл не форму, но эдакую точку восприятия — стал самостоятельной мыслью в окружавшей меня метафизике, увидел перед собой золотое сияние и даже более того! Я сразу же понял, кто передо мной.

— Здравствуй, — повторила Жизнь. — Поздравляю. Ты сделал это…

Вокруг потихоньку начали проступать очертания пространства, как будто бы мне разрешили его увидеть. Белый зал — белые стены, высоченный белый потолок, белые колонны и выложенный плиткой белый пол. И можно было бы подумать, что всё вокруг отделано мрамором, если бы не пульсирующие золотые прожилки тут и там. Сама пульсация медленная, спокойная, похожая на мерное дыхание.

— … Ты очистил свой мир от чумы, — продолжила Жизнь. — Можешь не переживать, после гибели тринадцатого демоны больше не вернутся. У тебя действительно получилось.

Я попытался ответить, сосредоточившись на одной единственной мысли: «Это конец?»

— Конец или не конец — решать тебе. Я хочу попросить об одолжении. Не хотел бы ты начать всё сначала?

— Сначала? — переспросил я. — Ты говоришь о перерождении?

— Не совсем, — золотое сияние оформилось в женскую фигуру на троне, таком же белом, как и всё вокруг. И да, теперь я отчётливо понял, что весь этот зал пульсирует в унисон с Жизнью. — Ты не родишься в привычном значении этого слова, но ты получишь новое тело в новом мире. В заражённом мире, таком же, каким был твой до недавних пор.

— Звучит так, будто мне предлагают противника и оружие для борьбы с ним.

— Так и есть.

— Но что, если я не соглашусь?

После этого моего вопроса Жизнь мигнула особенно ярко. Разозлилась? Заинтересовалась? Признаться честно, для себя я уже принял решение, ведь между «быть» или «не быть» я завсегда выберу «быть». Но хотелось бы понять, какие опции мне сейчас доступны. Чисто из интереса. Не каждый день удаётся так глубоко копнуть в тайны мироздания.

— Ты не понял, — уклончиво ответила Жизнь. — Я не ставлю перед тобой ультиматум. Я прошу. Прошу тебя очистить ещё один мир от демонического присутствия. Ведь если у тебя получилось раз, то может получиться снова…

Не знаю почему, но в этот момент перед глазами понеслись воспоминания — весь мой путь от начала и до самого конца. А вспомнить было что. Так уж вышло, что меня угораздило пожить в «интересные времена».

Счастливое детство, полнокровная юность, ну а дальше кто-то как будто щёлкнул тумблером и началась борьба. Борьба, борьба, борьба. Экспансия демонов в тот мир, что я считал своим родным, началась прямо на моих глазах. Никто не понимал, что происходит, что за враг нам противостоит, а самое главное — как с ним бороться. Всю информацию приходилось добывать по крупицам и всякий раз платить за неё очень высокую цену. Кровь, жизнь, иногда рассудок. Люди буквально жертвовали собой, чтобы узнать хоть что-то.

За каких-то десять лет мир изменился до неузнаваемости. Десять лет твари невозбранно подчиняли себе всех и вся. Буквально куражились, не встречая сопротивления, пока я и такие же, как я, не научились побеждать их и…

Чёрт! Если бы мы только умели изгонять отродий с самого начала⁈ Сколько дерьма можно было бы избежать⁈ Сколько людей могли бы прожить счастливо до самой старости?

— Именно так, — сказала Жизнь. — И знай. Там, куда я отправлю тебя, ещё не всё потеряно…

Праведный гнев? Наверное, именно так называется чувство, что прямо сейчас сжигало меня изнутри. Шанс не допустить катастрофы? Шанс поднасрать рогатым ублюдкам? Даже не знаю, что прельщает меня больше, а хотя… какая разница⁈

— Я согласен!

— Отлично…

И всё. Никаких пафосных речей. Вместо напутствия Жизнь внезапно стала негромко напевать какую-то мелодию, белый мрамор с пульсирующими золотыми прожилками смазался в пятно, и мне вновь стало легко. Вот только вместо медленного подъёма вверх в следующее мгновение я рухнул «вниз» и с разгона врезался в новое тело…

— М-м-м…

— Тише-тише-тише…

Во-первых, мне было плохо. Во-вторых, плохо. Да и в-третьих, блин, то же самое. Мутное сознание на грани бреда, тошнота и нереальная усталость, так что пошевелиться было настоящим подвигом. Я лежал на мягком и мокром, с ног до головы в собственном холодном поту. Интересные вводные, конечно…

Тело, которое подогнала мне Жизнь, само балансировало на грани смерти.

— Тише-тише-тише…

На мгновение мне удалось разлепить глаза. Муть, конечно, та ещё, и очертания смазаны, но главное я понял. Я в комнате, лежу на кровати под толстым пуховым одеялом. Вокруг чисто, в камине горит огонь, а надо мной склонилась девушка. Молодая и вроде бы красивая, но чёрт пока что не разобрать. Смотреть — больно. Как будто свет острый и колит через глаза прямо в мозг.

— М-м-м, — я зажмурился и попытался хоть чуточку приподняться. Тут же в очередной раз услышал:

— Тише-тише-тише, — и почувствовал, как на лоб мне легла ладонь. — Лёшка-Лёшка… когда же ты уже сдохнешь-то, а? — тихо произнесла девушка. — Настырный, сука, — а после весело хохотнула.

Во как. Интересно получается. И вот бы она, наверное, удивилась, если бы узнала, что её желание исполнено и никакого Лёшки уже нет.

— Лё-ё-ё-ёш! — тут её голос стал громче, а насмешливый тон кардинально изменился, и теперь в нём прозвучала Вымученная забота. — Лёш, давай выпьем лекарство.

Дальше не по-девичьи сильные руки встряхнули меня и усадили на кровати.

— Лёш, ты меня слышишь?

— Слышу, — тут я впервые услышал собственный голос.

— Пей, — девушка насильно вложила мне в руки тёплую чашку. — Пей, это поможет.

Через нереальное усилие я снова открыл глаза. То, что меня травят — это уже понятно. Но кто? Кое-как я смог сфокусироваться на лице девушки, и тут мне очень многое прояснилось. Она улыбалась так широко и кровожадно, как не умеют люди. Заострённые мелкие зубки, продолговатый кошачий зрачок, радужно ярко-красного цвета — деформация уже идёт полным ходом. Одержимая. На последней стадии, а может быть даже уже за ней.

Тварь поняла, что я вижу все эти демонические метаморфозы, и после того, как я моргнул, приняла свой обычный человеческий облик. Играется со мной. Пугает, путает. Смешно, конечно, но именно вот эта страсть демонов к мрачному лицедейству как правило их и подводит.

— Пей, Лёш, — произнесла одержимая. — Тебе полегче станет.

Зачем? Ситуация потихоньку начинала вырисовываться, но я всё ещё не понимал: зачем всё так сложно? Если ей действительно нужна моя смерть, так почему бы просто не придушить подушкой? Прирезать? Пристрелить? В нынешнем своём состоянии «Лёшка» вряд ли мог бы сопротивляться.

К слову, о состоянии! Магический источник у парня есть, и это радует. Вот только сейчас с ним явно что-то не то творится. То ли разбит, то ли обесточен, то ли каким-то образом деформирован… то ли это отрава так на него влияет?

— Пей! — рявкнула одержимая и, насколько я понял, уже собиралась начать насильно вливать в меня эту дрянь, но тут в дверь очень деликатно постучали.

— Екатерина Всеславовна, к вам гости, — на пороге стояла сдобная тётечка в чёрно-белой форме горничной.

— Кто⁈

— Степан Геннадьевич, из Управы.