Сводные. Любовь на грани (СИ) - Риччи Ева - Страница 5

Когда попадаем в пробку, решаю спросить, почему не сказала, что у Сергей Владимировича есть сын.

— Мам, а у Сергей Владимировича есть сын? Почему не рассказываешь ничего о семье своего мужчины?

— Арин, а что изменит твоё знание? — раздражённо вскидывает взгляд.

— Я должна знать, с кем мы будем жить, как себя вести и вообще воспринимать ситуацию в целом. Он, наверное, что у тебя есть дочь, — я вообще не плакса, детство было нелегкое, повзрослеть пришлось быстро, но вот сейчас мне обидно, и почему-то хочется расплакаться.

— А чего тебе-то воспринимать ситуацию? Учиться будешь в лучшем университете столицы, жить на Рублёвке. Подумаешь, есть сын, он уже взрослый и Сергей сказал, давно живёт отдельно. Да и не думаю, что ему будет дело до тебя, разница у вас в возрасте большая. Максимум, будем видеться по выходным и на праздники, да и то Сергей говорил, что у него всегда в приоритете тусовки, нежели отец.

— Всё равно, ты должна была мне рассказать, — говорю и отворачиваюсь, лучше буду смотреть в окно машины так безопаснее, а иначе поругаемся.

Злюсь, но прикусываю язык, решаю не обострять конфликт, а вообще, хочется прям заорать “Мам, когда ты подумаешь обо мне? Когда настанет моё время? Почему ты так холодна? Что я делаю не так?!”

Пока стоим в пробке, звонит Царёв, переживает, уточняет почему опаздываем. Его забота меня трогает, как говорит Полина “ничего сверхъестественного, обычные человеческие отношения”. Оно может и так, но я эту заботу получаю от чужого человека, а не от родителей, да и вообще, легко рассуждать, когда тебя мама и папа окружали любовью.

В итоге, к ресторану мы приезжаем через час после звонка Сергей Владимировича, мама суетится и торопится. Когда заходим в ресторан, роскошь в интерьере просто завораживает, стараюсь не сильно смотреть по сторонам, но получается плохо. Ресторан находится на крыше, первое, что бросается в глаза — это панорамный вид на достопримечательности Москвы, о таких локациях говорят “вид с высоты птичьего полёта”, это что-то нереальное и дорогое. Становится неуютно и грустно, ощущение, что мы здесь лишние. Правда, по нарядам не уступаем другим гостям ресторана.

— Добрый вечер, чем могу помочь? — обращается к нам хостес ресторана.

— Здравствуйте, нас ожидают, стол заказан на Царёва, — мама поворачивает голову влево и видит Сергей Владимировича, машет рукой и двигается в его сторону.

— Да, да… я провожу, — говорит девушка и бежит за мамой. Вздыхаю и иду следом.

По мере приближения к семейству Царёвых, пользуюсь моментом и рассматриваю отца и сына. Сергей Владимирович — очень красивый мужчина, статный, от него веет властью. Высокий, хоть и сидит, и не видно в полный рост, но заметно выше других мужчин, сидящих за соседними столами, в отличной физической форме, ни грамма лишнего жира, этот мужчина знает, что такое тренажёрный зал. Выглядит молодо, на мой взгляд, хоть и есть седина на висках и бороде. Смотрю на него и понимаю, маму он точно любит, потому что с его внешностью и деньгами женятся на моих ровесницах, и это не клише, а увы, правда жизни.

Неожиданно, моё сердце начинает биться быстрее, по спине бегут мурашки, ощущение, что на меня смотрят, перевожу взгляд и попадаю в омут тёмных глаз младшего Царёва. Его глаза создают пугающие впечатление, то ли это игра света, то ли его взгляд и правда имеет что-то общее со взглядом Люцифера, прерываю зрительный контакт и, не стесняясь, начинаю рассматривать в ответ. Сидит вполоборота за столом, что даёт возможность оценить его высокий рост и спортивное телосложение. Неприлично красивый парень, в такого можно влюбиться с первого взгляда. Матвей темноволосый с удлинённой стрижкой, уложенной назад, его скулы настолько чётко выделены, что смело мог бы быть моделью у скульптора, губы с отчётливым строгим контуром придают всей его внешности решительность и властность. Одет в чёрные брюки и белую рубашку, пиджак небрежно перекинут на спинку соседнего стула, сидит расслабленно, при этом лениво изучая меня взглядом. Его губы дергаются в хищной усмешке, подмигивает и делает неприличный жест языком за щекой, от наглости задыхаюсь, сбиваюсь с шага, но быстро беру себя в руки. Передёргиваю плечами и демонстративно закатываю глаза. Он высокомерно поднимает одну бровь, подносит стакан с водой к губам и делает глоток, зависаю и акцентирую внимание на мышцах руки и бицепсах, которые перекатываются под рубашкой. Заставляю себя оторвать взгляд от парня, уговаривая, что так явно демонстрировать своё любопытство нельзя. Нагло ухмыляется, замечая, мой интерес. Кажется, вся эта ситуация мамы и Сергей Владимировича принимает новый поворот в виде взрослого сына.

— Привет Серёжа, — с ходу идёт обнимать своего мужчину, при этом забыв, что есть ещё я и Матвей, это уже не говоря о девушке хостес, которая молча разворачивается и покидает стол, но при этом на лице можно многое прочитать про наше поведение.

— Ирочка, как доехали? — спрашивает Сергей Владимирович и встаёт из-за стола, обнимает и целует маму.

— Нормально. Извини, подвела и пришлось ждать… — как будто вспоминает, что они не одни, переводит взгляд на сына Сергей Владимировича, — вам… — нехотя добавляет.

— Ой, да не парьтесь, мы с отцом посидели “по-семейному”, — делает акцент на последнем слове будущий сводный братец.

— Матвей, веди себя прилично, — одёргивает сына Сергей Владимирович.

— Не меня тебе надо учить манерам, отец, — говоря, окидывает взглядом нас и, ухмыляясь возмущённо, разводит руками, намекая, он ни при чём.

— Вообще, он у меня воспитанный, — вздыхает. — Знакомьтесь, мой сын Матвей, взрослый и воспитанный парень, — делает акценты на последних словах. — Матвей, познакомься с Ириной Алексеевной и её дочкой Ариной.

— Арина, очень приятно познакомиться. Меня зовут Сергей Владимирович, предлагаю перейти нам на ты. И можешь звать меня Сергей, — говорит, беря мою руку и сжимая в ободряющем жесте.

— Очень приятно познакомится, Сергей… — делаю запинку, — Сергей, — говорю более уверенно. Ласково и тепло улыбается в ответ.

— Как трогательно… — язвит Матвей, при этом ничего не говорит, что приятно наше знакомство.

— Дамы, прошу к столу, — пытается сгладить неловкость Сергей, — при этом бросая хмурые взгляды на парня.

Матвей же даже не удосужился сесть ровно и перестать кривляться, так и сидит, ухмыляется.

— Предлагаю всем сделать заказ и за ужином познакомится всем поближе, — говорит хозяин вечера, накрывает своей ладонью и поглаживает руку мамы.

Она с момента знакомства, не проронила ни слова, наверно в ступоре от Матвея. Решила, что ему вообще нет дела до отца, а он вон сидит и показывает своё неприкрытое отношение к нам. Ну, а как вы думали Ирина Алексеевна? Что всё будет просто и как вы задумали?

Да и мне стоит поразмыслить теперь, что делать и как быть, дружбы с Матвеем точно не будет… Ох, и подкинула ты, мама, проблем… снова.

ГЛАВА 5

АРИНА

Открыв меню, понимаю, что написанное мне незнакомо. Но с первой страницы узнаю, что это французский ресторан с гастрономически изысканным меню, который использует локальные сезонные продукты и открывает в них новые сочетания вкусов. Меню настолько разнообразное, что разбегаются глаза, у меня чувство растерянности и неловкости. Поверх папки кидаю взгляд на Матвея, расслабленно листает страницы, и при этом поглядывает на Сергея с мамой. По непроницаемому выражению лица невозможно понять его мысли. Как будто почувствовав мой взгляд, переводит свой на меня, от пристального внимания ёрзаю на стуле, становится неуютно. Взгляд настолько холодный, с едва уловимой неприязнью, у меня непонимание, за что мне такой холод. Но и я не робкого десятка, тоже умею кидать колючие взгляды. Ты еще меня не знаешь! В школе мы с подругой были первые по проделкам, делаю едва уловимый взмах головой, как бы спрашивая: “что-то хотел?”. Наши гляделки прерывает вопрос Сергея:

— Молодёжь, вы готовы сделать свой заказ? — спрашивает, возле него стоит официант, когда он подошёл, я даже не заметила.