Тактик 12 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 45

— То есть, вас послали по нашу душу? — усмехнулся я.

— Да, получается, что так. Но герцог Гуго оказался нетерпелив и начал свою войну раньше, не дожидаясь нас, а Газария оказалась захвачена, о чём мы не знали. В общем, всё получилось не так, как планировалось, герцог Рос.

— Ну да, опять я всем планы нарушил. В любом случае, я рад, что вышло именно так и мы с Вами плывём в одной лодке… Или как эта фиговина называется? Думаю, что да, мы двинем маршем на юг от Монта. Там я могу освободить Эссина взамен на то, чтобы местные не чинили нам препятствия в перемещениях. Составить компанию умарцам при их отбытии и зафрахтовать часть умарского флота для перевозки своей армии.

Я потёр виски. Утром пришли очередные донесения от контрабандистов. Я смогу сбыть им часть оружия и доспехов, которые не продам гномам Монта. А ещё они рассказали, что переселение орков народов Леса Шершней идёт удачно.

А тут… Поскольку война закончилась куда стремительнее, чем началась, тут мне делать нечего.

Близилась осень. В моем случае это означало миграцию на запад, на полуостров. Надеюсь там всё хорошо.

Глава 21

У ворот

Копыта лошадей гулко цокали по брусчатке Хомцвишских ворот.

Рядом со мной двигался длинный обоз, нагруженный не только скарбом, но и будущим Газарии.

Моя армия и армия принца Ги покидали Монт. Мы уходили не как беглецы и не как изгнанники. Мы уходили как инвесторы, забирающие свои дивиденды.

Телеги скрипели под тяжестью зерна, тканей, инструментов, магических ингредиентов, книг, посуды и денег.

Содержимое нашего обоза никак нельзя было назвать случайным.

В момент, когда был подписал пакт о мире, я понял, что должен забрать из Монта по максимуму. И грабить я не собирался.

В гномьих, человеческих и орочьих кварталах я торговал, быстро и много. Я приобрёл колоссальное количество товаров, которыми славился Монт — как раз-таки посуду, инструменты, книги и механизмы и продал им оружие и доспехи.

Покупал дороже рынка, продавал дешевле, зато крупным оптом, десятками тонн и, главное — быстро.

Сейчас я и Штатгаль покинем Монт и, вероятнее всего, навсегда и наш обоз, кроме всего прочего, ещё и торговый караван. Мы привезём в Газарию то, что станем продавать, зарабатывая на разнице.

Вперемешку с телегами, биндюгами, фургонами шагали мои солдаты. Бывшие зэки, орки, гоблины. Сейчас они выглядели иначе. Хорошая сталь, сытые лица, блеск в глазах. Я смотрел на них и видел не людей, а прокачанные юниты. Каждый из них стоил в десять раз дороже, чем на старте в тюремном дворе.

Впереди, перегородив тракт, стоял заслон армии Бруосакса.

Генерал Эммей, официальный представитель Бруосакса, сидел в седле прямо, словно проглотил лом.

Старый знакомый, но увидел лицом к лицу я его впервые.

Он оказался лысым, с густой коротко подстриженной бородой и усами, с жёстким сердитым лицом и хорошо зажившими шрамами.

Его лицо пылало гневом. Он, в числе прочих генералов, проиграл город, по крайней мере, большую его часть, а теперь пытался сохранить лицо. Типичное поведение для НПС с заскриптованной программой «честь мундира».

Он стоял в пяти шагах от меня и мрачно наблюдал за обозом Штатгаля.

Колонна наша и умарцев растянулась на несколько километров. Если до Монта наш обоз исчислялся сотнями коней и экипажей, то теперь, с учётом купленного и награбленного, он исчислялся тысячами телег.

— Дорога свободна, генерал Эммей? — спросил я вместо приветствия.

Эммей не спешил отвечать. Он окинул недобрым взглядом мою колонну. Его глаза задержались на крытых повозках в центре строя. Там, под усиленной охраной Мурранга и Хрегонна, ехали наши самые ценные активы, например, Мёртвые рыцари.

— Дорога свободна для тех, кто соблюдает договор, генерал Голицын, — процедил он. — Пакт о мире подписан. По его условиям все военнопленные подлежат обмену.

Он протянул руку в латной перчатке.

— Отдайте мне рыцарей, генерал.

Я усмехнулся.

Этого следовало ожидать. Бруосакс хотел получить назад своих героев. Рейпл Златогривый, герцог Эссин, ещё три десятка рыцарей, героев и ублюдков. Цвет нации, в обоих случаях.

В моей системе координат они значились как «легендарный лут».

— Вы ошибаетесь, генерал.

Я достал из седельной сумки копию договора и развернул её. Пергамент хрустнул на ветру.

— Пункт шестой. Обмен пленными производится после полной демаркации границ и признания суверенитета Газарии всеми сторонами конфликта.

Я ткнул пальцем в нужную строчку.

— Всеми сторонами. Пока я не займу место во дворце Порта-Арми и не увижу вашего государственного посла с верительной грамотой в герцогство Газария, рыцари остаются у меня. В качестве заложников.

Эммей покраснел. Краска залила его шею, поднимаясь к шлему.

— Ты играешь словами, генерал-наёмник! Это благородные люди! Они не могут сидеть в клетках, как скот!

— Они не в клетках, даже Рейпл, который нарушил слово рыцаря и трижды пытался бежать. Они сидят в комфортабельных экипажах, хотя и с решётками. Едят то же, что и я. У них даже вино есть.

— Я не пропущу тебя с ними, — Эммей положил руку на эфес.

Я усмехнулся:

— А как Вы остановите армию, не постесняюсь спросить?

На стене шевельнулись лучники. Едва заметно.

— Посмотрите на стены, генерал.

Я даже не повысил голоса. Просто указал подбородком вверх.

На гребне стены, которую мы всё ещё контролировали, стояли эльфы Ордена, головорезы Лоя, снайперы и боги ближнего боя. Они не вмешивались, но их луки смотрели в сторону бруосакцев.

— Вы хотите нарушить мирный договор под надзором Ордена? — спросил я тихо. — Хотите превратить отход войск в нападение? Я готов. Мои парни только что поели, они злые и хотят драки. А ваши?

Эммей замер. Он был солдафоном, но не идиотом. Он умел считать. Его личная охрана составляла не более пяти десятков бойцов, а мимо нас каждую секунду проходил очередной батальон.

Стычка здесь и сейчас похоронит его карьеру окончательно, если ещё раньше его не прикончу я или мои бойцы, например, Иртык, который посапывал где-то за спиной.

Он убрал руку с эфеса.

— Ты пожалеешь об этом, Голицын. Король Вейран не прощает унижений.

— А я и не унижаю короля. Я предлагаю ему сделку.

Я полез во внутренний карман.

На свет появился конверт из плотной бумаги, запечатанный сургучом с оттиском моего перстня. Курай. Знак Штатгаля.

— Передайте это Его Величеству Вейрану. Лично в руки.

Эммей с подозрением смерил конверт.

— Что это?

— Это предложение, от которого трудно отказаться. Письмо с официальными словами уважения. Там же условия выкупа. И кое-что ещё. Я предлагаю беспошлинную торговлю для принадлежащей королю компании и торговой компании, собственником которой являюсь.

— У Вас есть компания? Когда Вы всё успеваете?

— Нет, компании нет, но будет. Бруосаксу теперь надо много денег.

Генерал напрягся, упоминание про деньги относилось к громадной контрибуции, которую его государство должно Маэну.

Ключевой мыслью тут было то, что Газария к этим финансовым трениям отношения не имела.

— Ты думаешь, мой король станет торговать с бандитом?

— Герцогом. Короли торгуют с кем угодно, если прибыль превышает репутационные издержки. Это закон рынка, генерал. И потом, это же дело торговцев. Король не будет со мной торговать, как и я с ним. Торговцы будут торговать с торговцами.

Я дал знак. Из строя вывели одну лошадь. В седле сидел человек со связанными руками. Сэр Уйрихт. Весельчак, балагур, любимец женщин, шутник, любитель вина и азартных игр. Он был рыцарем, захваченным в битве при первой обороне Вальяда, который попал к нам в плен по глупости, но вёл себя достойно.

Он не был ключевой фигурой. Обычный барон, честный, прямой и несгибаемый, надёжный как топор, не глупый и не умный.

Но у него была длинная родословная, хорошая репутация и куча друзей при дворе.