Море винного цвета (ЛП) - О'Брайан Патрик - Страница 72

Он протиснулся на квартердек; и там были те же мрачные лица, серые от холода и уныния, пристально глядящие в наветренную сторону, то есть чуть южнее скромного кильватерного следа.

- Что происходит? - шепнул он на ухо Риду.

- Встаньте тут, сэр, - сказал Рид, подведя его к поручню, - и посмотрите в наветренную сторону.

Там шла по ветру марсельная шхуна; и в нескольких милях от неё корабль, тоже курсом на норд-норд-ост, под брамселями и лиселями; зрелище великолепное, но не доставляющее ни малейшей радости.

- Это тот чёртов большой американец, подходит, чтобы нас сцапать, - пояснил Рид.

- И это после такого любезного прощания; позор ему, - пробормотал Уэделл.

- Где капитан?

- Наверху, сэр, - прошептал Рид. - Но сегодня он не очень хорошо видит. Оба глаза сильно слезятся от холода.

- Действительно, холодно, - сказал Стивен. Он навёл свою лучшую подзорную трубу с недавно протёртыми стёклами, превосходный прибор, изготовленный для него Доллондом для распознавания птиц и имеющий несколько большее увеличение, чем обычные флотские трубы; и через короткое время спросил:

- Скажите мне, мистер Рид: у фрегатов всего один ряд пушечных портов, так ведь?

- Да, сэр. Только один, - терпеливо ответил Рид, подняв один палец.

- Ну, у этого судна или корабля их два; и ещё по несколько на обоих концах.

- Это невозможно, сэр, - покачал головой Рид, но тут же спросил:

- Простите, можно мне взглянуть?… Сэр, - закричал он Пуллингсу, стоявшему у гакаборта. - Это не янки. Это двухпалубник. Шестьдесят четыре пушки - доктор увидел его.

- Эй, на палубе, - раздался сверху голос Джека, пресекая нестройный галдёж. - Это шестидесятичетырёхпушечный корабль, старушка «Беренис», кажется - да, старушка «Беренис» - с базы в Новом Южном Уэльсе. Идут вереницей, - добавил он и тихонько захихикал.

- А то, что гораздо ближе к нам, - говорил Стивен ликующему Риду, - это то, что мы на флоте называем шхуной; но вам не следует бояться. Она несёт мало пушек.

- Балтиморский клипер, сэр, я полагаю, - заметил мистер Адамс.

- В самом деле? Я готов поклясться, что это шхуна, несмотря на эти прямоугольные паруса спереди.

- Конечно, сэр. У неё, безусловно, парусное вооружение шхуны. Термин «клипер» относится к её корпусу.

- О, у неё ведь и корпус есть, правда? Я не знал. Но скажите на милость, мистер Адамс, как вы считаете, не найдётся ли в капитанской кладовой маленького мешочка перца, так, на полстоуна[44]?

- Сэр, я обыскал её вдоль и поперёк, несмотря на злобствование Киллика, и - смотрите, шхуна приводится к ветру.

Шхуна сбавила ход, и высокий молодой мичман, стоя на невысоком поручне и держась за ванту, крикнул:

- Эй, на корабле - если вас можно так назвать, какой-то блокшив убогий, - добавил он вполголоса. - Что за судно?

- Наёмный корабль Его Величества «Сюрприз», - ответил Том. - Капитан Пуллингс.

Вдоль всего борта шхуны стояли глазеющие матросы, они ухмылялись и делали оскорбительные жесты; сюрпризовцы с каменными лицами отвечали им ненавидящими взглядами.

- Поднимайтесь на борт с документами, - велел мичман.

- Ведите эту вашу американскую лоханку обратно к «Беренис», - проревел Джек, остановившийся на полпути вниз по вантам. - Передайте капитану Дандасу приветствия от капитана Обри, и что он будет его ждать. Вы меня слышите, эй?

- Так точно, сэр, - ответил мичман, и кривлянье по обе стороны от него прекратилось. - Слушаюсь, сэр: приветствия от капитана Обри... Сэр, - крикнул он через расширяющуюся полосу воды, - если позволите, с нами Филипп Обри.

О, какое веселье началось на «Сюрпризе». Несколько матросов помоложе взлетели на снасти и лупили себя по ягодицам, повернув их в сторону шхуны, которая удалялась, идя невероятно близко к ветру. Но всё больше и больше моряков собирались на шкафуте или форкастеле; забыв про холод, они радовались тому, что сохранили свои призовые деньги, даже как бы вернули их; они смеялись и хлопали друг друга по спинам.

Корабли постепенно сходились всё ближе и ближе.

- Я прекрасно знаю, что он собирается сказать, - прошептал Джек Стивену, пока они в непромокаемых плащах ждали возле стоек ограждения на переходном мостике. - Он крикнет: «Ну, Джек, Господь кого любит, того наказывает», а все его люди глупо захихикают. Вон Филипп! Боже, как он вымахал.

Филипп был единокровным братом Джека Обри; когда Джек видел его в последний раз, он числился «молодым джентльменом» на борту предыдущего судна Дандаса. «Сюрпризу» с его хлипким рангоутом было непросто спустить катер, и Дандас отправил за ними свою собственную шлюпку. Её спустили на воду по-моряцки споро, и когда она отвалила, капитан Дандас, размахивая шляпой с квартердека «Беренис», крикнул:

- Ну, Джек, Господь кого любит, того наказывает, ха-ха-ха! Ты, должно быть, первый любимчик у небес. Боже мой, да на вас смотреть страшно.

- Капитан Дандас, сэр, - воскликнул Стивен. - Как думаете, вы могли бы оказать мне любезность и подарить несколько фунтов свежего чёрного перца?

Ответ заглушило продолжительным свистом дудок боцмана Джека и его помощников, когда капитан покидал корабль; такое же завывание повторилось три минуты спустя, когда «Беренис» принимала его на борту.

Стивен, Пуллингс и Филипп довольно рано ушли с великолепного обеда; Стивен нёс свой перец. Джек сказал:

- Хен, старина, каким приятным молодым человеком стал у тебя Филипп. Я так благодарен.

- Не за что, - отозвался Дандас. - Он, должно быть, прирождённый моряк. Кобболд говорит, что в следующем году назначит его помощником штурмана на «Гиперионе», если ты не против.

- Я буду очень рад. Пора ему стать самостоятельным; хотя я уверен, что твоя опека была самой доброй в мире.

Они удобно устроились вместе - старинные друзья и сотоварищи - и потягивали портвейн, подталкивая друг к другу графин. Дандас отправил слуг спать и чуть погодя заметил:

- Тебе тяжело пришлось, Джек; и, думаю, Мэтьюрину тоже.

- Да, так и есть, довольно непросто. И ему тоже. К тому же мы были в отлучке ужасно долгое время, знаешь ли, и почти не получали новостей, а это усугубляет обычные тяготы далёкого путешествия; хотя не сказать, что они в этот раз были такими уж обычными. Расскажи, как дела дома?

- Я был в Эшгроу в июле прошлого года, и там все просто цвели. Софи выглядела великолепно. Её мать живет там с подругой, миссис Моррис. Дети чувствуют себя прекрасно, а девочки такие хорошенькие, скромные и любезные. Ну, довольно скромные и очень любезные. Я не видел Диану - между прочим, её лошади имеют большой успех; она была в Ирландии во время моего короткого отпуска. Но когда я заезжал к ней, то видел Клариссу Оукс, вдову несчастного молодого Оукса, которая там живёт: такая прекрасная молодая женщина.

Он снова замолчал; затем просветлел лицом и продолжил:

- Но расскажи мне, насколько можно, поскольку Мелвилл дал мне понять, что в вашем плавании было и нечто конфиденциальное. - (Мелвилл, или, более официально, лорд Мелвилл, был старшим братом Хиниджа Дандаса и первым лордом Адмиралтейства.) - В общем, расскажи, насколько допустимо, как прошла ваша миссия.

- Ну, насколько я могу судить, первая часть, в Ост-Индии, оказалась для Стивена удачной - по крайней мере, французам досталось неприятностей - но потом я посадил «Диану» на риф в Южно-Китайском море, и мы остались без корабля. Что же касается второго этапа, который, слава Богу, завершается, мы для начала взяли немало призов и уничтожили поистине отвратительного пирата; но затем я умудрился упустить три американских корабля китайской торговли: Боже, какое богатство! Правда, их защищали бриг и тридцативосьмипушечный фрегат, которые едва не уничтожили нас. Ох, Хен, какие жуткие льды к югу от Диего-Рамиреса; да и к северу тоже, на самом деле. Мы, правда, сбежали; но тем не менее я не могу назвать это предприятие иначе как провальным. И я очень боюсь, что Стивена предали, его план не удался и он страдает от этого.