Свет над Грозовым Створом (СИ) - Миро Алиса - Страница 35

Там лежал засушенный цветок.

Тот самый синий цветок, запах которого я слышала в курятнике.

Бешеная Ягода.

Незванные гости

Я перевернула страницу и замерла.

Там лежал засушенный цветок.

Тот самый синий цветок, запах которого я слышала в курятнике.

Бешеная Ягода.

И подпись Ровены: «Опасно. Используется "Оком Бури" для создания химер. Противоядие — на странице 80».

Я резко выпрямилась.

Противоядие.

Если у них есть яд, значит, у меня должен быть антидот.

Я начала лихорадочно листать страницы.

Я сидела над книгой Ровены, пытаясь расшифровать схему подачи воды в подземелья, когда тишину ночи разорвал звук.

Низкий, вибрирующий рев боевого рога.

Он доносился снаружи, от главных ворот.

​Я вздрогнула, уронив перо. Сердце тут же пустилось в галоп.

Рог звучал требовательно. Не как сигнал атаки, но как настойчивый стук в дверь, который нельзя игнорировать.

​Я метнулась к окну, погасив свечу, чтобы не быть мишенью.

Сквозь щель в шторах я увидела, как внизу, у внешних ворот, пляшут огни факелов. Там стояли всадники. Много всадников. Человек двадцать. Броня блестела в свете огня.

Со стен им отвечали наши дозорные. Слышались крики, лязг засовов.

​— Началось? — прошептала я. — Алхимики?

​Но тут я увидела знамя. В свете факела трепетало черное полотнище с серебряным вепрем.

Блэквуды. Соседи.

Барон Раймунд.

​— Явился, — выдохнула я. — Увидел наш "маяк" и прискакал проверить, не сгорели ли мы.

​Внизу, во дворе, уже началась суматоха. Я видела, как из казармы выбегают солдаты, на ходу надевая шлемы. Виктор вылетел из главной башни, уже с мечом в руке.

​Я не могла отсиживаться наверху.

Если Раймунд увидит только солдат и Виктора, он решит, что мы в осаде или в панике.

Мне нужно спуститься. Мне нужно показать ему, что в замке царит порядок, роскошь и... женская рука.

​Я бросилась к зеркалу.

Бордовое платье я так и не сняла (слава богу). Поправила прическу — строгий узел, ни волоска в сторону.

Надела на шею единственное украшение, которое нашла в сундуке — тяжелую серебряную цепь. Она выглядела грубовато, но внушительно.

Кинжал "Милосердие" — на пояс, на самое видное место.

Ключи — туда же.

​Я вышла из комнаты.

​Спуск

​В коридорах было оживленно. Слуги, перепуганные ночным визитом, жались по углам.

— Спокойно, — бросала я им на ходу. — Это просто гости. Готовьте вино. И откройте Большой Зал.

​— Но, миледи... он же холодный...

— Уже нет. Живее!

​Я спускалась по главной лестнице, когда услышала, как скрежещут петли главных ворот. Виктор впустил их во внутренний двор. Рискованно, но держать соседа за стеной — объявление войны.

​Я вошла в Большой Зал через боковую дверь.

Здесь было темно — мы притушили систему до минимума. Люстры едва тлели красноватыми угольками.

Но слуги уже успели внести пару факелов.

​Я подошла к камину.

Положила руки на полку.

—Просыпайся, — приказала я камню. — Дай мне свет. Полную мощность. Шокируй их.

​Камень отозвался мгновенно. Видимо, замок тоже не любил чужаков.

Пламя в камине взревело, став ослепительно-белым.

Люстры под потолком вспыхнули, заливая зал ровным, золотым сиянием. Тени исчезли. Витражи засияли в ночи, как драгоценные камни.

​В этот момент центральные двери распахнулись.

​Визит

​Первым вошел Виктор. Он был мрачен, рука лежала на эфесе меча.

За ним, чеканя шаг, вошел гость.

​Барон Раймунд Блэквуд.

Высокий, черноволосый, в дорогом плаще, подбитом мехом. Он вошел уверенно, как хозяин жизни, готовый увидеть разруху и нищету.

​И замер.

​Он ослеп на секунду.

После ночной тьмы и факелов свет магических ламп ударил ему по глазам.

Он моргнул, оглядываясь.

Чистые стены. Сияющий пол. Тепло, идущее от камина волнами.

И я.

Стоящая в центре этого великолепия, прямая, как струна, с ключами и кинжалом на поясе.

​— Доброй ночи, барон, — мой голос прозвучал гулко под сводами зала. — Простите, что не встречаем с оркестром. Мы не ждали гостей в столь поздний час.

​Раймунд медленно перевел взгляд на меня. В его синих глазах читался шок. Он явно ожидал увидеть умирающую старуху, о которой докладывал Бруно.

А увидел хозяйку Медной горы.

​— Леди Матильда? — он снял перчатки, не сводя с меня глаз. — Слухи... были несправедливы. Я слышал, замок умирает. А я вижу... дворец.

​Он подошел ближе. Его шаги гулко стучали по плитам.

Виктор встал рядом со мной. Плечом к плечу. Стена к стене.

​— Я увидел свет с перевала, — сказал Раймунд, глядя на люстры. — Думал, пожар. Решил проверить, не нужна ли помощь соседу.

— Пожара нет, — сухо ответил Виктор. — Как видишь, у нас все в порядке. Мы просто... наводим уют.

​— Уют? — Раймунд усмехнулся, глядя на магический огонь. — Это работа Южных Мастеров, Виктор? Или ты нашел клад? Бруно говорил, у тебя нет денег даже на овес.

​— Бруно — лжец и вор, — спокойно сказала я. — И он плохо знал историю этого замка. Грозовой Створ умеет удивлять.

​Раймунд подошел совсем близко. От него пахло морозом, дорогой кожей и опасностью.

— Я вижу, — он посмотрел на меня с хищным интересом. — Вы удивительная женщина, миледи. Взять власть в свои руки... когда все крысы бегут с корабля.

​Это была проверка. Он знал про Бруно. Знал про Алана.

— Крысы бегут, потому что боятся кошки, — я улыбнулась, но глаза мои остались холодными. — Присаживайтесь, барон. Эльза! Вина гостю. И того вишневого варенья. К чаю.

​Мы сели за стол.

Разговор был похож на фехтование.

Раймунд прощупывал почву.

— Слышал, у вас проблемы с продовольствием?

— Временные трудности логистики. Мы решаем их. Запускаем собственные... агропроекты.

— А гарнизон? Говорят, солдаты бунтуют?

— Мои солдаты сегодня ели вишню и просили добавки, — отрезал Виктор. — Их дух крепок, как никогда.

​Раймунд отпил вина (Лиза, кстати, налила его идеально, боясь дышать).

— Я не враг вам, Сторм. Пока что. Но на Юге собираются тучи. Гильдия Алхимиков ищет что-то в этих горах. Если они придут... вы не удержите этот замок. Сдавайтесь под мою протекцию. Я дам людей, дам золото.

​— И заберете замок? — спросила я.

​— Я возьму его под управление. Вы сохраните жизнь.

​Я посмотрела на Виктора. Он сжал кулак.

— Мы не сдадимся, Раймунд. Ни тебе, ни Алхимикам.

— У вас ничего нет! — Раймунд повысил голос. — Свет в люстрах не остановит армию!

​— У нас есть ресурсы, о которых ты не знаешь, — тихо сказала я.

Я встала.

— Барон, вы устали с дороги. Мы выделим вам покои в Восточном крыле. Отдохните. А утром... утром мы покажем вам, что у нас есть не только свет.

​Я блефовала. У меня не было армии. Но у меня была уверенность.

И у меня было мыло.

​— Кстати, — добавила я, уже отходя. — Я прикажу положить вам в купальню нашего особого мыла. Лаванда и травы. Снимает усталость с дороги. Считайте это... пробником нашего экспорта.

​Раймунд посмотрел на меня с изумлением.

— Мыла? Вы шутите, леди?

— Я никогда не шучу, когда речь идет о бизнесе.

Раймунда увели в гостевые покои (под усиленную охрану).

Мы с Виктором остались в Зале.

Я рухнула на стул, чувствуя, как дрожат ноги.

— Ты была великолепна, — выдохнул Виктор. — "Экспорт мыла". Я думал, он подавится вином.

​— Он опасен, Виктор. Он хочет замок. Он чувствует, что здесь сила.

— Да. Но теперь он не нападет прямо сейчас. Он озадачен. Он будет ждать и наблюдать.

​— Нам нужно это время.

Я посмотрела на камин.

— Завтра мы идем в подземелья. Нам нужно найти теплицы. Если я смогу показать ему свежие овощи посреди зимы... он поверит, что мы сильны. И тогда он предложит союз, а не протекцию.