Свет над Грозовым Створом (СИ) - Миро Алиса - Страница 41

— Спина, — уверенно сказала Дора. — И суставы. Лесорубы, солдаты, крестьяне — у всех крутит ноги от холода.

— Значит, делаем"Огонь Сторма". Разогревающую мазь.

​Мы взяли рецепт Марты (жир, скипидар, красный перец — нашли на кухне остатки).

И я добавила свой "ингредиент".

Когда смесь остывала, я поднесла руки к котлу.

Я представила тепло камина. Жар углей.

«Грей. Проникай глубоко. Разгоняй кровь».

Мазь в котле приобрела красноватый оттенок и начала пахнуть не просто жиром, а чем-то острым, горячим, как глинтвейн.

​— И второе, — сказала я. — От кашля. Грудной сбор.

У нас был мед (вишневое варенье). У нас были травы.

Мы сварили густой сироп.

«Дыши. Очищай легкие».

Сироп стал янтарным, тягучим.

​Мы разлили продукцию по глиняным горшочкам (Дора нашла их в кладовой).

Я взяла кусок угля и на каждом горшке нарисовала наш "логотип": стилизованную молнию.

— Бренд — это важно, — пояснила я удивленной помощнице. — Они должны знать, что это качество Лорда Сторма.

​К вечеру у нас было 20 банок мази и 15 бутылочек сиропа.

​Ужин с Финансовым Директором

​Вечером, за ужином (топинамбур с ветчиной, уже привыкаем), я рассказала Виктору о новом сотруднике.

​— Дора? Дочь пьяницы Ганса? — нахмурился Виктор. — Я помню её. Она вроде сбежала к травнице. Вы уверены, что ей можно доверять?

​— Ей некуда идти, Виктор. И она профессионал. Сегодня мы произвели первую партию товара на экспорт.

​Я поставила перед ним баночку с "Огнем Сторма".

— Завтра утром мимо замка поедет торговец Ицхак. Я хочу, чтобы вы продали ему это.

— Я? Лорд Сторм будет торговать мазью с лоточником?

— Нет. Лорд Сторм предложит торговцуэксклюзивный контракт. Вы — власть. Вы даете гарантию качества.

Ицхак даст нам наличные. Серебро.

На это серебро мы купим муку, соль и... снаряжение для похода в горы.

​Виктор открыл баночку. Понюхал.

Помазал себе запястье.

Через секунду его брови поползли вверх.

— Печет. Сильно. Но... приятно. Боль в запястье (старая травма) утихла.

​— Это работает, Виктор. Это живые деньги.

​Он посмотрел на меня с уважением.

— Вы создали деньги из жира и травы за полдня.

— Я создала прибавочную стоимость, — поправила я. — И это только начало. Дора говорит, у неё есть выходы на город. Мы можем делать косметику для леди. А это уже совсем другие цены.

​— Хорошо. Я поговорю с Ицхаком.

Он улыбнулся.

— А что мне делать с этой новой служанкой?

— Выделить ей комнату рядом с кухней. И поставить на довольствие. И... Виктор, пусть солдаты не обижают её. Она моя правая рука.

​— Ваша рука под моей защитой. Как и вы сами.

​Ночь

​Я снова спала в покоях Виктора. Это становилось привычкой.

Мы лежали в темноте. Он на кушетке, я на кровати.

— Матильда? — тихо позвал он.

— Да?

— Завтра, когда продадим мазь... я хочу купить вам нормальную одежду. Ткань. Что-то, что не пахнет подвалом. Вы... вы заслужили выглядеть как Леди.

​У меня защипало в глазах.

— Спасибо, Виктор. Я бы хотела... синий бархат. Под цвет того осколка, что мы нашли.

— Синий, — согласился он. — Вам пойдет.

​Я заснула с улыбкой.

У меня была команда. У меня был бизнес-план. И у меня был мужчина, который хотел меня одевать, а не раздевать (пока что).

Жизнь налаживалась.

Но утро началось не с триумфальной продажи, а с холодного душа реальности.

​Я проснулась на рассвете. В комнате было еще сумрачно. Кушетка, на которой спал Виктор, была пуста. Одеяло аккуратно сложено.

Я услышала голоса.

Они доносились из смежной комнаты — кабинета Виктора. Дверь была приоткрыта, и полоска света падала на пол спальни.

​Я хотела было встать и выйти, чтобы пожелать доброго утра, но интонация голосов заставила меня замереть.

Они не разговаривали. Они спорили.

Тихо, яростно, стараясь не разбудить меня.

​— ...Ты не видишь, Виктор? Ты ослеп! — голос был грубым, хриплым. Я узнала его. Это былКапитан Маркус, командир стражи. Старый вояка, который учил Виктора держать меч. Человек, преданный Стормам до мозга костей.

​— Тише, Маркус, — голос Виктора звучал устало. — Она спит.

​— Спит? В твоей постели? — Маркус сплюнул (судя по звуку). — А ты спишь на лавке, как пес у порога! Виктор, очнись! Два года она была тенью. Привидением. А теперь? Ходит королевой, командует, стены ломает, огни зажигает... Это ненормально. Это колдовство.

​— Это управление, Маркус. Она навела порядок. Солдаты сыты.

​— Сыты чем? — зашипел капитан. — Сладкой кашей? Гнилыми корнями из подземелья? Парни говорят, после её еды в животе бурлит так, что хоть летай. А теперь это...

Раздался стук глиняного горшочка о стол. Видимо, Маркус швырнул банку с моей мазью.

​— Ты хочешь продать это людям? — продолжал он. — "Огонь Сторма"? А если это яд? Или приворотное зелье? Она ведьма, Виктор. Настоящая ведьма. Она околдовала тебя. Ты смотришь ей в рот. Ты выгнал Алана — своего друга! — ради неё.

​— Алан воровал, — ледяным тоном отрезал Виктор.

​— Или она подставила его! Нарисовала эти цифры своим углем! Виктор, вспомни легенды. Ведьмы высасывают жизненные силы из мужчин. Посмотри на себя! Ты выглядишь измотанным, а она цветет!

​Я сжала край одеяла.

Сердце кольнуло.

Маркус был прав в одном — я действительно использовала магию, и она действительно меняла всё вокруг. Для простого солдата это выглядело пугающе.

​— Хватит, — голос Виктора стал жестким. Лязгнуло железо — видимо, он положил руку на стол или на меч. — Я не буду слушать этот бред, Маркус. Даже от тебя.

​— Это не бред! Я беспокоюсь за тебя, мальчик мой! — в голосе старика зазвучала боль. — Я видел, как она смотрела на солдат. Как она трогала раны. А этот свет в зале? Это не от бога, Виктор. Это от лукавого. Если Инквизиция узнает...

​— Если Инквизиция узнает, мы будем драться. За неё.

​Повисла тишина. Тяжелая, звенящая.

​— Вот как, — наконец выдохнул Маркус. — Значит, "за неё". Не за замок. Не за род Стормов. А за ведьму.

Послышались тяжелые шаги.

— Я выполню приказ, милорд. Я отнесу это варево торговцу. Но я не буду мазать этим своих людей. И я буду следить за ней. Днем и ночью. И если хоть один волос упадет с твоей головы по её вине... я сам её придушу. Несмотря на твой приказ.

​— Свободен, капитан, — глухо сказал Виктор.

​Дверь кабинета хлопнула.

Я осталась сидеть в постели, оглушенная.

​Маркус не враг. Он — верный пес, который боится, что хозяин привел в дом волка.

И самое страшное — он частично прав. Я опасна. Мои эксперименты с курами это доказали.

Виктор защищал меня. Он пошел против своего наставника.

Но надолго ли его хватит? Если слухи поползут по гарнизону... Если солдаты начнут бояться моей еды и лекарств... Бунт неизбежен.

​Я встала. Подошла к зеркалу.

На меня смотрела усталая женщина в чужой рубашке.

— Ну что, ведьма, — прошептала я. — ПР-кампания провалена. Нужно менять имидж. Срочно.

Нельзя быть "чудом". Нужно быть "наукой". Нужно объяснить им. Или показать пользу так, чтобы страх ушел.

​Я быстро оделась.

Вышла в кабинет.

Виктор стоял у окна, спиной ко мне. Его плечи были опущены. Он держал в руках ту самую баночку с мазью.

​— Доброе утро, — сказала я тихо.

​Он вздрогнул. Обернулся. Натянул на лицо дежурную улыбку, но глаза оставались тревожными.

— Вы проснулись? Я... я не хотел будить.

​— Я слышала, Виктор.

Улыбка сползла.

— Маркус... он старый солдат. Он суеверен. Не принимайте близко к сердцу.

​— Он прав, — я подошла к столу и взяла баночку. — Для них это магия. А магия здесь — зло. Мы допустили ошибку, Виктор. Мы слишком быстро всё меняем. Люди не успевают привыкнуть.