Академия №13. Тетралогия (СИ) - Никольская Ева - Страница 21

– Насчёт магических оттисков… – вернулась к прежней теме я, желая оттянуть неизбежный допрос.

Как-то я не готова прямо сейчас давать показания. Надо сначала самой всё осмыслить.

– Что-то новое обнаружила? – оживился лич.

– Да, но мне нужно уточнить, что именно могло оставить такой след. Вряд ли это маг – скорее, какой-нибудь необычный призрак или магический предмет. А вот самому Сержу он принадлежал или кому-то ещё – я пока не разобралась. – Можно уже подойти к жертве?

– Какой след? Где? Я ничего не вижу. – Нахмурившись, Далтон первым шагнул к телу, хотя разрешения нам никто не давал.

– Стоять! – рявкнул на него следователь. – Фил, какая муха тебя укусила? Ты же не первый раз на месте преступления!

Парень потупился, смутившись, а декан, дождавшись кивка рыжего, жестом пригласил меня… кхм, к трупу.

– Мари, присмотри за Эйвери, – распорядился он, будто был тут главнее господина Орсо.

Судмедэксперт, перестав заносить данные осмотра в служебный скарр, опять мне улыбнулась. Ободряюще так.

Хорошая женщина! Добрая.

Следующие минут десять я изучала тело в компании Мари и Далтона, которому всё-таки разрешили к нам присоединиться. Задавала вопросы и делала мысленные зарубки, чтобы потом кое-что уточнить в книгах и конспектах.

Целительница была терпеливой и дружелюбной, а Далтон, как ни странно, оказался толковым адептом и неплохим напарником, едва мы перестали говорить о Максимилиане Гилморе. Видать, у моего потенциального одногруппничка с драконом тоже какой-то давний конфликт. Но, в отличие от Сержа, этот парень вполне себе жив.

Сизую дымку он так и не смог разглядеть. Как, впрочем, и Мари. И я бы даже засомневалась в своём магическом зрении, не поддержи меня Люций Танненбаум, который тоже этот оттиск видел. А вот что это за пелена такая, лич объяснить не удосужился. Велел выяснить мне всё самой и в течение дня сообщить ему ответ.

Пока наш декан беседовал с Ллойдом Орсо, мы с Далтоном вполголоса обсуждали свои версии. Возможно, Сержа не только отравили, как предварительно заключила судмедэксперт, но и обездвижили с помощью какой-нибудь нечисти. Те же фамильяры бывают на редкость опасны.

Или же в ловушку заманили при содействии инфернальной сущности. А может, какой-нибудь необычный дух просто мимо пролетал и задержался возле свежего покойника… не знаю, с какими целями. Гадать можно было до бесконечности, но для правильных выводов требовалось больше информации.

– Замри! – внезапно скомандовал Далтон, которого, кстати, зовут Филипп. Он протянул руку к моим волосам, и я рефлекторно дёрнулась, отстраняясь. – Не шевелись, сказал! – зашипел парень. – Вопьётся! – пригрозил он.

– Кто? – выдохнула я.

Клещ, комар-переросток какой-нибудь? Кто водится в этом демоновом лесу?!

Бывшие однокурсники говорили, что монстры.

– Попалась, феечка! – хищно усмехнулся адепт, выудив из моих кудрей… бабочку. Но не обычную, а такую жуткую, что меня передёрнуло. – Жирнющая какая! – восхитился добычей Фил. Мне бы его энтузиазм! – И наглая. Обычно эти тварюшки к магам не лезут – тянут силу издалека, но ты, Алиса, видать, очень уж вкусная, – съехидничал он. – Повезло, что магопийца в твоих кудрях запуталась. Успей она в шею впиться, тебя бы на неделю в лазарете заперли.

– Почему? – Я разглядывала монстрика, который не имел ничего общего с феями. Белая, невзрачная бабочка с чешуйчатыми крылышками, большими чёрными глазищами, длинным хоботком и… зубами! Мелкими, острыми…

Мама дорогая!

– Магопийцы впрыскивают при укусе яд. Люди от него глюки ловят. Стихийницу со второго курса на прогулке в прошлом году одна такая цапнула. Так эта укушенная потом бегала по академии, вопила «Пожар!» и сама же всё подряд и поджигала. Ещё ей тирсы мерещились и покойная родня. Родни она боялась больше. Ржачно было, – издал короткий смешок он, но, спохватившись, исправился, – и жутко! Девица потом месяц стеснялась из комнаты выходить. На учёбу – и обратно в общагу, как мышь в нору. Трусиха!

– Давай лучше про магопийц, – попросила я, потому что мне было совсем несмешно слушать про эту бедную адептку.

Но и говорить парню, с которым только-только наладила контакт, что над чужой бедой потешаться нельзя, я тоже не стала. Сама ведь недавно иронизировала по поводу Сержа.

– А что о них ещё сказать? Красотки зубастенькие! Обожаю! Мы зовём этих крылатиков феями, потому что эффект от их яда, как от волшебной пыльцы некоторых фей. Сначала эйфория, потом безумие, а в финале апатия. Ну и галлюцинации, конечно же.

– Никогда прежде не слышала о таких насекомых.

– Это особенности местной фауны. Из-за постоянных магических выплесков, которые происходят в академии, животные и растения на острове мутируют. Так что у нас тут целый экзотический зоопарк. Если хочешь, я как-нибудь тебе проведу экскурсию…

– Даже не думай, Далтон! – вклинился в наш разговор декан… который опять незаметно подкрался. Он сам как призрак! – А ты, Эйвери, не ведись на сомнительные предложения. Хватит нам в этом семестре и одного трупа. Далтон, – Люций Танненбаум снова обратился к парню, – прибей уже эту тварь, пока она к тебе самому не присосалась.

– Зачем прибивать? Я в свою коллекцию её заберу. Хорошенькая же феечка, – промурлыкал адепт, поглаживая «бабочку» по мохнатому брюшку. – Обжоркой назову.

Прямо как Макс со своим Шуршиком! Только енот многократно симпатичней жуткой магопийцы, несмотря на его хулиганскую натуру.

Надо же! Я чуть не нарвалась на очередную проблему на ровном месте. Если бы не распущенные волосы…

Так! Стоп!

Волосы?

Это ведь Мэйлин заколку вытащила, когда я одевалась. Она что, знала об атаке магопийцы? А откуда? И почему решила помочь, если ей выгодней изолировать меня на неделю или даже больше?

А-ш-ш! Сплошные вопросы. Надо срочно всё обдумать. Вот после беседы со следователем, которой, к сожалению, не избежать, я этим и займусь.

Дома!

ГЛАВА 15

Ну, конечно! Портал в Серый мир!

Как я сразу не догадалась?

Волшебные предметы, необычные бестелесные сущности… ха! Всё дело в порталах!

Глядя на книгу, открытую на разделе оттисков, связанных с порталостроением, я вздохнула, смазала кончики пальцев лечебный бальзамом и помассировала виски.

Отгадка происхождения сизой дымки, которую видели только мы с личем, всё время лежала на поверхности. Я это знала, чувствовала, но упорно не желала признавать. И головной болью, усилившейся после беседы со следователем, как и внезапной забывчивостью из-за стресса такое не объяснить.

Дело в другом. С момента моего выхода из комы я подсознательно дистанцируюсь от всего, что связано с Тирсовой хмарью. Будто для меня это просто слова, привычные ругательства, а не место, где я пережила леденящий душу ужас и потеряла способность колдовать.

Я практически ничего не помню о своём вынужденном путешествии в Серый мир, куда люди если и попадают, то только после смерти, как, вероятно, попал Серж.

Теперь понятно, почему магистр Танненбаум не смог призвать его дух для допроса. Проблема не только в оборванных связях, но и в том, что демоны не отдают свою добычу… почти никогда. Вернуться можно, только если загремел к ним живым и не скончался там от страха.

Холод за спиной, как и чужой пристальный взгляд, я почувствовала сразу. Прикрыв глаза, потёрла круговыми движениями виски, после чего нарочито спокойно произнесла:

– Не стой за моим плечом, Мэйлин. Это раздражает. А мы же не хотим раздражать друг друга, верно?

Обернувшись, я мысленно выдохнула, потому что в комнате действительно находилась моя соседка, а не какой-нибудь тирсенёнок, проскользнувший сквозь тот самый портал, что наследил в лесу. Призраки класса «А» сильны и опасны, но до выходцев из Серого мира им далеко.

Демоны, бесы или тирсы, как у нас их принято называть, – тоже сущности бестелесные, но, в отличие от обычных привидений, они способны уплотняться, имитируя существ, обладающих физической оболочкой. А ещё эти твари очень любят вселяться в людей и животных, порабощая их волю и захватывая тела. И стандартные защитные заклинания вкупе с амулетами спасают далеко не ото всех.