Академия №13. Тетралогия (СИ) - Никольская Ева - Страница 27

Как-то это всё… нервирует. Особенно бесо-псих, который так и норовит создать ещё больше проблем. И ладно бы только себе. Но он ведь и меня втягивает! Да я уже по уши в этом дерьме! Очередной портал в Серый мир, подложные улики, дракон, который требует от меня информацию…

А-р-р! Я же просто хотела тихо порадоваться поступлению в Академию №13! И получить учебники. Всё!

– Да, унижения. Серый, его шайка и некоторые другие адепты создали тайный клуб. Такой же гнилой, как и все они. Спорили на девчонок: в основном на новеньких, не знающих наших реалий. Делали ставки, часто высокие. Потом соблазняли намеченную цель, предоставляли организаторам фотографии, доказывающие удачную охоту, и получали (или нет) свой выигрыш. Игры у них такие… на грани. Аморальные, но, увы, законные.

– Ур-роды, – прорычала я, растеряв те крохи жалости, что испытывала к убитому.

– Именно! Только конченные уроды будут ни в чём не повинных девиц унижать.

Я согласно покивала, а потом нахмурилась и уставилась на парня.

– То есть виноватых унижать, по-твоему, можно? – спросила с вызовом.

– А что с ними ещё делать? Бить, что ли? – неприятно усмехнулся дракон. – Так весовая категория неподходящая.

Колючий блеск его серых глаз замораживал… будто льдинки в ледяной воде заворочались. Мне очень хотелось отвести взгляд, проиграв зрительную дуэль, но я продолжала на него смотреть… исподлобья.

– Не смотри на меня так укоризненно, Лисёнок, – примирительно поднял руки Макс. – Я сейчас говорю не про нормальных девушек, которые ничего плохого никому не делают, во всяком случае, специально. Речь про стерв. Эти гадят много и с удовольствием. Если такие особи выберут мишенью меня – я буду мстить. Жестоко. И мне глубоко наср… эм… наплевать, какого эти стервы пола. Так что не советую становиться моим врагом, Алиса, – подмигнул он и даже протянул руку, чтобы потрепать меня по волосам, но я отпрянула.

И? Это шутка была или угроза?

Ладно, будем считать, что я приняла информацию к сведению.

– А эти обиженные Сержем адептки… – вернулась к прежней теме я. – Они могли украсть у тебя «верёвку»? К тебе в комнату никто из них недавно не заходил?

– При чём тут комната? Я свои плетения в мастерской храню. Их там штук восемь, наверное.

– Восемь? – округлила глаза я. – Зачем так много? Ты ими торгуешь, что ли?

Ну а что? Студенты часто так подрабатывают. Особенно зельевары с артефакторами.

– Нет. Нравится плести – и плету. Нервы успокаивает, – усмехнулся он. Ну да, зачем княжескому сыну подработка? – Вы, леди, для этой же цели крестиком вышиваете, вяжете, рисуете, а я магические жгуты делаю с разной функциональной начинкой. Полезное, кстати, занятие. Хочешь, один подарю?

– Спасибо, не… А хотя давай! – передумала я. Глупо ж отказываться от магически заряженного подарка, когда сама даже очищающее заклинание сплести не в состоянии.

Кстати, об очистке… вернее, об окне, которому по-прежнему нужна «вуаль».

– Макс, я хотела тебя попросить…

– Секунду! – перебил парень, доставая из внутреннего кармана вибрирующий скарр. Я замолкла, наблюдая, как длинные мужские пальцы касаются серебристой поверхности плоского кристалла, открывая поступившее сообщение. – Какого тлена?!

Было ужасно любопытно, кто ему там пишет и что, но я продолжала смиренно сидеть, не задавая лишних вопросов. Однако они, вопросы эти, похоже, читались на моём лице. Иначе как объяснить, что Макс внезапно сказал:

– Это от Гвидо. В нашей мастерской обыск. Надо идти, – засобирался он. – Тирсовы шакалы! Найду этих блохастых зверогадов и уши поотрываю!

– Да почему ты опять думаешь, что виноваты веры?! – воскликнула я, тоже поднимаясь. – Мы же решили, что убийцей может быть обиженная девушка или, скорее, кто-то из её друзей, воздыхателей, просто небезразличных людей. То есть любой в академии! И даже кто-то из деревни.

– Не помню, чтобы мы такое решали, – улыбнулся Макс. Нет – ухмыльнулся. Так, как умеет только он. Руки опять зачесались треснуть паршивца, но рядом была только брошенная Мэйлин книга, а её жаль. – Шакалята эти уже раз грабили нашу мастерскую. Пытались Шурха умыкнуть и в море утопить, чтобы сделать мне больно. Не вышло. А где один раз, там и второй. Не удивлюсь, если они с тирсами связались, чтобы это всё провернуть, иначе бы хрен пробились через новые защитные чары – я сам их плёл.

Да он просто мастер на все руки! Может, потому его в академии и терпят?

– А…

Я запнулась, ибо в дверь постучали. Занервничала, будто меня на чём-то постыдном застукали. А у дракона опять ожил скарр, и он с невозмутимым видом начал читать сообщения, стоя посреди комнаты.

Ай! Да и тирс с ним!

Подойдя к двери, спросила «кто там». Услышав голос эльфа, открыла.

– Опаньки! – раздалось за спиной. Обернувшись, я вопросительно посмотрела на Макса, выражение лица которого мне не понравилось. – Эй, ушастый! А что это ты забыл у моей…

– Я не твоя! – рявкнула, начиная злиться.

Игнорируя мои возражения, дракон подошёл вплотную и обнял меня сзади за плечи одной рукой. Чуть не придушил, псих!

Я со свистом сдула упавший на лицо завиток, но он, качнувшись, опять закрыл мне глаз. Пришлось пальцами за ухо убирать.

– Моя! – сказал Макс… полагаю, не мне. – А ты слушайся старших и не спорь, Лисёнок. – А вот это уже мне.

И что-то так меня его слова выбесили. Я ему не младшая сестричка, которой можно рот затыкать, прикрываясь разницей в возрасте.

– Мы почти ровесники! Меня на четвёртый курс судмагэкспертизы сегодня приняли. А ты учишься на пятом! – заявила я, вздёрнув подбородок.

– Отлично! Поздравляю! Значит, будем чаще встречаться, – неправильно понял мой посыл дракон. – Старшие курсы регулярно взаимодействуют.

– Мне двадцать один! Почти! – уточнила я, раз до него не доходит.

– А мне двадцать пять, – парировал он с усмешкой. – Почти. Поэтому расслабься и не встревай, когда взрослые дяди разговаривают. – Так какого тлена ты, лесной олень, сюда прискакал?

Судя по выражению лица, Нэль с удовольствием ускакал бы сейчас обратно, но под грозным взглядом дракона ноги к полу приросли. Я его очень хорошо понимала – у самой те же симптомы были.

И так мне обидно за целителя стало, что…

– Эй! – воскликнула я, стукнув Макса по руке, по-прежнему лежавшей на моих плечах, не позволяя двинуться. Аж шея затекла! – Его, вообще-то, Лалинэлем зовут. И он, между прочим, спас вчера твоего Шурха от смерти. Енот что-то съел и отравился…

– Отравился? – Дракон наклонился ко мне так низко, что почти касался губами уха… чувствительного, да. Очередной табун мурашек отправился в радостный забег. От нервов, наверное, не иначе. – И я только сейчас об этом узнаю? Как же так, Алис-с-са? – прошипел тирсов ящер и всё-таки куснул меня за мочку.

Вот гад!

Я дёрнулась, буркнула что-то нечленораздельное и покраснела. И всё это под грустным взглядом эльфа. Именно грустным, а не шокированным или возмущённым. Макс что… часто так с девушками себя ведёт? Хобби у него такое, да?

Зря про Нэля ему рассказала. Вчера-то я промолчала о целителе, как он и просил. И об отравлении енота тоже, ведь иначе как объяснить чудесное выздоровление полосатика? А сегодня вот вырвалось.

Очередное сообщение, прилетевшее на скарр Макса, спасло меня от допроса. Парень ослабил хватку, хотя и не отпустил меня. Обменявшись с эльфом взглядами, мы оба обречённо вздохнули.

– Семицвет? Откуда эта дрянь в мастерской? – проворчал дракон.

Действительно, откуда?

Семицвет – довольно редкая отрава. Без вкуса, без цвета и без запаха. Опасное зелье и трудно определяемое. А, главное, этот яд подавляет волю жертвы, отключая критическое мышление. Если Сержа опоили им, он с кем угодно мог в лес уйти, а не только со знакомыми.

– Семицвет, хм, – отмер эльф и, нахмурившись, задумчиво почесал блондинистый затылок.

– Думаешь, Шурх эту гадость глотнул? – спросил Макс парня, на что остроухий гость только плечами пожал.