Госпожа из Арленсии. Дилогия (СИ) - Моури Эрли - Страница 130

Лураций ждал Гарнфуза или хотя бы посыльного от него. Очень не терпелось знать, как прошли переговоры с членами Круга Высокой Общины. В то же время, господин Гюи прекрасно понимал: столь серьезные решения не принимаются в один день. Не принимаются, даже несмотря на то, что он через Гарнфуза хитренько поторапливал важных персон: намекал, будто секрет пушки и пороха может уйти к более расторопным людям.

Неожиданность произошла ближе к вечеру. До сумерек оставалось пару часов. Солнце уходило на запад, рыжим отблеском отражаясь в окнах верхних этажей, и жара благополучно спала. В это приятное время в дверь жилища Лурация постучали. Постучали громко, требовательно – так обычно стучат люди, наделенные властью или их представители.

– Мы от Высокой Общины, – заявил с порога аютанец лет тридцати в цветастом халате, подхваченным серебристым кушаком. Его неровно стриженная бородка топырилась, и черные глаза живо изучали господина, открывшего двери. – Я – Мурек Налхеф, – представился он, с некоторой задержкой. – Вы же господин Лураций Гюи, верно?

– Именно так, – согласился ростовщик, оглядывая Мурека и стоявших за ним мужчин. – Прошу, – он открыл дверь шире и отступил с порога, гадая, почему эти люди появились раньше вестей от Гарнфуза, и чем грозит ему столь неожиданный поворот. Все‑таки дело касалось огромных денег, а в таких вопросах неожиданности редко приятны.

– Отлично. Сам господин Фахумзир Карфиндун уполномочил нас все приготовить к его приходу, – он обернулся на стоявших за ним людей, которых собралось около десятка. – Ваше устройство надлежит вынести на улицу и провести испытания там. Мы кое‑что привезли с собой, – он махнул рукой в сторону повозки, груженной досками и еще каким‑то скарбом. – Работники сейчас займутся переносом. Подскажите им, как все устроить правильно, чтобы ваше изобретение работало к приходу господ из Высокой Общины. Возможно, кроме Фахумзира пожалует Карбаши Хазим.

– На улице могут пострадать проходящие мимо люди, – заметил Лураций, обескураженный от такого вольного управства, однако с Муреком Налхефом спорить не стал – все это уже становилось проблемой Высокой Общины. А у нее, как известно, любые вопросы с обычным людом решаются очень просто – без учета мнений, которые расходятся с мнением членов сомой Общины.

– Это вас пусть не беспокоит. Когда потребуется, мы перегородим улицу, – заходя в дом, сообщил распоряжавшийся аютанец. За ним последовало еще четверо, одетые гораздо скромнее, и являвшиеся, видимо, теми самыми работниками.

То, что помимо Фахумзира, из‑за которого Лураций, по сути, потерял все имущество, придет еще господин Хазим, председательствовавший в этом году в Круге, говорило о многом. Несомненно, Гарнфуз достучался до нужных людей и его слова произвели должный эффект. Иначе чего бы им сбегаться под вечер, а значит в срочном порядке? Испугались, что Лураций найдет других покупателей? Но оставалась огромные опасения, что сделка не пройдет именно так, как рассчитывал господин Гюи: деньги в ближайший день два на счет в арленсийском банке и сумма не менее миллиона. Ведь эти властные люди любят брать все что им нравится даром и не слишком считаются с теми, чьи возможности в Эстерате ограничены.

– Вот это и есть то самое устройство, – спустившись впереди работников‑аютанцев, Лураций похлопал ладонью по массивной трубе из черной бронзы. – Его надлежит вместе с подставкой перенести туда, где вы собираетесь проверять его работу, – сказал он, повернувшись к Муреку. – Остальное я перенесу сам.

– Давайте, очень осторожно! – распорядился работниками Мурек, морща мясистый нос – здесь еще сильно воняло серным дымом, после экспериментов Лурация. – Осторожно, но быстро! Нужно успеть до прихода членов Круга! – добавил он.

Пока они снимали пушку со станины и, в самом деле, осторожно поднимали ее по крутой, неудобной лестнице, господин Гюи отложил в небольшую ящик пять свинцовых шариков и несколько пороховых зарядов, тщательно отмеренных на алхимических весах и завернутых в бумагу. Туда же, в ящик, он положил большое огниво, слишком громоздкое для раскуривания трубок, но прекрасно подходящее для поджигания заряда в пушке. Хотя, пушкой его устройство нельзя было назвать – скорее пищаль с особым хвостовым зарядником. Но какая разница? Все равно, таких терминов пока не значилось в счастливом мире, еще не познавшим радостей и бед огнестрельного оружия.

Пока он тянул неудобный груз по лестнице, послышались торопливые, прихрамывающие шаги, и Лураций догадался, что в дом вошел, вернее, вбежал Гарнфуз.

– Мой друг! – опустив приветствие, воскликнул он сверху. – Скорее, скорее, нужно срочно поговорить!

И господину Гюи пришлось поднапрячься, чтобы как можно скорее вытянуть ящик из подвала. Поставив его со стуком на пол, он поднял к аютанцу взволнованный взгляд.

Тот обернулся на распахнутую на улицу дверь, за которой суетились Мурек и его работники, убедился, что его никто не слышит и выпалил: – В общем ты им продаешь только секрет пороха! Только! И за три миллиона салемов! Миллион из этого мой! Покупатель сам Карбаши Хазим. Хотя этот хитрец Фахумзир тоже в деле. И еще кто‑то с ними… Не знаю пока кто, но явно кто‑то из заинтересованных людей. Возможно, придет только Фахумзир.

– Постой, а пушка? Порох без пушки вряд ли их впечатлит. Они могут отказаться, – рассудил Лураций, не совсем понимая замысел Гарнфуза. И зачем тогда пушку требовалось готовить к стрельбе.

– А секрет пушки и чертежи, якобы, купил у тебя я! – быстро затараторил Гарнфуз, оглядываясь на дверь. – Если кратко, то так: на вырученные от сделки деньги я покупаю литейную и мастерские. Буду делать пушки, и продавать им. Секрет останется у меня.

И тут до господина Гюи полностью дошел хитрый замысел его друга.

– Ах ты прохвост! – рассмеялся Лураций. – Кто бы мог подумать, что ты свой сытый покой захочешь променять на суету и огромные деньги!

– Что поделаешь! Душа требует! – тот тоже рассмеялся. – Хочешь, будешь тоже в доле. Я не жадный за твой счет! Представляешь, какое это будет доходное дело!

– Еще бы, владелец великой пушечной мануфактуры! И ни одного конкурента на много лет! Через год‑другой ты станешь богаче большинства членов Высокой Общины! Хотя, почему без конкуренции? – и здесь Лураций, уже не посмеиваясь, хитро улыбнулся: – Ведь в моих планах открыть подобное в Арленсии. Нужно же нам на что‑то жить с госпожой Диорич. Так что в этом мире тебе конкурент только я. Но мы же договоримся?

Гарнфуз от наплыва чувств обнял друга. А на улице послышались голоса – наверное к дому Лурация приближались представители Высокой Общины, что подтвердили более громкий, резкие команды Мурека работникам.

– Все, остальное потом. Главное, ты мне уже продал секрет пушки и чертежи, – Гарнфуз для пущей убедительности постучал ему пальцем в грудь. – О, Валлахат, как хочется перекурить! За весь день только некогда было. Сегодня же как все закончится, напьюсь до беспамятства. Если смогу дойти до дома. Уже ноги не держат.

– Останешься у меня, – предложил господин Гюи, увидев через дверной проем Карбаши Хазима, и быстро уточнил: – За сколько я продал тебе чертежи пушки? Если вдруг разговор зайдет, что говорить?

– За миллион. Договор подписан, а деньги я тебе будто выплачу потом, после производства первой партии. Но это не важно. Я буду отвечать на их вопросы. Идем, – Гарнфуз направился к выходу, надевая на лицо улыбку, наиболее подходящую для встречи с важнейшими персонами Эстерата.

Лураций подхватил ящик с зарядами и тоже вышел на улицу, полностью запруженную людьми, собравшимися у его дома. Ближе всех стояли двое членов Круга Высокой Общины, за ними разномастная свита. Этот важный полукруг замыкали гвардейцы в сверкающей броне и красных хламидах. По другую сторону на собранном наспех постаменте уже красовалась, поблескивала начищенной бронзой пушка, рядом с ней тоже поблескивал возбужденным взглядом Мурек Налхеф – он успел справиться с работой в срок. Его люди скромно подпирали стену соседнего дома. А еще дальше, шагах в тридцати ко всей неожиданности Лураций увидел три деревянных манекена – обычно таких используют для тренировок арбалетчиков. Однако манекены были в этот раз не просто грубыми деревянными куклами, но облачены в броню – один в плетеную, два в тяжелую пластинчатую и прикрыты круглыми щитами. Лураций даже губу закусил: как же серьезно и быстро они подготовились к испытаниям его пушечки! Справится ли? Ведь орудие маленькое, демонстративное, и тяжелую бороню да через щит вполне может не пробить – вероятно просто снесет, потому как манекены недостаточно тяжелые.