Госпожа из Арленсии. Дилогия (СИ) - Моури Эрли - Страница 46

— Нет. Не больше часа. Только корзину успел отнести ремесленникам и сразу, как приказали, к вам, — паренек переминался с ноги на ногу.

— Не знаешь, в Хархум сегодня корабли отправляются? — Эриса вложила парню полсалема, одновременно торопливо решая, как ей быть. Бежать в порт или домой к Лурацию? Не разминется ли она с ним? Она не могла расстаться со «своим мальчиком» на столько дней, не увидевшись перед его отъездом. И в груди ее часто, требовательно стучало. «Неужели, я влюбилась в него?!» — подумалось арленсийке. — «Влюбилась в человека, которого позволяла себе называть «мерзкий старикашка»?! Как на тебя, Эриса Диорич, это не похоже… О, Волгарт, что со мной происходит?! Да, я становлюсь не похожей на саму себя! Очень непохожей! Снова превращаюсь в ту глупую девчонку, с которой случилось столько сердечных глупостей!».

— Откуда мне знать. Я в порт мало хожу. Можно идти? — нетерпеливо спросил паренек, крепко сжимая медную монету.

— Иди… — Эриса скрутила записку Лурация и спрятала ее в кошелек. Бегом поднялась в свою комнату, схватила лист бумаги и написала очень крупно: «Нобастен, друг мой, за меня не беспокойся. Вынуждена срочно отбыть. Когда вернусь — не знаю. Может завтра. Эриса».

Этот лист бумаги она положила на столе в обедне, придавив его бутылкой эля, — старик должен был заметить его сразу. Понимая, что дом придется оставить пока без присмотра, арленсийка почти бегом направилась к Подгорному рынку. При быстром широком шаге побаливала задница: вот они последствия вчерашнего наказания Кюраем. Достигнув моста через Эранту, стануэсса выбилась из сил. Пришлось перейти на шаг.

Когда Эриса добралась до дома ростовщика и постучала, дверь открыл Гайсим, и раньше, чем арленсийка успела что-либо спросить, сообщил:

— Доброго дня госпожа! Очень сожалею, господина Гюи совсем нет. Отбыл с вещами на несколько дней.

— Понятно… Он в порт пошел? Давно? — спросила стануэсса.

— В порт. С полчаса как, — отозвался слуга ростовщика. — Думаю, если он вам очень нужен, можете увидеть его у второго западного причала. Если на пристани не будет, поспрашивайте, где корабль в Хархум.

— Благодарю, — Эриса уже не столь быстрым шагом направилась к Нижнему городу. Тот район она знала неплохо, ведь вблизи они снимали прежнее жилье у Сорохи Иссы. Там, если пройти узкой улочкой через мастеровых, то можно было быстрее всего добраться до порта. Только бы не наткнуться на Абдурхана, ведь его пекарня располагалась на улицу выше от мастеровых.

По пути арленсийку беспокоили мысли о собственном странном поведении. Если не считать некоторые глупости из юности, то прежде Эриса Диорич не бегала за мужчинами. Наоборот, она чаще убегала от их внимания. В Арсисе, да и всей Арленсии у нее было столько богатых, влиятельных поклонников, что приходилось от них прятаться, что-то выдумывать, а самых прилипчивых отправлять в нескромном направлении, не скупясь на острые словечки. И Дженсер в свое время просто как-то прилип к ней, немного увлек приятными разговорами. Ну, да, был он ей мил, наверное, была какая-то недолгая страсть. И переживала она за него, когда были на то основания. Например, как здесь в Эстерате, когда ее муж исчез на много дней без вестей. Но никогда ни за одним мужчиной госпожа Диорич не бегала. Да были некоторые сердечные страдания — не более того. А вот сейчас… Что сделал за эти дни с ней этот немолодой, не слишком внешне привлекательный мужчина по имени Лураций? Почему ее сердце неравнодушно к нему? И еще роились неприятные мысли: «Лураций, он же раньше вечно окружал куртизанками. Уплывет на много дней… Другой город, комната в таверне… Будет водить местных шлюх? Только не это! Не может он так со мной поступать!». Чем больше она возвращалась к этой мысли, тем больнее было душе.

Проходя по грязному и шумному району ремесленников, Эриса вспомнила о вчерашнем намерении купить хороший нож или кинжал. Тренировки с кухонным ножичком — вовсе не то, что нужно. Отец говорил, как важно иметь именно Свой клинок. Такой, чтобы пальцы породнились с каждым изгибом рукояти, приняли клинок, как свое продолжение. Лавка Джонохана — именно ее рекомендовали люди сведущие в оружии — располагалась рядом, не более чем в ста шагах, и разумно было бы заглянуть в нее сейчас. Однако опасения, что Лураций может отплыть раньше, чем она разыщет его, заставили стануэссу быстрее переставлять ножки в сторону порта.

Быстро пересекла район, называемый Грязи, в самом деле грязный. Из-за близости подземных вод, заболоченности лужи здесь не просыхали даже в самые жаркие дни. Воздух гудел от множества мух, казался густым и вонючим от обильных испарений. А дальше начинался морской привоз и сам порт. Уже виднелись высокие мачты кораблей у пристани, слышался гулкий грохот тяжелый, бочек, которые катили по деревянным настилам под жестокую ругань грузчиков. Над мелкой густо-синей волной кружили чайки, и от мыса к причалу грузно шел большой торговый корабль с косыми парусами в красную полоску. Поодаль виднелись рыбацкие лодки, доу, галеры.

— Да хранит вас Валлахат! — приветствовала Эриса по-аютански мужчину в желтой чалме и подхваченном широким ремнем халате. Он показался арленсийке человеком сведущим, возможно каким-то портовым распорядителем, и она спросила: — Где здесь корабль на Хархум?

Аютанец внимательно с теплым интересом оглядел северянку, задержал взгляд на ее декольте и сообщил: — И тебе милость Его. Туда иди, хорошая, — он криво изогнул палец к двухмачтовой багале, у которой собралось несколько повозок, груженных тюками. — Спешишь чего? Может поедим сладких фруктов?

— Нет, мой хороший, — отозвалась стануэсса с таким соблазнительны придыханием, что сама себя мысленно выругала: «Ну что я за сука?! Зачем без причин дразнить доброго человека?»

— Ну заходи потом! Нам хорошо будет! — не сдавался соблазнитель в желтой чалме.

Однако Эриса его уже не слушала, направляясь к указанному судну, ища взглядом господина Гюи.

И повезло — увидела почти сразу. Он стоял внизу у широкой сходни, по которой с жутким скрежетом тянули на корабль длинные ящики. Стоял, говорил о чем-то с двумя одетыми дорого аютанцами, явно не из числа команды багалы. Эриса горела желанием подойти к нему сзади и неожиданно, жарко обнять своего любовника, но благоразумие в этот раз ненадолго победило, и арленсийка сначала окликнула его:

— Господин Лураций Гюи! Уделите мне минутку?

Ростовщик растерялся, оглянулся на ее голос, потом перебросился несколькими фразами с прежними собеседниками и поспешил стануэссе.

Взяв Лурация за руку, Эриса отвела на десяток шагов за повозки и выпалила:

— Шетов старикашка! Ну как ты мог так со мной поступить?! Почему ты не зашел попрощаться?! Лураций, Лураций, знаешь, как мне обидно?! — на глаза, ставшие еще более яркие, бирюзовые, ее навернулись настоящие слезы.

— Прости! Ну прости, — Лураций сжал ее ладошку. — Я не знал точно, когда отплывает «Ликрузза». Ситуация складывалась не очень. И опоздать никак не мог. Меня поставили перед фактом успеть добраться до Хархума в срок. К тому же я думал, что ты у нашего общего друга, — и в этот раз, ростовщик не стал называть имени Залхрата.

— Под «нашим другом» ты имеешь ввиду Кюрая? — Эриса стерла слезу пальцем и нахмурилась.

— Да. Ты же поняла из записки, что это он повернул условия сделки? Повернул так, что мне приходится отплыть дней на десять и лично присутствовать там. В Восточной торговой гильдии при заключении договора о товарном кредите. Мне нужно будет согласовывать и делать подписи, — торопливо пояснил ростовщик. — Эриса, душа моя, ты же понимаешь, Кюрай — опасный человек. Он ничего не делает просто так. Опасаюсь, что он знает о том, что в Даджрах мы ездили вдвоем и вполне может догадываться о наших истинных отношения.

— Да, знает. Я ему уже объяснила, что ты присматриваешь за мной по просьбе Дженсера. Давай не будем сейчас о нем! Ты скоро исчезнешь на много дней — вот что сейчас главное. И как ты мог подумать, что от меня можно отделаться короткой запиской? Правда, меня это разозлило и обидело. Обними меня, если хочешь, чтобы простила, — арленсийка прижалась к нему, в ожидании ласки его рук.