Мигрирующая империя. Дилогия (СИ) - Дорничев Дмитрий - Страница 4

Космические гиперврата. Дар, что был нами получен при первом контакте с инопланетной формой жизни. Он же и стал нашим проклятием…

Впрочем, лишь благодаря вратам нам удалось сбежать с Земли. Мы заранее создали цепочку врат и в итоге добрались до этого места. И каждый раз врата, через которые мы проходили, самоподрывались, дабы нас не отследили.

Вот и эти врата были уничтожены, а их обломки уже многие годы дрейфуют меж астероидов.

— Нашёл какой-то сигнал! — выкрикнул Миха, да так, что и без динамика его было прекрасно слышно. — Повиси минуту. Пытаюсь его зафиксировать и расшифровать.

Мы повисли рядом с руинами огромных врат. Когда-то давно через них проходили массивные эвакуационные корабли и даже дредноут… Как вдруг!..

— Паша! — крикнул Михаил.

— Вижу!

Резко рванув вперёд, я умчался за астероид, пока Миха плазменными турелями отстреливался от летящих на нас плазменных ракет.

— Всем отрядам! Враг! Нас атаковали! — докладывал Михаил, пока я пилотировал.

Врубив маневровые двигатели на полную, я резко ушёл за астероид. А ракеты, следуя за нами, попросту врезались в него одна за другой.

Я нырнул вниз, под астероид, и, перевернувшись на сто восемьдесят градусов, облетел его и выскочил сбоку от показавшегося корабля противника.

— Мамочки… Это ирис! — запаниковал Миха, разглядев корабль.

— Бей! — выругался я, переводя лазеры в режим луча, и эти лучи ударили по боку корабля противника. Однако тот, конечно же, имел щит. Правда, не очень сильный, всё же это не боевое судно, а разведывательное. Но достаточный, чтобы мои лучи лишь разбились об него…

Корабль ирис выглядел как вытянутый прямоугольник с четырьмя пирамидами в центре, торчащими в разные стороны. Ирис любят прямые углы и кубизм. Ну и пирамиды…

Эта махина была в десять раз длиннее нас и вдвое крупнее. Но я прекрасно изучил его структуру. И, похоже, за эти пятнадцать лет у них ничего не поменялось.

(Работа художницы, но тут ей вроде помогала сетка. Забыл уже.)

— Ракеты!

— Сбивай! — рявкнул я и полетел к противнику.

По нам начали бить четыре плазменные турели. Но плазма летит весьма медленно. Я могу уклониться!

— Да как сбивать, если ты крутишься и вертишься, как сумасшедший⁈

Игнорируя друга, ибо ругаться не было смысла, я, «вертясь, как сумасшедший» и потеряв всего двадцать процентов щита, зашёл «за спину» врага. Миха же, несмотря на крики, сбил три ракеты. Осталась последняя, и я резко рванул вперёд, закрываясь от неё кормой вражеского корабля. Но… жизнь — та ещё сволочь, ведь ракета, вместо того чтобы врезаться в свой же корабль и взорвать его, попросту самоуничтожилась… Гадство!

По нам били плазменные турели, но я закрутился вокруг врага, да так, что их турели не поспевали за нами, а наши лупили как следует! И повторюсь, перед нами не боевое судно, а исследовательское. А у нас патрульный корабль. Пусть и маленький, но кусючий.

— Есть! Я пробился через щит! Паха! На счёт три! — обрадовал меня друг, сумевший хакнуть врага.

— Понял!

Как только завершился отсчёт, ослабевшие щиты врага временно отрубились, и я рванул вперёд, подлетая к одной из пирамид. Прямо меж них, под слоем брони расположен реактор.

Слегка сдвигаясь вверх-вниз, влево-вправо, чтобы уклоняться от плазменных снарядов, по крайней мере части из них, я бил из всего, что было, пока не заметил реакцию на корпусе противника.

Резко рванув в сторону, я едва ушёл от плазменного взрыва, который расколол корабль ирис надвое!

— Щиты девять процентов! Паха, ты — чёртов псих!

Я не ответил, так как обливался потом. Псионическая волна умирающих пришельцев ударила по мне, выбивая из равновесия. Это было… тяжело. Давно подобного не ощущал, да в таком количестве.

— Ты в порядке⁈ Датчики показывают… — перепугался друг, но я перебил его.

— В порядке я. Отходняк это. Адреналина много… — отмазался я, а пару секунд спустя заметил сигналы. Наши идут! Отлично…

Вот только мы опоздали… Прибывшие специалисты подтвердили, что наши координаты были зафиксированы врагом и куда-то переданы. А это означает лишь одно — жопа. Большая такая жопа, и размером не меньше, чем наш материнский корабль.

Так что хоть миссия и была завершена успешно, но радости что-то в этом совершенно не было.

Вернувшись в академию, нам дали время на отдых. Но при этом все были в режиме повышенной готовности. В лётном комбинезоне мы даже в столовую ходили. Где, собственно, и оказались. Депрессировать и волноваться лучше на полный желудок.

Но, как и всё на станции, столовая была небольшой и представляла собой ряды небольших столиков на два человека и стулья, которые могли двигаться лишь вперёд и назад.

Мы с Михой лопали кашу из зелёного пюре, сделанного из водорослей. Они питательные и из еды их проще всего выращивать.

А что? Минералы у нас есть, воды навалом, спасибо ледяным метеоритам и астроидам. Так что водоросли — едва ли не основной рацион многих людей.

Был так же хлеб, что у нас редкость, и салат из овощей, кототрый ещё большая редкость, чем хлеб. Для овощей и зерна нужны большие площади. А это дорого. Куда дешевле водоросли.

Разве что еда в глотку не лезла, меня буквально отовсюду атаковали псионические волны. Люди пребывали в угрюмом настроении, так как боялись. Раз нас обнаружили, значит, враг придёт. Так всегда было. За пятнадцать лет с начала Исхода ирис так и не оставили своих попыток обнаружить нас и добить.

Собственно, именно поэтому Объединённый Флот Человечества и распался на национальные флоты и разлетелся кто куда. Мол, так выше шанс, что хоть кто-то уцелеет.

Впрочем, не совсем кто куда, ведь существует некая «Пангея». Мир, пригодный для жизни и находящийся в неизвестном космосе, где нас никто не найдёт. У нас даже координаты есть!

Не знаю, откуда они у нас, но Пангея — это финальная цель нашего «Исхода». Там человечество объединится, возродится и вернётся! Мы вернём Землю и уничтожим Империю Ирис.

Впрочем, не понимаю, зачем нам нужна планета, ибо мы и в космосе неплохо живём и развиваемся. Но это не мне решать. Я лишь один из многих мелких аристократов. Куда мне?..

Но… Честно говоря, освобождение Земли является тем самым, что заставляет меня двигаться вперёд. Терпеть лишения, много трудиться и не смотреть назад.

В тот день я поклялся самому себе, что вернусь на Землю и выгоню ирис, а также освобожу всех тех, кто до сих пор находится в рабстве у этих тварей.

Как вспомню всех тех, кого мы оставили на Земле, так сразу злюсь. И эта злость словно пламя в двигателе, который заставляет меня двигаться!

— Паш, ты сейчас так выглядишь, будто готов устроить резню… — сказал Миха, и выглядел он встревоженным.

— Вспомнил о Земле. Всё в порядке, — я вернул себе улыбку, как обычно делаю, запечатывая злость внутри. Пусть она там и остаётся. А я буду улыбаться и дурачиться, пока могу себе это позволить.

Друг кивнул и продолжил есть, но… Тут рядом прошла Макарова, и всё. Миха поплыл, уставившись на эффектный такой зад, обтянутый комбинезоном.

Мигом проглотив всю еду, этот кабель умчался за Макаровой и заговорил с ней, а девушка охотно ответила ему. Ну всё, сегодня, видимо, ночую один. Как обычно…

Так что, доев, я поспешил в каюту. Отдохну и соберусь с мыслями. Псионическая волна множества погибающих существ взбудоражила мою силу. Из-за этого мне тяжело контролировать её.

И ощущать эмоции двух похотливых животных, это я про Карпова и Макарову, мне не хочется даже больше, чем царивший вокруг страх и уныние.

Но нет, этот гад явился всего через два часа. Причём явно «сытый», но в плохом настроении. Мы оба уставились в специальные планшеты, и если я занимался изучением нашего врага, то этот гад смотрел смешные видяхи.

— Даже не наградили за уничтожение корабля, — проворчал Миха, лежащий на своей кровати, и отложил планшет.