Тактик 13 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 16

Мы пока что, как и обещали, вручную меняли ландшафты. Строились стены, Цитадель обзавелась тремя запасными выходами со своей территории. Мост был восстановлен в качестве каменного, прочного, трудного в разрушении.

Хотя я понимал — враг не ударит в одно и то же место дважды. Наверное.

Деция с помощниками я использовал в плане обработки информации и в итоге они выдали не особенно утешительные данные по мобилизационному потенциалу королевства Кольдер.

Оно были в состоянии, в теории, мобилизовать сто-сто двадцать тысяч человек.

Конечно, часть кланов ушла, потому что приходу к власти клана Инглингов предшествовала серия если не гражданских войн, то внутренних конфликтов. К тому же чисто технически нельзя поставить в строй всё боеспособное население. И всё же они там совсем не мальчики для битья, внутренние конфликты и войны закалили их, обучили, вооружили.

Немного остыв за пару дней, я решил воспользоваться ситуацией и стал укреплять государственность. Началось это в первую очередь с того, что Ратушу я оставил и заложил Дом Правительства, в новой части города, в непосредственной близости от Пантеона.

Я переехал туда, прямо на территорию стройки. Во многих смыслах этого слова, я либо построю свою небольшую державу, свой домен, либо меня снесут. Полутонов тут быть не может.

Помещение насквозь пропахло свежеструганными досками, влажной известью и въедливой кирпичной пылью. Я стряхнул серый налёт с развёрнутого на грубо сколоченном столе чертежа. План тотальной перестройки Порт-Арми напоминал сложную схему рейда. Каждая линия на бумаге требовала колоссальных вливаний маны, физического труда и звонкого золота.

Свернув чертёж, я вышел из кабинета на шаткие деревянные леса. Внизу кипела невероятная по своим масштабам стройка. Город напоминал развороченный тяжёлым кованым сапогом муравейник, обитатели которого лихорадочно восстанавливали обрушенные тоннели до наступления холодов. Беженцы из сожжённых прибрежных деревень окончательно смешались с коренными горожанами. Разумеется, гладкого слияния двух разных социальных групп не произошло. Локальные стычки за лучшие места в бараках и лишнюю порцию густой мясной похлебки вспыхивали регулярно.

И всё же общий враг и цель очень и очень объединяют. По сути, если довести их до отчаянья, до усталости, пропитать страхом и дать победу, то они, они и я, встретим такую победу объединённым народом.

Ну или нас поработят, а меня убьют. Тут уж как повезёт.

Рядом со мной тяжело переминался с ноги на ногу Альд Дэрш. Глава правительства гильдий заметно осунулся за этот месяц, потеряв изрядную долю своего лоска. По другую сторону стоял гном Мурранг. Главный инженер нервно теребил жёсткую бороду, обильно покрытую белой каменной крошкой.

— У меня три бригады не хотят работать в районе стены, — мрачно прогудел Мурранг, указывая коротким заскорузлым пальцем в сторону края укреплений вдоль реки Швырица.

— Причина?

— Местные отказываются работать в одной бригаде с газлевскими беженцами. Говорят о воровстве ценного инструмента. Вчера вечером конфликт дошёл до откровенной поножовщины.

— Накажи их, Мурранг, — проворчал я, глядя на суетящуюся внизу толпу. — Указом герцога, за бунт с применением насилия, зачинщиков драки отправь на каменный карьер. Работа под палящим солнцем в контрасте холода и солнца для добычи камня, должна немного остудить их. Работать в парах, один местный, один газлевский. А если они не подружатся, то через неделю сковать единой цепью, чтобы жили так круглосуточно.

— Гильдии готовы даровать городу пятьдесят тысяч дукатов золотом, правитель Рос, — отчитался чиновник. — Мы выгребли подчистую все наши резервные фонды. Купечество прекрасно понимает всю тяжесть текущей ситуации. Нам жизненно необходимы крепкие крепостные стены и надёжно защищенный порт.

— Проблема заключается отнюдь не только в золотых монетах, — поддержал купца Мурранг, разворачивая свой пухлый свиток с ежедневными расчётами. — Физическая ресурсная база Герцогства практически истощена. Мы ведём полномасштабные строительные работы сразу в десятке направлений. Местные каменоломни физически не справляются с требуемыми объёмами добычи. Качественный строевой лес закончился на складах ещё неделю назад. Рубить тоже нечего. Закупки под вопросом, потому что…

— Потому что — морская блокада? — спросил я, поворачиваясь к Альду.

— Да. Капитаны боятся. Они ждут, чем закончится наша война. В Вас верят, правитель Рос, но… Королевство Кольдер — это серьёзный противник, который, к тому же играет на своём поле.

— Вы правы. Продолжение масштабного строительства текущими темпами неизбежно приведет Газарию к абсолютному экономическому дефолту максимум через пару месяцев.

Сухопутная стройка вообще теряла всякий смысл в долгосрочной перспективе выживания государства. Мы могли возвести хоть стометровые монолитные крепостные стены из самого прочного гранита. Если враг полностью доминирует на водном пространстве, он просто возьмёт город в глухую, изматывающую блокаду. Пираты Инглингов перережут все морские торговые пути, загонят рыбаков в порты и будут методично расстреливать побережье из своих дальнобойных магических пушек, находясь в полной безопасности.

Глава 8

Ибрагим, дерево и серебро

— И что мы будем делать? — спросил Альд.

— Они бьют по нам, мы должны ударить по ним. Не ловить их враждебные действия, как щит блокирует меч, а уколоть, один раз и насмерть.

— Не понял? — честно признался премьер.

— Пока мы не выясним их слабые места и способ победить, моя концепция останется абстрактной, Первый советник Альд.

Дверь кабинета резко распахнулась, прерывая мои размышления. На пороге возник запыхавшийся дежурный офицер городской стражи. В связи с военным положением их заставили таскать доспех и проходить боевую подготовку. Пока что смотрелись они скорее неуклюже, чем грозно.

Он изобразил нечто отдалённо напоминающее воинское приветствие.

— Ваша светлость герцог Рос! Уважаемый Первый советник Альд! — голос дежурного дрожал от сбившегося дыхания. — В порт пришло крупное судно.

— И? Чем вызван срочный доклад ко мне? — спросил я и вопрос был резонным, судов стало меньше после нападения пиратов и всё же это не было чем-то экстраординарным.

— Это купеческий когг. Капитан судна просит Вашей немедленной аудиенции. А решать вопрос, достоин он приёма или нет… Мы не вправе.

— Эээээ… Да, согласен, таких полномочий у вас нет. Ладно, пусть прибудет в Дом Правительства через два часа. Он же не думал, что я брошу все дела ради него, верно?

Вошедший был высоким худым мужчиной, широкоплечим и бородатым, как крестьянин, в простой потрёпанной кожаной одежде, с закатанными рукавами, а его взгляд бы колючим, серьёзным и весомым.

Совершенно не крестьянской на нём была тонкая золотая цепь явно гномьей работы, в центре которой висели золотые скрещенные киянка и топор, символы кораблестроителей. Стоили такие украшения как дом с столичном городе.

Он остановился на середине кабинета, покрутил головой, ожидая увидеть прислугу, глашатая или охраны, но обнаружил, что я в кабинете один.

— Я Ибрагим из Лагоны, милорд.

— Герцог Газарии Рос. Присаживайтесь, — я указал несколько стульев для посетителей.

— Вы позволите мне сесть? Насколько я знаю, Вы герцог, то есть — монарх.

— У меня даже корона есть, золотая и настоящая, у меня есть меч, чтобы меня защитить и руки, которые мне служат. И у меня нет извращённого представления о том, что все должны стоять в моём присутствии. Утром я навещал раненых бойцов в госпитале, они вообще лежали.

Под моим взором Ибрагим присел на стул.

— Итак, Ибрагим, раз уж ты появился в Порт-Арми не с мечом, то мы можем поговорить. Начнём с того, с чем прибыл в наш город?

— Я корабел, строю морские суда, самые разные. Я их строил и отец, и дед. А прадед сбежал из племени где-то на берегах Южного континента, потому что его хотели съесть.