Мастер Трав III (СИ) - Мордорский Ваня - Страница 39

Это было так красиво и затягивающе, что я засмотрелся секунд на тридцать.

Я осторожно подошёл ближе.

Улитка не пыталась убежать, да и куда ей было бежать с такой-то скоростью? Просто продолжала ползти по своим улиточным делам, оставляя светящийся след.

Недолго думая, я сделал шаг вперед, чуть присел и прикоснулся к ней очень осторожно, одним пальцем, и сразу применил анализ.

[Объект: Живосвет (Улитка Света)

Питание: Мхи, насыщенные живой. Предпочитает чистую, неискажённую энергию.

Свойства: Слизь обладает слабыми заживляющими свойствами, может использоваться для создания мазей. При высыхании слизь образует тонкую защитную плёнку. Свечение усиливается после питания.]

Ну и как такое чудо не взять с собой? Эта слизь мне нужна.

Я осторожно взял улитку в руки. Она была теплой — теплее, чем я ожидал. Свечение слегка усилилось от прикосновения, а потом снова стало ровным.

— Ты мне пригодишься, — сказал я ей.

— Пи-пи! — возмущенно пискнул Седой.

— Она нужна для дела. — ответил я ему.

Улитка же не сопротивлялась, просто лежала в моей ладони, втянув рожки в раковину. Спряталась в домик.

Ладно, ее придется покормить, система написала, что подойдет мох, насыщенный живой. Но раз улитка сама ползла к этому голубоватому мху, значит он ей подходит. Значит, его тоже возьму с собой.

Я срезал несколько крупных кусков мха и положил их в корзину. Туда же осторожно опустил улитку.

Седой немедленно заинтересовался новой соседкой. Он подполз к ней и начал постукивать лапкой по раковине.

— Пи!

Раковина засветилась чуть ярче в ответ на стук. Мурлык уставился на мягко светящуюся раковину с откровенным восхищением.

— Пи-пи!

Мурлыку явно нравилось это свечение. Он постукивал снова и снова, с каждым разом всё увлечённее.

— Не трогай, — предупредил я.

— Пи-пи!

— Это не игрушка, — сказал я строго. — И не еда, понял?

— Пи…

Судя по тону, всё он понял, но остался недоволен.

Пожалуй, эта улитка была ярким примером того, что я пока игнорировал еще одну большую область ингредиентов — всю ту различную живность леса, которая как и растения обладала особыми свойствами. Не сомневаюсь, что алхимики используют части животных и даже насекомых в своей готовке, и скоро и мне придется. Нет, я конечно не собирался разделывать эту улитку, от нее мне нужна только слизь, но вообще…задуматься об этом аспекте стоило.

Виа я оставил в достаточно скрытном месте и мы двинулись к выходу из Кромки.

И тут нам повстречались молодые охотники — пятерка грязных и уставших людей в плотной кожаной броне. Вот тут-то я увидел разницу между Гартом и этой компанией. Тут все были сосредоточены, серьезные и…с нашивками гильдии Охотников — скрещенные топоры.

Я замедлил шаг.

Мое внимание приковала тварь, которую они тащили: она была больше самого крупного волка Трана, а шерсть ее была необычного, серо-зеленоватого цвета и словно покрытая какой-то слизью. И, главное, даже отсюда, с расстояния десяти шагов, до меня доносился отчетливый гнилостный запах, исходящий от нее.

Охотники заметили меня и притормозили. Один из них, высокий парень крупнее остальных и с насмешливыми глазами, окинул меня оценивающим взглядом.

— Что это за тварь? — спросил я, кивая на добычу.

Парень ухмыльнулся.

— Любопытный, да? — Он переглянулся с товарищами. — Это, Элиас, гнилозуб. Слышал о таких?

Так, похоже меня парень знает, а вот я его — нет. Но в нем точно нет беспричинной агрессии, как у Гарта — уже хорошо.

— Нет, не слышал.

— Ну ещё бы, — фыркнул другой охотник, тощий, с длинным носом. — Откуда тебе о них знать — ты ж дальше Кромки носа не показываешь.

— Увидел бы его живым — обделался бы от страха, — добавил первый.

Они дружно заржали.

А нет, кажется я переоценил степень их осторожности, как и ума. Впрочем, тварь меня заинтересовала по другим причинам. Я проигнорировал насмешку и присмотрелся к ней внимательнее. Теперь, когда она была ближе, я мог разглядеть детали: морда вытянутая, с длинными выступающими зеленоватыми клыками.

— Вы нашли его в Кромке? — уточнил я.

Высокий охотник посмотрел на меня как на идиота.

— Ты что, совсем тупой? Такие твари в Кромке не водятся.

— Мы за Кромку ходили, — добавил тощий,. — На границу Средней Зоны.

— Вообще-то там их не должно быть, — нахмурился другой, — Но для нас и гнилозуб не проблема.

— Ага.

— Так что ты, Элиас, не бойся. Кромка безопасна для таких слабаков, как ты.

— Да, а всё опасное мы убьем.

Они захохотали и пошли дальше.

Я остался стоять на тропе, глядя им вслед.

Гнилозуб. Как там сказал тот парень? «Вообще-то там их не должно быть»?

Они этого еще не понимали, но в Зеленом Море происходили изменения, на которые они по молодости, видимо, еще не обратили внимания. Но старшие охотники, скорее всего, уже заметили странности.

Глава 14

Я вышел из Кромки и медленно направился к дому. Грэма заметил сразу: он сидел и смотрел вдаль, в сторону Кромки.

Когда дошел, открыл калитку, снял корзину и сел рядом с ним.

Спина ныла от долгой ходьбы, ноги гудели, но это была приятная усталость. Я успел сделать много, пусть самое тяжелое еще впереди.

Какое-то время мы просто молчали, глядя на закатное небо. Золотистые лучи падали на Кромку, окрашивая верхушки деревьев в медовые тона. Красиво. Почти мирно, если не думать о том, что творится в глубине.

Наше недолгое созерцание прервал мурлык:

— Пи-пи!

Седой высунул мордочку из корзины, настороженно оглядываясь. Его янтарные глаза уставились на Грэма.

Старик хмыкнул.

— А я думал этот малец убежал в лес. А вот оно как — с тобой пошел. Похоже приручился.

— Похоже на то, — согласился я. — Его стая его не приняла — у них новый вожак…

— Старый вожак никому не нужен, — перебил Грэм, его голос стал глуше. — Как и старый охотник.

Я не нашёл, что ответить.

Седой, тем временем, выбрался из корзины и плюхнулся на ступеньку рядом с нами. Он ещё хромал, но двигался увереннее, чем утром.

Если так задуматься, то тут сейчас на ступеньках сидят три старика: Я, Грэм и Седой. Мой взгляд скользнул по Шлепе, а ведь этому гусю тоже немало лет. Так что не три, а четыре старика.

Потом я достал кошелёк и положил его между нами — итог сегодняшней варки.

— Сколько? — спросил Грэм.

— Сорок бутылочек по двадцать семь медяков за штуку.

Старик хмыкнул и начал считать в уме. Его губы беззвучно шевелились.

— Десять серебряных, — сказал он наконец. — За один день.

— Да. Треть золотого.

Я помолчал, давая ему осмыслить, что темпы заработка наконец-то сдвинулись, и шансы у нас появились реальные, а не призрачные, как еще совсем недавно.

— Если варить с такой же скоростью, даже по такой цене… и если Морна будет брать всё, что я варю… — начал говорить я.

— То шансы есть, — закончил за меня Грэм.

— Именно, шансы есть. — вздохнул я. — И еще кое-что. Я поговорил с Морной насчет живовосов — она спросила Лиру и девочка готова помочь.

Грэм повернулся ко мне. В его глазах мелькнуло что-то… надежда? Или страх? Или скорее и то и другое вместе.

И я его понимал, по себе знаю — хочется верить, что поможет, но не хочется расстраиваться, если окажется, что задумка не сработала.

— Когда?

— Завтра. Приготовлю новую порцию отваров и пойдем, оттягивать нечего.

— Да, ты прав. — сказал Грэм и погладил Шлепу, который приковылял к нему.

Но после разговора с Морной меня интересовало много вопросов, на которые Грэм вероятно знал ответы.

— Дед, а почему ты не рассказывал про детей Коры? Про друидов?

Грэм дернулся.

— Откуда узнал? — сначала спросил он, а потом сам ответил, — Понятно — Морна.

— Да, она — Морна упомянула их сегодня.

— А что о них говорить? — Старик сплюнул в сторону. Его лицо исказилось гримасой отвращения. — Фанатики, помешанные на своем «Великом Древе». Они поклоняются ему как богу, живут в глубинах леса и считают себя избранными. А обычные люди для них мусор под ногами — уважают только тех, у кого такой же Дар как у них, позволяющий находить общий язык с растениями.