Первый контакт (СИ) - Корсуньский Ростислав - Страница 2

Он еще успел заметить, что из глаз незнакомца брызнуло что-то на него, ощутил полет, в котором потерял сознание.

К месту происшествия полиция прибыла только рано утром, когда в парк вышли на пробежку спортсмены.

Следствие длилось долго, но установить причину смерти трех людей, не удалось. Слова мальчика, что на них напал не человек, следователи отнесли к шоку, а дело перенесли в архив под названием «Нераскрытые преступления», который работники учреждения называли не иначе, как «Висяки». Самого же ребенка отправили сначала на реабилитацию, затем определили в детский дом.

С тех пор минуло одиннадцать лет.

Глава 2

Земля, город Уральск, детский дом.

— Петров, поздравляю тебя с совершеннолетием, — сарказм так и струился в голосе директора детского дома. — Рада сообщить, что теперь ты свободен и можешь уходить на вольные хлеба.

— Эльвира Самойловна, по закону я могу проживать в приюте еще два года, — ответил ей.

Да, я прекрасно знал, что в шестнадцать лет стану совершеннолетним и администрация детского дома за меня не будет отвечать. Да, это так сказать первое совершеннолетие, а потому как бы неполное. Но неполнота заключалась только в том, что я не имел права работать в некоторых сферах. Например, даже, если я закончу полугодичные или годичные специальные курсы, до восемнадцати лет работать в полиции не смогу. Есть еще некоторые области, но в остальном я полноправный гражданин. И как раз до этих восемнадцати лет я имею право не только проживать в детском доме, но и завтракать. А вот на обед и ужин должен уже зарабатывать сам.

— Если ты так хорошо знаешь законы, то должен помнить, что первый же твой проступок на территории детского дома лишает тебя права здесь ночевать.

По ее тону я понял, что она будет делать все возможное, чтобы сделать хоть какое-то мне замечание. По-простому — будет придираться к любой мелочи, чтобы из нее раздуть большой скандал.

— Помню, — спокойно ответил ей. — Если вы меня выгоните, то обращусь в службу опеки, чтобы они прекратили финансирование одного человека.

— Твое право, — усмешка едва коснулась ее губ, а я понял, что у нее там надежные связи.

— Правда придется добираться в Оренбург, но на билет я заработаю, — сделал вторую попытку.

А вот сейчас я увидел, как зло сверкнули ее глаза. Значит, вправду ходили слухи, что Уральск со столицей губернии не дружат. Точнее, администрации и некоторые богатые рода. Попал, что называется, в яблочко. Не имело смысла уточнять, что мой случай полного исключения из детского дома будет разбираться самым тщательным образом. Я прекрасно осознавал, что до меня всем им нет никакого дела, но вот прищемить нос соперникам или вообще противникам желания хоть отбавляй. Надеюсь, что мой эпатаж сохранит хоть какое-то время спокойную для меня обстановку.

— Эльвира Самойловна, а…

— Держи, — перебила она меня, — комм и планшет.

Она достала из-под стола две коробочки, передав их мне.

— Спасибо, — поблагодарил женщину, не желая больше конфликтовать.

— Постарайся не драться.

— Постараюсь.

Я не стал напоминать ей, что все драки в детском доме, в которых участвовал, начинал не я. До семи лет жилось еще более-менее нормально, но с началом учебы в школе проблемы налетели снежным комом. А все из-за того, что, начиная с этого возраста нам стали выдавать карманные деньги. Небольшие, но мы могли побаловать себя покупкой чего-то вкусненького. Поэтому старшие начинали наезжать на мелких, собирая с них дань. Отбирали они не все деньги, поэтому почти все молчали, боясь исполнения от них угроз. И судя по всему, директора нашего все устраивало. Я же с самого начала отказался отдавать, поэтому местная братва решила устроить мне темную.

Я ждал чего-то подобного, и когда ночью ко мне потянулась чья-то рука, схватил ее и укусил со всей силы. На крик прибежал дежурный воспитатель, и экзекуция меня отменилась.

Утром директор распекала нас, но почему-то по большей части меня. А тот момент, что делали старшаки в блоке для младшеклассников ее по какой-то причине не волновал. Вот только какими только словами не называла она меня за то, что я почти до кости прокусил руку.

Несколько дней меня не трогали, но было понятно, что не отвяжутся. Но я подготовил им очередной сюрприз. Я видел, как наш завхоз ставит капканы на крыс, вот один стащил и каждую ночь ставил у кровати. Тут главное ночью не забыть и самому не попасться в него. И вот однажды я проснулся от жуткого крика, что даже подскочил в кровати.

И снова у нашего директора я был виноват во всех смертных грехах.

Третий раз меня подловили на улице и хорошо так избили. После этого решил заняться единоборствами в спортивном комплексе, за которым был закреплен наш детский дом. К сожалению, рукопашного боя, которым владел отец, там не было, зато мне приглянулась секция, где учились работать с подручными предметами: палки длинные и короткие, лопата, грабли, табурет. И в конце нож. В общем, через год от меня отстали.

За этими размышлениями я подошел к проходной. По пути я надел комм на левую руку и активировал его. Планшет тоже распаковал, и убедился, что это продукция одной и той же фирмы демидовского электротехнического завода.

— Петров, тебя вон ждут, — сообщил мне странную новость охранник.

На улице я сразу приметил мужчину, который увидев меня, направился в мою сторону.

— Здравствуй, Андрей, — поздоровался он со мной. — Ты, наверное, меня не помнишь?

Я покачал головой и он продолжил:

— Мы служили с твоим отцом, и я помню тебя совсем крохой. Сейчас хочу поздравить тебя с совершеннолетием.

— Спасибо.

— Сразу после смерти твоего отца мы собрали немного денег и положили в банк, чтобы сегодня сделать тебе подарок. Вот карта, — он передал мне ее. — Подключи ее сразу при мне, чтобы избежать инцидентов.

Разумеется, я сразу воспользовался советом. Да, комм был самым дешевым в линейке демидовского завода, но в сравнении с другими моделями его можно отнести ближе к середнячкам по ценовой категории. Форму он имел тонкого стильного браслета, достаточно качественную голограмму, но не интерактивную, так что набирать команды надо либо голосом, что у меня не настроено, либо мучиться на браслете, либо на соединенном с коммом планшете. Разумеется, у меня был последний вариант.

Сделав свое дело, я не удержался и посмотрел на сумму денег на счете. Почти семьсот рублей! С учетом того, что зарплата отца была всего сто восемьдесят, это очень большие деньги.

— Спасибо большое.

— Не стоит. Ты уже решил, куда пойдешь учиться? — сменил он тему.

— Еще нет, — чуть покривив душой, ответил я.

Разумеется, что я учиться пойти хотел в школу для одаренных. Я ведь помню, как одиннадцать лет назад почувствовал в себе нечто. Да, с тех самых пор мне не удалось больше активировать это, но я знал, как можно это сделать — снова сразиться с демоном другого мира. Этим летом я стану охотником на потусторонних тварей.

Кстати, сейчас особо не скрывается тот факт, что периодически людям приходится сталкиваться с неизвестными тварями. А ведь мне тогда никто не поверил!

— Не буду тебе советовать, чтобы не повлиять на твой выбор, — улыбнулся мужчина. — Насколько я понимаю, ты давно уже взрослый. Мне надо идти, — он протянул мне бумажку. — Мой номер телефона, если будут затруднения — звони.

— Спасибо.

Мы пожали друг другу руки и разошлись по своим делам. Я направился в сторону спортивного комплекса, где хотел спросить о продолжении дальнейших занятий. Так то я теперь не подпадаю под воспитанника детского дома и подобные услуги должен оплачивать со своего кармана. Так что деньги сослуживцев отца были очень кстати. К тому же сегодня мне должны перевести сто рублей подъемных от государства.

— Сергей Петрович, добрый день.

Я не стал подходить к тренеру, который разговаривал со стариком с небольшой седой бородкой. То ли китайцем, то ли корейцем, то ли японцем или вообще каким-нибудь вьетнамцем. Не разбираюсь я в их лицах.