СССР. Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Цуцаев Андрей - Страница 86

Молотов кивнул и вышел, оставив его одного.

Сергей думал: «Я буду играть на опережение, мое знание будущего не должно оказаться бесполезным. Но время уходит. Я должен действовать. Немедленно».

3. Я — Товарищ Сталин 3

Глава 1

Январь 1936 года.

За окнами, покрытыми узорами, Москва утопала в снегу при морозе −16 °C, а ветер с Москвы-реки гнал снежинки вдоль кремлёвских стен. Звуки — тиканье настенных часов, приглушённые звонки телефонов, шаги курьеров по мраморным полам — создавали напряжённый ритм. В кабинете Сергея, стол был завален документами: шифрованные телеграммы из Мадрида, отчёты из Берлина, Рима, Парижа, Лондона, доклады о заводах Урала и Донбасса. Запах крепкого кофе смешивался с дымом трубки. Сергей размышлял. Его мысли были смесью знаний XXI века и давления настоящего. Германия Гитлера наращивает армию, готовясь к ремилитаризации Рейнской зоны. Это первый шаг к большой войне. Италия Муссолини использует химическое оружие в Абиссинии, уничтожая деревни и подавляя сопротивление Хайле Селассие. В Испании Фаланга договаривается с генералами, готовя восстание, которое перерастёт в гражданскую войну уже совсем скоро. Франция и Британия, поглощённые политикой умиротворения, не видят угрозы, надеясь умилостивить Гитлера и Муссолини. «Если мы не вмешаемся, — думал Сергей, — Испания станет фашистской, Абиссиния падёт, Гитлер пойдёт на Польшу, а потом на нас. Но если я начну действовать, Запад обвинит нас в экспансии. А внутри страны — заводы буксуют, армия не готова, саботажники мешают». Его сердце сжималось: «Я в теле Сталина. У меня вся полнота власти. Но одна ошибка — и миллионы заплатят».

Сергей вызвал Вячеслава Молотова, Климента Ворошилова и Глеба Бокия. Когда они вошли, Сергей начала говорить:

— Товарищи, Европа на краю войны. Гитлер перевооружает Германию, игнорируя Версаль. Его заводы штампуют танки и самолеты. Вскоре он начнет ремилитаризацию Рейнской зоны. Муссолини душит Абиссинию газом, его амбиции идут дальше Африки — это и Средиземноморье и Балканы. Испания на грани — Фаланга скупает оружие, готовит восстание, чтобы уничтожить коммунизм. Франция и Британия молчат, показывая слабость. Внутри страны — свои вызовы: заводы на Урале и в Донбассе отстают от нужных темпов, армия нуждается в большем количестве танков и самолетов, но саботажники нам мешают. Мы должны ответить на все стоящие перед нами вызовы.

Молотов заговорил:

— Иосиф Виссарионович, ты видишь далеко, но наши риски огромны. Я согласен, что Германия наша главная угроза. Если Гитлер займёт Рейнскую зону, Франция ничем не ответит — Блюм слаб, его Народный фронт раздирают споры. Британия? Чемберлен и Болдуин мечтают о мире любой ценой. Испания — это настоящее болото, республиканцы разобщены, коммунисты и анархисты грызутся между собой и объединить их никак не получается. Абиссиния? Мы и так туда много всего отправили, на большее ресурсов нет.

Сергей наклонился вперёд:

— Ресурсы надо найти, Вячеслав. Мы должны сделать так, чтобы итальянцы завязли в Африке. В Испании нельзя дать республиканцам быстро проиграть. Мы должны либо помочь им выиграть, либо затянуть войну по максимуму. В Германии мы должны усилить нашу разведку. Мы должны знать планы Гитлера, но не только. Нам надо понять, чего хочет его окружение. Так ли они его поддерживают или держат нос по ветру? Франция и Британия? Их слабость — это наш шанс. Мы будем действовать там, где они бездействуют.

Ворошилов взял слово. Он хлопнул по столу:

— Я поддерживаю, Коба! Дадим фашистам бой в Испании! Красная Армия готова! Но сколько можем отправить? Границы не оголим? Японцы зарятся на наш Дальний Восток.

Сергей сказал:

— Сколько нужно, Клим, столько и отправим. Надо ускорить производство и увеличить призыв. Нам понадобятся солдаты на Дальнем Востоке. Но это чуть позже. Сергей повернулся к Бокию:

Глеб Иванович, что с разведкой?

Бокий сказал:

— Мои люди работают. В Берлине наши агенты подготовили доклады о заводах Krupp, Rheinmetall. Гитлер готовит авиацию, танки, обучает офицеров. Рейнская зона — это вопрос нескольких месяцев.

Сергей холодно ответил:

— Пока ничего нового. Усиливайте разведку, Глеб Иванович. Мне нужно знать лучше не только планы Гитлера, но и что в голове у его окружения. Людям свойственно говорить по душам. Надо иметь своих людей поближе к политическому руководству Рейха.

Сергей отпустил Бокия и Ворошилова. С ним остался Молотов. Он заговорил:

— Иосиф, ты хочешь всё и сразу. Но если мы растянемся во все стороны, то Запад использует это против нас. Не забывай, что они считают угрозой не только Гитлера, но и нас. Еще несколько лет назад мы обещали перевешать всех капиталистов. С чего бы им сейчас нам помогать⁈ Поэтому, я думаю, нам надо быть не такими резкими. Франция и Британия уже высказывают мне, что мы слишком активны в Абиссинии и Испании. Если мы отправим оружие в Испанию в еще большем количестве, они введут эмбарго. Это не шутки, меня предупредили. Но конечно, решать в итоге тебе.

Сергей выслушал Молотова не перебивая. Когда тот закончил, он сказал:

— Вячеслав, твои беспокойства обоснованы. Но угроза гораздо серьезнее, чем можно подумать изначально. Французы и Британцы будут только мешаться. Они не возьмутся за ум, пока Гитлер не захватит Париж и не начнет бомбить Лондон. Эмбарго? Это меня не пугает. Как введут, так потом и снимут. Они нам не доверяют, я знаю, как и мы им. Но надо их убедить, что мы не будем действовать против них. Если они бояться действовать против Гитлера, то пусть хотя бы не мешают нам.

Молотов протер очки и сказал:

— Иосиф, убедить их, что мы не против них не удастся. Они не хотят, как усиления Гитлера, так и усиления коммунистов Европы. Пытаются использовать систему сдержек и противовесов. Или как они еще это называют: сохранять баланс сил.

Сергей перебил его:

— Вячеслав, в таком случае, пусть думают, что хотят. Мы не имеем главного — времени. Мы не можем ждать, когда Гитлер придет к нам, чтобы до них наконец-то дошло. Будем рисковать, идти на обострение, но делать все, чтобы улучшить свое положение. А сейчас, мне надо остаться одному. Иди, мы еще вернемся к этому разговору.

Молотов кивнул и вышел.

После совещания Сергей вызвал Павла Судоплатова, молодого, 28-летнего оперативника ОГПУ, который работал в Иностранном отделе. Сергей, в своем времени, много читал про этого легендарного человека, и решил, что его потенциал надо использовать как можно раньше. Судоплатов был в то время всего лишь лейтенантом госбезопасности. Но он, с его умом, был нужен Сергею как можно раньше.

Его мысли прервал стук в дверь.

— Заходите, сказал Сергей.

Дверь открылась и вошел Павел Судоплатов:

— Вызывали, Товарищ Сталин⁈

— Вызывал, Павел Анатольевич. Он видел, что Судоплатов, человек привыкший к риску и не боящийся самых сложных заданий, волновался, стоя перед вождем. Сергей, встав из-за стола, с трубкой в руке, продолжил:

— Товарищ Судоплатов. Наша страна стоит сейчас перед огромной угрозой со стороны некоторых капиталистических держав. Ваш отдел, как раз плотно занимается такими странами. Но времени мало. Я хорошо подумал и решил, что нам нужны молодые, активные и дерзкие люди, которые смогут точечными ударами в тылу врага, наносить ему болезненные удары, чтобы не дать врагам времени, для подготовки удара по нашей стране. И вы, один из таких людей. Несмотря на ваш возраст и звание, я вижу ваш потенциал. И хочу от имени партии доверить вам очень сложный и ответственный участок работы. С сегодняшнего дня вы вступаете в должность начальника Иностранного отдела ОГПУ.

Сергей увидел, как у Судоплатова поднялась бровь от удивления, но он быстро взял себя в руки, стараясь не показывать волнения и как человек привыкший выполнять приказы не раздумывая, ответил: