Командор. Том 2 (СИ) - Киров Никита - Страница 32

— Климов, — полковник морской пехоты Загорский шагнул ко мне и протянул руку.

Я её сжал — хватка у него крепкая, взгляд серьёзный, но уставший. Пробивались сюда с боем и чуть не угодили в засаду, но отбились и прорвались к нам.

— Хотели добраться ещё днём, — посетовал Загорский, — но кто-то испортил здешние дороги.

— Явно не случайно, — сказал я.

Он огляделся и показал рукой вокруг себя.

— Вы, я вижу, времени даром не теряли, десант.

— Высадились раньше.

— Это хорошо, — полковник кивнул. — А то мы думали, что если крепость обстреляют во время посадки…

Бах-бах-бах!

Это пальнула скорострельная пушка БП-52, пехотной бронемашины. На таких прибыли морпехи.

Бах!

Это выстрелило оружие танка Т-12, приехавшего с ними, и снаряд взорвался где-то в лесу. Морпехи прибыли вместе с тяжёлой бронёй, и как раз вовремя.

— Вперёд! — раздался крик впереди.

И дальше было слышно эхо атакующих. Вторая рота перехватила инициативу и выдавливала муриков из леса.

Бой продолжался. Части морской пехоты получали новые позывные прямо от нас, и имперский штаб на крепости перехватывал над ними контроль.

— Знаете, полковник, — сказал я, когда выдалась минутка переговорить. — Пара батальонов морпехов — это именно то, чего нам не хватало сегодня вечером.

— Значит, вы уже в курсе главной проблемы, — полковник кашлянул и потёр усы.

— Про Чёрную Стражу? Да. А есть другие соединения Дискрема?

— Хотел обсудить. Я тут привёл с собой…

Уши заложило, когда над нами пролетели штурмовики. Потом в лицо ударил жар, хотя лес загорелся вдали. Я тут же приподнялся на носках, глядя, не попали ли наши под горящий игниум, но нет, штурмовики ударили точно в цель. Наших не задело.

Из леса вырвалось несколько строчек трассирующих пуль из скорострельных пушек, а следом полетела пара ракет. Но штурмовики выпускали тепловые ловушки, и это помогало.

А на горизонте, в полной темноте, в небо взмывали огромные воздушные шары. Было видно только зарево, но я понимал, что это такое. Это наши имперские гарнизоны запускали обманки, которые пережигали в небе игниумную пасту, чтобы помочь скрыть крепость от радаров и ракет.

Кроме взрывов, доносился металлический лязг громких динамиков на вражеских риггах нового типа. Загорский нахмурил лоб, не понимая, что это. От зарева костров видно, как блестит его вспотевший лоб.

— Шатуны, — пояснил я. — Новая техника, мы столкнулись с такой впервые. Мелкие шагоходы, пытаются сломить боевой дух и угрожают нам через динамики.

— Не слышал о таких.

— Я тоже не слышал, а я учился в Дискреме. Но вам это должно понравиться, полковник. Ваш же прадед был большим специалистом в шагоходах.

— Это точно.

Вот глядя на этого человека я мог поверить, что это потомок знаменитого Молота империи, одного из самых прославленных генералов в нашей истории. Полковник морской пехоты Загорский в войне понимал. Он совсем из другого теста и не похож на хитрого отца-генерала.

— Шатуны, значит, — Загорский усмехнулся. — Да уж, Накамура удивлять умеют.

— Здесь только они? Нет остальной армии? Вы про что-то говорили, пока вас не прервали.

— Именно, — полковник посмотрел за мою спину, увидев кого-то. — Подобрал по пути несколько человек. Они очень хотели вас увидеть.

Колонна морской пехоты продвигалась, бойцы объединялись с нашими. Смотрели недоверчиво, сказывались древние противоречия со времён Гражданской войны. Но уже по опыту могу сказать, что неторопливые островитяне-морпехи быстро привыкнут к нам, а мы к ним.

Они не такие упёртые, как злопамятные пустынники, да и совместный бой сближает.

К нам подъехал танк, на броне которого расположилось несколько бойцов в тяжёлых бронежилетах, пуленепробиваемых шлемах и в защите для рук и ног.

Это императорский разведкорпус. Двоих из них я знал и, увидев обоих, не сдержался и улыбнулся. Один, вооружённый ручным пулемётом, спрыгнул на землю и широко осклабился. Второй оставался серьёзным, жуя спичку.

— Ну что, командир, с повышением, — капитан Ермолин вскинул руку в знаке приветствия, потом протянул её мне. — Рад видеть.

— Ермолин, Джамал, — я пожал обоим руки. — Хорошо, что живы. Как дела?

— Вот как наши дела, командир!

Ермолин показал свой любимый жест: вытянул руку так, будто хотел показать большой палец, которого давно уже не было. Обрубок затянулся розовой кожей.

— Отпуск вам не дали, я смотрю, — я усмехнулся.

— И даже на пенсию не отпустили. Вот же срань какая, — посетовал Ермолин. — Я так отдохнуть хотел, с внуками посидеть. Удочки купил.

— На рыбалку у нас поедет только генерал Рэгвард, — мрачно добавил Джамал. — Потому что на место имперского генерала легко найдут другого. А вот грамотных разведчиков днём с огнём не сыщешь.

Бахнуло где-то рядом. Взорвался снаряд из миномёта, и под ногами дрогнуло, а нас засыпало комьями земли.

— Что у вас? — спросил я, становясь серьёзнее, и смахнул грязь с плеча.

— Жопа, командир, — Ермолин тут же посерьёзнел. — Накамуры со всех сторон лезут, — он заметил Шутника и помахал ему рукой. — О, брат, ты ещё живой.

Пашка замахал в ответ, а разведчик снова повернулся ко мне.

— Короче. На острове примерно батальон их пехоты, плюс местное ополчение. Но это так, мелкие говноеды. Их много, но стреляют кое-как. А ещё здесь наши старые друзья, и они опаснее.

— Какие ещё друзья?

— Части лёгкой пустынной пехоты из пятой дивизии Инфиналии, — тихо произнёс Джамал. — Уцелевшие войска генерала Салаха.

Он помрачнел.

— Они-то тут откуда взялись? — удивился я.

— Когда сепаратисты проиграли, то многие бежали в пустыню, — Ермолин откашлялся. — Кто-то решил там партизанить до самой старости, а кто-то подался за море наёмничать. Вот Дискрем их и перехватил. За его деньги их и эвакуировали оттуда.

— Кто ими командует?

— Выясняем, — Джамал жевал спичку, глядя в сторону передовой. — Я так думаю, это кто-то из имперских офицеров. Потому что тактика у них больно уж имперская, даже для пустынной армии.

— Полезно знать, — я кивнул.

Ну, хотя бы этот враг нам знаком.

Снова раздались взрывы. Батальон шёл в атаку, но всё было под контролем, мне не надо было вмешиваться в работу Бронина.

— Какие приказы, командир? — спросил Ермолин. — Нас передали под ваше командование. Вернее, под командование крепости, но сам понимаешь, на земле тебе виднее, куда нас бросить.

Мы отошли с дороги, потому что санитары быстро несли на носилках вопящего от боли десантника.

А в стороне уже разворачивали временный госпиталь. Были наши санитары, морпехи привезли своих, и вовремя. Но некоторых будем эвакуировать на крепость, когда отгоним этих шатунов, чтобы не мешали вертушках.

— Нужно провести разведку базы, — сказал я. — И надо иметь в виду, что если они поймут, что не смогут её удержать, то они взорвут там всё.

— А топлива на крепости хватит подождать или уйти? — спросил Ермолин.

Я кивнул. Ещё дней на пять. Если, конечно, у Накамура нет на крепости своего диверсанта, который устроит нам веселье. Но топливные склады и систему охраняют не хуже реактора.

Впрочем, в решительности врагу не откажешь.

— В любом случае базу нужно отбить, — произнёс я. — Она важна, её потеря осложнит войну. Дам вам свой разведвзвод, — я махнул лейтенанту Смирнову. — Притворитесь десантом, чтобы Накамура вас не опознали.

— Лады, командир, — отозвался Ермолин. — Ну где ты там, Пашка-шутничок? Ща опять поработаем.

— Здравия желаю, господин капитан! — отозвался Шутник, подбегая к нему.

Снова загрохотали взрывы. Вражеская шагающая техника отходила, громко ругаясь через динамики, в сторону базы. Сейчас было бы неплохо их потрепать, пока им некогда.

— Что ещё скажете про местных? — обратился я к Загорскому, когда мы остались наедине.

— В плен к ним лучше не попадаться, — Загорский нахмурился. — Но главное, не давайте им подходить к телам наших пацанов.