Искатель 18 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 31

— Ну, раз кто-то не голоден… — притворно вздохнул я.

Тут же подошла Сафира и забрала дочь. Анна моментально сообразив, что стратегически просчиталась и упустила папу, тут же разразилась обиженным плачем, протянув ко мне ручки. Но было уже поздно, очередь двигалась дальше.

Большинство малышей всё ещё находились на грудном вскармливании, но я старался подержать на руках каждого. Это наш ежедневный ритуал, моя связь с ними.

А после еды начиналось настоящее веселье — время игр. Я кружил детей в воздухе, сажал себе на ноги, изображая великана, с трудом переставляющего ступни под «тяжестью» карапуза, подбрасывал под потолок, вызывая восторженный визг, катал на плечах и на спине, превращаясь в «лошадку».

Дымок, мой огромный питомец и всеобщий любимец, тоже не оставался в стороне. Он с удовольствием позволял мелюзге ползать по себе, обнимать за шею и даже дёргать за любые части тела, терпя всё с философским спокойствием древнего дракона.

Каждый вечер, какой бы усталостью ни наливалось тело, я находил время, чтобы навестить Астерию.

Моя дочь всё ещё спала в своём бутоне. Она была слишком мала, чтобы расцвести, и пока не могла ответить мне словами, но Роза и Лейланна в один голос твердили, что она всё чувствует и понимает. Она слышала нас, узнавала моё присутствие и грелась в лучах нашей любви, даже сквозь плотные лепестки.

Сегодня, как обычно, со мной в сад вышла почти вся семья, только самых маленьких оставили в доме. Мороз стоял такой, что перехватывало дыхание, а снег скрипел под сапогами как битое стекло.

Цветок Астерии уже перерос меня. Могучий стебель, укутанный снегом и сморенный сном, ждал весны, чтобы рвануть ввысь. Большие листья засохли и опали, подчиняясь зимнему циклу, но внутри пульсировала жизнь. Мы встали вокруг неё тесным кругом, касаясь заиндевевшего стебля ладонями, делясь теплом и желая ей спокойной зимы. Пусть набирается сил, её время — весна.

Я уходил последним.

— Спокойной ночи, звёздочка, — прошептал дочери, касаясь губами холодного стебля. — Завтра снова поговорим. Я люблю тебя.

Послав ей воздушный поцелуй, побрёл к дому, прокладывая тропу в глубоком снегу.

Мысли о дочери и её матери, прекрасной девушке-растении, неизбежно привели меня к другой проблеме: там, далеко на юге, меня ждал ещё один ребёнок от невероятно красивой девушки-бабочки, он уже давно должен родиться.

Кольнула совесть, я должен увидеть его.

Может, плюнуть на всё, погрузить Лили, Кору на ездовых ящеров, и рвануть туда? Рывок Гончей и выносливость моих зверей позволят покрыть расстояние быстро. Мы совершим один марш-бросок, но потом сможем каждую ночь возвращаться порталом в поместье Феникс, чтобы спать в нормальных кроватях. Нам нужно добраться туда пешком всего один раз, чтобы орчанка зафиксировала точку для портала.

Искушение было велико, но разум взял верх. Зима, снежные заносы замедлят рапторов, да и путешествовать с женщинами по такому холоду — не лучшая идея. Придётся ждать весны.

Зато когда снег сойдёт, мы сможем не просто навестить ребёнка, но и добраться до южного побережья континента Шали. Зато потом Кору сможет открывать порталы к курортным городкам у моря. Представьте себе: семейный отдых на пляже в любое время, стоит только шагнуть в арку портала!

Эта мысль грела лучше любого камина, пока я стряхивал у промёрзшего порога снег с сапог.

Глава 15

Когда шагнул в тёплый холл поместья Феникс, меня не встретила привычная суета, чему я немало удивился. Семья, судя по всему, уже разбрелась по своим делам, оставив меня наедине с тишиной и… Элемой.

Черноволосая кошкодевушка, которая раньше трудилась куртизанкой на постоялом дворе, а теперь вполне сносно исполняла обязанности горничной, ждала меня у дверей. Её изящную фигурку обнимал пышный, вызывающе открытый чёрно-белый наряд французской горничной, классика жанра, от которого у любого мужика с Земли разом снесло бы крышу.

Едва я закрыл за собой массивную дубовую дверь, отсекая холодный ветер, и принялся стягивать тёплую походную куртку, Элема отвесила глубокий, профессионально выверенный поклон.

— Простите, господин, но, кажется, вы безбожно опоздали на урок, — промурлыкала она, не поднимая глаз. — Позвольте мне проводить вас в класс.

Урок⁈ Какой ещё, к черту, урок? Я мысленно перебрал список дел на сегодня. Вроде бы никаких лекций по тактике или магии не намечалось, но… этот наряд, этот тон… Ага! Если Лейланна решила устроить ролевую игру, то отказываться от участия — преступление против собственного здоровья и настроения. Что ж, посмотрим, куда завёдет меня эта кроличья нора.

— Замечательно, — хмыкнул я, стараясь скрыть вспыхнувший азарт и бросил куртку на кресло. — Веди, раз такое дело. Если вдруг захочешь свернуть с пути истинного, просто скажи.

Элема скромно опустила взгляд, но я прекрасно видел лёгкую предвкушающую улыбку на её пухлых губах, а гладкий чёрный хвост позади изогнулся игривым вопросительным знаком.

— Простите, господин Артём, но мне строго поручено доставить вас на место, — ответила она с деланной серьёзностью.

Мы двинулись вглубь западного крыла. Мои тяжёлые ботинки глухо стучали по дубовому паркету, диссонируя с бесшумной скользящей кошачьей походкой Элемы. По обеим сторонам коридора шли ряды дверей небольших гостевых спален и комнат непонятного назначения, до которых у меня вечно не доходили руки, порой казалось, что в этом огромном доме я и сам не знаю половины тайн. Воздух здесь пах пчелиным воском и лёгкими цветочными благовониями, создавая резкий контраст с запахом сырости и крови, к которому я привык в лесах. Мышцы, всё ещё напряжённые после долгого дня, проведённого на ногах, начали постепенно расслабляться.

Наконец мы остановились у одной из дверей. Элема толкнула её и снова сделала глубокий реверанс, приглашая зайти внутрь.

Я заглянул в комнату и едва не рассмеялся в голос.

И когда, интересно, мои жёны успели переоборудовать пустующее помещение в типичный земной класс, да ещё и со всеми атрибутами: парты, стулья, широкая грифельная доска на стене и массивный учительский стол. В углу, дополняя композицию, стоял большой глобус с очертаниями материков Валинора. Бьюсь об заклад, они экспроприировали всё это из школы в Озёрном, строительство которой я недавно спонсировал. За учительским столом стояла Лейланна.

Сумеречная эльфийка облачилась в строгий костюм учительницы, а в руках задумчиво покачивала длинную деревянную указку. Но сюрпризы на этом не закончились. В углу, скрестив руки на груди и обиженно надув губки, стояла Мизини. Серая кошечка тигрового окраса нарядилась в тёмно-синюю юбку до середины бедра, белоснежную блузку, синий пиджак, белые гольфы и блестящие чёрные туфельки, ну ни дать ни взять настоящая школьница-хулиганка.

— Наконец-то, — строгий голос Лейланны разрезал тишину, словно удар хлыста, заставив меня инстинктивно вытянуться. — Добро пожаловать в Университет Феникса, господин Крылов. Вы опоздали настолько, что могли бы и вовсе не утруждать себя появлением. Неужели вы совершенно не уважаете своих однокурсников?

Я покорно опустил голову, пряча ухмылку.

— Простите, госпожа Крылова, бес попутал.

Раздался сухой щелчок, Лейланна хлопнула указкой по раскрытой ладони.

— Вы будете обращаться ко мне профессор, Крылов, иначе мисс Мизини уступит вам место в углу, а сама сядет за парту.

Элема тем временем сделала ещё один реверанс и попятилась к выходу, но острый взгляд эльфийки мгновенно пригвоздил её к месту.

— И куда это вы собрались, мисс Элема?

Куртизанка замерла, её хвост дёрнулся под накрахмаленной юбкой.

— Я… Я…

— Ваш класс объединили с моим, юная леди, — Лейланна повелительно ткнула указкой на парты в первом ряду. — Садитесь.

Элема прошмыгнула в класс, старательно изображая покорность, но по тому, как хитро сверкнули её глаза, я понял, что она в деле с самого начала, перевод — лишь часть игры.