Брат жениха. Цена измены - Кальби Иман - Страница 12

–Мой врач уехала за границу еще несколько лет назад. Говорят, принимает дистанционно, но не хочу общаться с ней по интернету…– бесцветно произнесла я.

–Хорошо, давай найдем нового,– уверенно произнесла Лиза. Она всегда умела не только засунуть меня в задницу, но и вытащить оттуда. Думаю, сейчас, когда она прекрасно понимала, что стало триггером происходящего со мной треша, чувство вины буквально пожирало её.

Я не винила подружку, потому что прекрасно понимала, что не в том вечере дело. Просто я бракованная. А бракованная вещь, даже если её починишь, всё равно рано или поздно снова сломается.

–Вот,– протягивает мне визитку,– мужчина. Один из самых толковых в своей сфере в Москве. Работает по семейной психологии и даже практикует гипноз. Я знаю, что к нему ходит одна из моих клиенток- звезд- и ей очень заходит.

Понятное дело, что Лиза озаботилась проблемой раньше, иначе бы под рукой у нее не было визитки. Просто сейчас для меня делает вид.

Я не отбрыкиваюсь от ее рекомендации. Беру в руку контакт, но и развивать эту тему пока не настроена. Да, одна только мысль о приближении ночи снова вселяет в меня ужас, но это не значит, что я готова бежать и вываливать всё психологу. На самом деле, к этому тоже нужно быть готовым. Даже говорят, что твой настрой- это уже половина пройденного пути.

– А не пробовала ночевать у Игоря? Знаешь, всегда легче переживать кошмары, если рядом кто-то близкий…– очередной аккуратный совет Лизы, который заставляет меня отвести глаза.

Я не распространялась перед ней о своих отношениях с Игорем и уж тем более- о моих последних эмоциях- охлаждении и отчуждении, в некоторым смысле даже отторжении.

В моем понимании публично признать это равносильно провалу, реальному фиаско. Так я точно распишусь в своей несостоятельности. Охладеть к любимому жениху из-за одного секса с незнакомцем- это нелепо даже для фильмов и художественных романов…

–Мужчина рядом должен быть надежным во всех смыслах, Дана. Вот тогда жизнь будет ровной и гладкой, а не как у Лануси…– любил наставлять меня дед.– Твоя мама была такой красивой и такой несчастной…

Такие разговоры всегда заканчивались его влажными глазами и взглядами вдаль. Он боготворил свою дочь. И уверена, ни дня не прожил, сокрушаясь над тем, как не помешал случиться тому, что случилось.

–Моя Ланочка… мой белый кораблик в океане… И почему судьба не послала ей тихую гавань… Почему она швыряла её, как в самую страшную бурю, пока она не порвала свой парус…

Судьба моей матери- действительно сложная тема, которая так и осталась нами всеми до конца не понятой. Но одно было понятно точно- своим долгом, честью, главной жизненной целью и прерогативой дед видел в том, чтобы эту самую «тихую гавань» нашла я. И только для того, чтобы помочь ему реализовать эту цель, я отчаянно отвергала любую мысль о том, чтобы признать в открытую, что с Игорем что-то не так…

Ненавязчиво соскользнув с обсуждения этой скользкой темы, мы обменялись с подругой еще пару десятками общих фраз, доделали свои сеты упражнений и разошлись.

Из спортзала до дома мне было ехать всего пятнадцать минут, поэтому не стала переодеваться. Так и накинула на спортивное трико свой безразмерный дутик, нацепила кепку и спустилась на парковку.

Мысли продолжали хаотично блуждать по мрачным закоулкам моего настоящего. Я зафиксировала краем глаза пару пропущенных от Игоря. Вспомнила, что мы договаривались сходить сегодня в кино с друзьями. Желания не было никакого, но я, конечно, пойду. Хотя бы для того, чтобы не проводить время тет-а-тет. Мне еще нужно время для того, чтобы успокоиться и достичь равновесия. А оно, непременно, принесет долгожданный штиль и в мой эмоциональный фон вокруг отношений с Игорем.

Спускаюсь на нужный уровень, выхожу из лифта. Под широкую куртку бьет волна холодного воздуха. Как надоели эти неотапливаемые парковки. Сегодня эта еще и темная. Иду быстрым шагом в направлении своего машиноместа и по мере того, как вокруг становится все темнее, внутри все напрягается, а дыхание перехватывает.

Я замираю, словно бы чувствуя на себе чей-то взгляд. Растерянно-испуганно оглядываюсь в темноту, словно бы туда, откуда на меня смотрят, хоть это просто мои предположения. По телу бежит холод.

По студеному серому бетону разносится писк сигнализации- и я невольно вскрикиваю. Слышу визг тормозов и вижу, как на параллельном ряду проносится какой-то большой черный внедорожник. Оцепенение переходит в настоящую панику- и я сама бегу- не знаю от чего- к автомобилю, остервенело нажимаю на разблокировку дверей, залетаю внутрь, тут же их блокирую. Страшно. Так страшно, что не могу отдышаться.

А вот это уже не смешно. Паранойя? Мания преследования? Паническая атака? Как назвать то, что я только что пережила? И это жуткое ощущение… Словно бы за мной кто-то следил… Словно бы чей-то мрачный взгляд неустанно следовал за мной в этой влажной холодной темноте…

Выезжаю наружу. Газую. Огни вечернего города. Час-пик. Суета из машин и людей… Жизнь продолжается. Тотальный ужас, кажется отступает. Но я знаю, что последний из посланных мне подсознанием сигналов- уже не желтый сигнал светофора, а красный.

Я торможу в кармане на автобане, включаю аварийку и вытаскиваю карточку, переданную мне сегодня подружкой. Пять гудков. Но я держу. Потому что знаю себя. Потом опять могу отступить на пару шагов и не перезвонить.

–Алло, здравствуйте, Валентин Михайлович?-читаю имя, изящно выведенное вензелями на верже цвета офф-вайт,– меня зовут Дана Мальцова и я бы хотела обратиться к Вам за консультацией.

Глава 12

Пространство, где принимает Валентин Михайлович, мало походит на кабинет. Скорее, это какой-то белый футуристический архитектурный объект с окнами в пол, через которые видно потрясающий парк. Красиво. Сейчас, когда я лежу на удобном мягком кресле-койке и смотрю на мирно падающий сверху белый снег, мне, наконец, спокойно. Еще ничего не произошло, а уже спокойно. Такое чувство бывает, когда ты уже пришел к специалисту. Потому что правду говорят- сам факт твоего похода- это уже большой шаг в направлении к решению проблемы.

–Дана,– можно буду Вас так называть или Вы предпочитаете по отчеству?-спрашивает он, изучая мой файл. До приезда сюда доктор выслал мне анкету с, казалось, бы самыми разными, не относящимися к делу вопросами. Какой цвет я люблю, какую музыку предпочитаю, самый запомнившийся фильм, дорогая сердцу страна, да чего там только не было… Раньше меня еще не просили отвечать на такие вопросы перед походом к психологу, а ведь я повидала их немало.

–Не надо отчеств, просто Дана.

–Хорошо… Тогда давайте начнем…

–С чего… начинать?– я смутилась. Этого вопроса я очень боялась, хоть и пыталась мысленно его себе задать и даже найти мысленный ответ.

–Дана, говорите о том, о чем хотите говорить. Не давите на себя. Что на душе, что тревожит. Я найду ниточку и зацеплюсь. Главное, Вам быть искренней и расслабиться.

–Хорошо…– сделала паузу и задумалась,– так… с чего начать…

Глубоко вздохнула. Было так много всего и одновременно так мало, чего хотелось сказать…

–Я изменила жениху,– решила не крутить вокруг да около. Вот ведь главная проблема,– и теперь меня мучает совесть. Собственно, за этим я и пришла…

–За чем? За тем, чтобы я дал Вам пилюлю от терзаний совести?– улыбнулся он мне хитро, что мне совершенно не понравилось. Вот совсем…

Внутренняя кошка во мне ошерстилась и выпустила когти.

Я снова замолчала.

–Послушайте, Дана,– он не стал ждать моего нового зачина,– давайте я обозначу с самого начала. Воспринимайте это как аксиому. Даже если сразу не воспримите, задумайтесь. Знаете, что отличает поступок, за который стоит испытывать вину, от того, за который- нет? Зона ответственности. Так вот, когда вы совершаете нечто, касающееся лишь вашей зоны ответственности, вы можете испытывать вину. Но если речь идет об измене в паре- здесь зона ответственности смежная. Понимаете, практика мне показывает, а она, как вы сами понимаете, не маленькая, изменяют не с кем-то, а почему-то… Так вот это мы с вами и хотим выяснить, дорогая моя. Не то, как вам заглушить голос совести и не думать об измене, а понять себя, понять, что внутри вас заставило пойти на этот шаг. Если вы готовы идти этим путем, мы по нему пойдем. Если нет- то мой ответ будет жестким и категоричным- идите к своему жениху и признайтесь ему, потому что попытка подавить совесть в данной ситуации станет лишь маскировкой гнойника, а он рано или поздно либо прорвет, либо уйдет в еще больший сепсис.