Всего лишь бывшие - Рузанова Ольга - Страница 5

– Он потребовал отчеты со всех отделов, – поясняет Саша, продолжая разгружать полку.

Сдержанно вздохнув, я снимаю пиджак и вешаю его на спинку стула. А затем помогаю Александре, после чего мы обе погружаемся в работу.

– Я просрочку нашла, – вдруг произносит она, оторвав взгляд от бумаг.

– Проверь в базе, может просто не распечатали новый договор.

– Я посмотрела, его нет.

Сердце в груди тревожно сжимается. Это крупный косяк. Мое воображение быстро выстраивает цепочку событий, последующих за ним.

– Последняя поставка была уже по просроченному договору.

– Как так? Я им занималась?..

Саша хмурит брови, словно пытаясь вспомнить.

– МакМаркет…

Это ее договор. Не мой.

Испытывая постыдное облегчение, я опускаю глаза.

– Трындец просто, – бледнеет начальница, – Он меня уволит?

– Не уволит.

– Кадровые решения теперь в его компетенции!.. Так Родимцев сказал!

– Саш, успокойся!.. Росс не станет разбрасываться людьми в такой сложный период!..

Часто поверхностно дыша, она машет руками на свое лицо.

– Нужно быстро новый заключить…

– Его все равно на подпись ему нести.

– Ксюш, печатай новый договор! Быстро!..

Глава 6

Ксения

Я печатаю договор и пересылаю его Саше, а она тут же отправляет его нашим партнерам и пытается до них дозвониться.

– Только не это!.. – бормочет тихо, набирая по очереди все доступные номера.

– У них уже закончен рабочий день, – прикидываю разницу во времени, – Свяжешься с ними утром.

Кивнув, она бросает телефон на стол и разворачивается ко мне лицом.

– Ксюх, унесешь договор Россу?

– Нет.

– Завтра, после того, как МакМаркет подпишет. Положим его в папку с текущими договорами. Он не заметит…

– Нет, Саша!

– Да какая тебе разница? Оставишь папку в приемной на подпись и все! – говорит вкрадчиво, улыбаясь, – Ты же постоянно так делаешь!

– Я к нему не пойду!

– Да, почему?! – вдруг резонирует ее голос, – Это твоя обязанность, Ксюш!..

Я знаю, насколько Давид въедлив в детали, касаемые работы. Я помню, каким удушающе педантичным он может быть. И я не собираюсь становиться мишенью, если вдруг он решит пробить эти договоры по базе.

– Я! К нему! Не пойду!.. – выкрикиваю каждую букву, – Не надо подставлять меня, Саша!

Ее лицо покрывается бордовыми пятнами и становится некрасивым. Взгляд высекает молнии.

– Ты все равно собралась увольняться!..

– Хочешь подмочить мою репутацию напоследок?

– Кому нужна твоя репутация? – смеется истерично, – Никто не будет ее проверять!

– Я сказала, нет! Я не возьму на себя эту ошибку!

Упав на спинку кресла, прижимаю холодные ладони к горящим щекам. Дело не в Россе! Не в нежелании сознательно опустить себя в его глазах еще раз. Он тут вообще не при чем!

Я не обязана приносить себя в жертву! Ни ради Саши, ни ради кого бы то ни было еще! С какой стати?!..

Умение выстраивать собственные границы – черта зрелой личности. А я, мать его, давно зрелая личность!

Александра включает стоящий на тумбочке чайник и высыпает в чашку порцию растворимого кофе. Отвернувшись от меня, не шевелится, пока не щелкает тумблер.

Затем наливает кипятка и с напитком садится в кресло.

Я продолжаю сверять документы с данными из таблицы.

– Я ему не понравилась, – проговаривает начальница сдавленно, – Он относится ко мне предвзято.

Хочется проорать, что Росс относится предвзято абсолютно ко всем! Что Александра, черт возьми, не особенная!

Отпивая кофе, запах которого расплылся по кабинету, она горько вздыхает.

– Ладно, что-нибудь придумаю. В первый раз, что ли?

Я закрываю одну папку и открываю вторую. Пусть придумывает, что хочет. Я не хочу иметь к этому никакого отношения.

Приходится задержаться почти на час, но я все равно сворачиваю работу раньше Саши. Ей это место явно нужнее, чем мне.

– Не опаздывай завтра. Мы еще и половины не сделали, – бросает она, не поднимая головы от бумаг.

Я, намереваясь съездить к родителям, вызываю такси и собираю свои вещи.

– Не опоздаю.

– Может, отложишь поиски работы, пока отчет не сдадим?

Надеваю пиджак, вешаю сумку на плечо и привычным движением поправляю собранные в хвост волосы.

Это последнее, что меня волнует. Я даже положенные две недели отрабатывать не собираюсь. Уверена, Росс не будет этому препятствовать.

– Сдадим мы этот отчет, – обещаю, открывая дверь, – Никуда он не денется.

Своих родителей я навещаю не часто, а вот они бывают у меня едва ли не каждую неделю. Особенно младшая сестра Злата, которая открыто говорит, что надеется однажды переехать ко мне насовсем.

А я так прямо каждый раз заявляю, что этого не будет никогда.

Не потому, что я ее не люблю. Просто я научилась ценить тишину и не бояться одиночества. Когда-то они были моими самыми верными подругами.

Купив в пекарне неподалеку любимый папин пирог с брусникой, я пересекаю двор обычной хрущевки, захожу в подъезд и по лестнице поднимаюсь на пятый этаж.

– Ксюша?.. – тихо удивляется мама, – Почему не позвонила?

– Сюрприз хотела сделать. Папа дома?

– Дома, – говорит, кивая в сторону большой комнаты, – Футбол смотрит.

Я вручаю ей пирог и снимаю туфли.

– А Злата?

– У подружки.

Отлично. Я не могу делиться с ней своими переживаниями. Ее юношеский максимализм часто обесценивает мои эмоции. Она напоминает меня в возрасте двадцати лет.

– Мам, я решила работу поменять, – заявляю сразу.

– Как?.. – ахает она, – Почему?

Я захожу в тесную ванную и подставляю руки под струю теплой воды.

– В нашей компании кризис. Уже начались сокращения.

– Ты говорила, вам пришлют какого-то специалиста, который выведет ее из кризиса.

– Прислали, ага… – смеюсь, боясь напугать ее, – Росса. Моего бывшего.

Мама округляет глаза и прижимает ладонь ко рту.

– Да ты что?! Его?!..

– Угу…

Смываю пену, закрываю кран и вытираю руки мягким полотенцем. Они немного дрожат, зараженные маминой нервозностью.

– Господи!.. – выдыхает она, оглядываясь в сторону комнаты, из которой доносятся громкие крики футбольных фанатов, – Ты его видела? Вы говорили?

– Да, – отвечаю сразу на два вопроса.

– Он специально вернулся? Он знал, что ты там работаешь?..

– Нет, конечно!..

– Ну, странное совпадение, согласись?..

Мама, как и любая нормальная мать, на моей стороне. Ее хорошее к нему отношение сменилось на ненависть сразу, как только она узнала, что он бросил меня. Прошло пять лет, а она все еще уверена, что когда-нибудь мой бывший станет кусать локти, рыдая о том, что потерял меня.

– Просто совпадение, – говорю, выходя из ванной и направляясь к папе, – Так бывает.

– Что он тебе сказал?

– Ничего особенного, – оборачиваюсь я, – Ничего не изменилось мам. Он не хочет видеть меня. Я не хочу видеть его.

– Мерзавец, – доносится до меня тихое.

Мама видела, как мне было плохо тогда. А я видела страх в ее глазах, когда она боялась, что однажды со мной случится непоправимое.

Поэтому я оправдываю ее обиду на Росса, она имеет на нее право.

– Привет, – склоняюсь над диваном, чтобы поцеловать отца в щеку.

– Ксюшка пришла!.. – отвлекается от телевизора.

– Какой счет?

– Ай!.. – раздраженно машет рукой, – Кривоногие! Мяч как в первый раз видят!..

– Я пирог с брусникой привезла. Идем чай пить!

– Я сейчас… заварите свежего пока, – возвращает взгляд к экрану, – Десять минут, Ксю…

Я иду на кухню и помогаю маме накрыть на стол. Поглядывая на меня, она все время часто вздыхает.

– Правильно, – проговаривает наконец, – Надо менять работу.

– Я разослала свои резюме.

– Увольняйся, не жди, когда предложат что-нибудь другое…

– Нет, мам…

– Ксюша, беги от него, – давит голосом.

– Я его не боюсь.

– Тебе так кажется…