Муж Святой Героини - Элгрин Сергей - Страница 12

Глава 4. Святая

– Святая Дева! – зашептали повсюду.

– Святая!

– Она!

– Не верю своим глазам! Я не сплю?

– Сама Святая!

Откровенно говоря, в Святой не было ничего особенного. Она выглядела довольно просто – для девушки. Если кто-то ожидал, что Святая окажется невероятной красавицей – таких ждёт разочарование.

У Святой было довольно простое, обычное лицо. Да, она не была уродиной, была довольно симпатичной, привлекательной. Но так выглядит большинство обычных девушек – все они более-менее симпатичные.

У Святой были маленькие веснушки – не много, и они были почти незаметны, если не присматриваться. Это не портило её, но дополняло образ простоты. У Святой была очень бледная кожа, совершенно никакого загара – и это несмотря на то, что она много путешествовала, постоянно посещая различные страны и города. Любопытный феномен. Не могу понять, из-за чего это. Каким образом можно быть заядлым путешественником и ходоком (Святая, кстати, в основном ходила пешком, почти не пользуясь повозками или иным транспортом), и при этом полностью избежать загара? Возможно, это из-за её просторного капюшона на голове? Или же это некий «эффект святости»?!

У Святой были вьющиеся каштановые волосы длиной чуть ниже лопаток. Сейчас на девушке было белое платье-балахон, на голове – капюшон, однако локоны выбивались наружу и вились на ветру.

У Святой были голубые глаза – очень чистые и прозрачные. И в её взгляде действительно было что-то особенное, что-то… святое.

Она вовсе не была низкой – ростом Shaendwynaне уступала многим мужчинам. Например, если говорить про меня – про мой нынешний облик Андаля – Святая была почти равна мне.

И ещё у неё была пышная грудь, поднятая корсетом приталенного платья-балахона. У этого платья также было приличное декольте – оно было огромным. Казалось, если Святая начнёт прыгать, бегать, наклоняться – всё тут же вывалится наружу. Однако, это было не так – одежда хорошо сидела на ней, и девушка была, насколько я слышал, весьма подвижна в этой своей униформе – бегала, преодолевала препятствия на пересечённой местности, сражалась, и ничто ниоткуда не вываливалось.

На Святой не было никаких украшений. На ногах – походные сапоги, а через плечо перекинута сумка. Святая действительно была тем ещё путешественником-ходоком, и, несмотря на почётный статус, всегда сама заботилась о своих вещах в дороге.

Итак, портрет Shaendwyna на этом завершён. Из сказанного следует, что выглядит она как простая деревенская девушка в возрасте около двадцати, на которую напялили белый балахон-платье и назвали Святой.

Что, кстати, согласуется с её биографией. Насколько мне известно, она родилась и провела детство в каком-то мелком замшелом населённом пункте на окраинах Империи, являвшимся чем-то средним между деревней и маленьким городом. Затем в ту местность прибыли храмовники, следуя указаниям Пророчества, нашли девочку и забрали с собой.

Вопиющее преступление против Империи, не так ли! Храм должен поплатиться за это! Чужаки приходят из другой страны, похищают наших граждан и утаскивают в свои секты! Как можно терпеть такое! Настоящий международный скандал!

Святая – это маг, она владеет так называемой «Святой магией». У храмовников свой особый набор заклинаний, и их магия во многом отличается от, например, моей. Я не могу овладеть Святой магией – ведь их боги не дадут мне возможность воспользоваться святыми заклинаниями, а храмовники не могут овладеть моей магией – ведь это будет для них грехопадением и отступничеством.

Но в целом, магия – универсальна, и все различия между мной и Святой заключались в так называемых Свойственных Элементах. У меня есть Свойственные мне элементы, у Святой – Свойственные ей, наши элементы не пересекаются. Мы, Четыре Архимага, долго изучали Святую и знаем много о её личности, истории, деяниях, её магических способностях, и могу сказать, что по части магии и Свойственных Элементов я и Святая – практически, полные противоположности.

Итак, Святая – это маг-храмовник. Но не обычный. Она отличалась от остальных храмовников по ряду признаков: она была самым сильным святым магом в мире, она была абсолютно неуязвима – её невозможно убить, она защищена Пророчеством, и она исполняла волю Пророчества и должна претворить её в жизнь: убить Эльсора Тёмного.

Я много знал о Святой, но всё равно был слегка взволнован, когда увидел девушку вживую. Это была наша первая встреча.

Меня ничто не впечатлило в её внешности – встретив такую девушку на улице, вы просто пройдёте мимо, не обратив внимания. В любом публичном доме найдётся с десяток девиц намного привлекательней. Однако, это Святая – дева, которая избрана Пророчеством, и которая неубиваема.

Если бы я сейчас создал магический огонь и направил его на Святую – на ней лишь сгорела бы одежда, а с её телом ничего бы не произошло. Если бы я выхватил нож и пырнул Святую в живот – то, скорей всего, нож даже не вошёл бы в плоть, и лезвие просто сломалось. Святую невозможно убить.

Поэтому я и придумал такой способ избавиться от неё – уничтожить её связь с Пророчеством. Нет Пророчества – нет Святой – нет проблем.

Связь с Пророчеством или даже само Пророчество – можно уничтожить. В теории.

Почему я так в этом уверен? Потому что Пророчество – это объект, это вещь.

Конечно, это не материальный предмет в материальном мире, Пророчество – это не морковка, не ботинок. Но оно имеет «тело» и существует вполне конкретно во вполне конкретном пространстве.

То пространство называется Астральный Мир. Rialir Dommur. В своём астральном теле я – как и почти все маги – могу проникать в тот мир. Там я могу встретить Пророчество – которое имеет вполне конкретную форму, конкретное воплощение.

Пророчество выглядит… как верёвка. Огромная верёвка.

Среди пустоты ночного неба, в котором мерцает множество далёких маленьких звёзд, парит гигантская верёвка. Её толщина больше чем рост человека в три-пять раз. Эта верёвка тянется откуда-то из бесконечности и протягивается прямо к Святой. Верёвка полупрозрачна и сияет золотистым.

Я могу приблизиться к верёвке, могу прикоснуться к ней. Могу её изучать.

И я изучал. Я обследовал доступный отрезок верёвки (тот конец, что уходил в бесконечность, был мне недоступен – и вряд ли кто-либо смог бы изучить его), и искал истончения, разрывы – но не нашёл ничего. Я пытался уничтожить верёвку, разорвать её, распутать – бесполезно. Я пытался вытягивать из верёвки волокна – тоже бесполезно.

Из чего состояла верёвка? Это сложный вопрос. Если вы не учёный (маг) – то трудно будет вам это объяснить. Говоря просто: верёвка-Пророчество состоит из света звёзд – конкретных звёзд, выстроившихся в конкретный момент конкретным образом – и это называется «судьба». Понятно? Нет? Чего и следовало ожидать.

Информационно-энергетическое вещество, связанное с душой всего мира (судьбой, сценарием развития мира) – вот из чего состояло Пророчество.

Хоть мне и не удалось избавиться от Пророчества, в теории это сделать возможно – в то время как убить Святую, пока она Святая, невозможно даже в теории. Поэтому, выбирая из двух вариантов, я, трое моих коллег, и Тёмный Владыка, остановились на первом. И всё, что я делаю сейчас – подчинено этой задаче.

Ради этого я сейчас и нахожусь в повстанческом лагере, притворяясь повстанцем, и вместе со всеми хором радостно встречаю Святую.

– Ура, ура, Святая! Приветствуем Святую!

Святая прошла среди двух наших шеренг, не обращая ни на кого внимания. Она держала спину прямо, ступала величественно, и во взгляде чувствовалась гордость, властность. Было видно, что Храм неплохо натаскал эту девочку – её воспитывали как Святую, она привыкла к своей роли и давно вжилась в неё, она осознавала свой авторитет и власть.

Когда Святая прошла мимо меня, я ощутил лёгкий аромат луговых цветов, исходящий от неё. Интересно, откуда он взялся? Это парфюм или какие-то притирания? Я ни за что не поверю, что это некое «свойство святости», и так пахнет само тело Святой всегда.