Бывает и хуже? Том 4 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 53

Стадион «Локомотив» был старым. Я видел его только зимой, но сейчас, когда снег сошёл, он предстал во всём своём великолепии. Ржавые перила, облупившаяся краска. Однако народу собралось прилично. Хотя куда ещё тут людям ходить? Вот и развлекаются как могут: вчера лекция, сегодня футбольный матч.

Мы прошли внутрь, и я принялся оглядывать трибуны. Сколько знакомых лиц. Моих пациентов было великое множество, то и дело кто-то здоровался. Но и кроме них было полно знакомых и с работы.

Я увидел Тейтельбаума и Жидкова. Два старых друга сидели в первых рядах. Увидел Савинова с какой-то девушкой. Потом хирурга Гурова, тот подсел к Жидкову и Тейтельбауму.

— Сань, привет, — к нам подошёл Даниил Щербаков, в сопровождении симпатичной девушки в ярком полосатом шарфе. — Знакомьтесь, это Марина.

Я представил себя и своих друзей.

— Сегодня ожидается крупный матч, — Марина пыталась говорить весело, но я заметил, что ситуация продолжает её задевать. — Аткарск против Ртищево. Если наша команда победит, следующий матч тоже будет на нашей площадке.

— Кого я вижу! — раздался чей-то голос. — Саня и компания!

К нам спешил Якубов, собственной персоной. Важный, как надутый индюк. С фотоаппаратом и блокнотом.

— Привет, — кивнул ему Щербаков. Единственный, кто решил с ним поздороваться.

— Марина, а ты чего припёрлась? — проигнорировал он приветствие. — Посмотреть, как работают профессионалы?

Ну всё, хватит с меня. Пора начинать.

Глава 22

Якубов уже окончательно выбесил всех, кого только мог. Так что пора было приступать к моему плану.

Сосредоточился, активировал прану, и направил её к Якубову. Незаметно, аккуратно.

Он стоял в нескольких метрах от меня, и даже не смотрел в мою сторону. Всё его внимание было сконцентрировано на Марине, которая не знала, что ему ответить. Он самодовольно упёр руки в бока, и ухмылялся.

Я же нащупал праной его толстый кишечник. Так, содержимое есть.

Отлично, Александр Якубов. Очень большая ошибка с твоей стороны. Мне тут и делать-то особо ничего не надо, ты и сам в туалет перед работой не сходил. Возможно, из-за переживаний случился запор.

Так тогда я даже помогу человеку! Аккуратно усилил перистальтику, вызывая мышечные спазмы.

Якубов вздрогнул, и самодовольная улыбка исчезла с его лица. Он положил руку на живот, а лицо покрылось потом.

— Я просто пришла посмотреть матч, — в этот момент ему решила ответить Марина.

— Где здесь туалет⁈ — резко перебил он её.

Все уставились на него с удивлением. Ну да, смена эмоций выглядела резковатой.

— Ты чего? — с деланной заботой обратился к нему Щербаков.

— Мне туалет нужен, — прорычал Якубов. — Срочно!

Никто не спешил ему подсказывать.

— Возле кинотеатра есть туалет, — решил выручить человека мало что понимающий в этой ситуации Гриша. — Там общественные поставили, недалеко от парка.

Якубов уставился на него гневным взглядом.

— Да мне сейчас надо! — прорычал он. — Где. Здесь. Туалет?

Мы переглянулись. Никто и не знал, есть ли он тут вообще. Старый, советский стадион.

Якубов больше не стал тратить время на вопросы. Развернулся, и со всех ног побежал куда-то в сторону выхода, прижимая руки к животу.

Люди удивлённо смотрели ему вслед.

— Что это было? — ошарашено спросила Марина.

— Не знаю, — невинно пожал я плечами. — Может, съел что-то не то. Или стресс. Кажется, ему нездоровится.

Щербаков поймал мой взгляд и незаметно мне подмигнул. Да, он единственный был в курсе, что это сделал я. Возможно, мог задаться вопросом, как я так чётко угадал со временем. Но для него сойдёт оправдание, что я врач, и мог заранее что-то подсыпать.

А остальные и знать не знает, что это маленькое происшествие в жизни Якубова — моих рук дело.

— Марина, думаю, тебе нужно написать статью самой, — заявил Даниил.

Она перевела удивлённый взгляд уже на него.

— Но меня сняли с этой колонки, — напомнила она. — Я не могу её больше вести.

— Да, но никто тебе не мешает написать статью, — подключился я. — Потому что ты любишь спорт. А потом твоя статья придётся как раз кстати.

— И я случайно фотоаппарат взял, — добавил Щербаков. — Всё сфотографирую тебе. Ну же, давай!

Марина нерешительно кивнула.

— Хорошо, давай, — наконец, согласилась она. — Попробуем. Давай тогда вниз, там лучше видно будет. Увидимся, ребята!

Они с Даниилом поспешили вниз, на первые ряды.

— Не знаю, что это было, но мне этот Якубов вообще не понравился, — заявила Стася. — Что за грубиян?

— И туалет сам попросил, а мне даже спасибо не сказал, — поддакнул Гриша. — Хам.

Я прыснул со смеху и повёл своих друзей занимать места. В принципе, дело сделано, но заодно и матч посмотрю, раз уж мы пришли.

Матч начался. Судья свистнул. Игроки начали бегать по полю за мячом. Аткарск в синей форме, Ртищево в красной.

Народ оживился. Кричали, свистели, болели за своих. Неожиданно игрой заинтересовался и Гриша.

— Давай, пасуй! — выкрикнул он. — Ну чего же ты!

Не уверен, что мяч в этот момент вообще был у игрока нашей команды, ну да ладно.

— Почти забили! — включилась в игру и Стася. — Кому ты даёшь?

Я наблюдал молча, отдыхал. Дело с Якубовым сделано, можно насладиться небольшой передышкой.

Игрок номер десять провёл атаку, с мячом побежал к воротам, удар…

Гол!

Народ взревел, многие повставали со своих мест. Включая и моего соседа справа, который резко вскочил, совсем позабыв о том, что держит в руках термос с горячим чаем. Рука дрогнула, и горячий чай тут же попал ему на руку.

— Ааа! — закричал тот.

Но его крик, похоже, услышал только я. Остальные были уверены, что это болельщик радуется голу.

Но он вообще не радовался, а тряс обожжённой рукой. Что ж, вот и закончился мой отдых.

— Давайте посмотрю, — повернулся я к нему. — Я врач, не волнуйтесь.

Он протянул мне руку. Так, красная кожа, волдыри. Ожог второй степени. Площадь небольшая, ничего критичного.

— Так, нужен холод, — распорядился я. — Сейчас…

Мне удалось найти небольшой кусочек снега. Не лучший вариант, но что есть. Завернул его в бинт, приложил к руке. Вообще больше для отвода глаз, сам в этот же момент воздействовал праной. Лечить ожог до конца я не собирался, это будет слишком уж подозрительно. Но воспаление снял, и боль уменьшил.

— Стало гораздо легче, — кивнул мне мужчина. — Это из-за холода?

— Да, — я убрал кусочек бинта с растаявшим снегом. Затем достал новый бинт и принялся накладывать повязку.

Повезло, что у меня в кармане вообще завалялся бинт. Так-то мало кто его носит с собой.

— Дома намажете Пантенолом, — закончив с повязкой, сказал я. — Поможет с заживлением. Вы в порядке?

— Да, — кивнул он. — Спасибо большое. С матча в жизни не уйду, хоть мне руку оторвёт! Я всю жизнь за Аткарск болею.

Фанат до мозга костей. Я кивнул, ему в принципе ничего и не угрожало. Праной я сделал всё, что мог.

Мужчина принялся дальше смотреть матч, я повернулся к Стасе и Грише. Те и не заметили, что я вообще отвлекался.

Яро наблюдали за событиями на поле. Что ж, я тоже вернулся к просмотру матча.

За весь первый тайм больше никто не забил. Наступил пятнадцатиминутный перерыв, люди засуетились, вставали размять ноги.

— А я и не думала, что мне так понравится! — заявила Стася. — Так захватывающе! Хочешь не хочешь, а начинаешь болеть за наш город!

— Согласен, — кивнул Гриша. — Я вообще себя заядлым болельщиком почувствовал!

Я улыбнулся. Рад, что они увлеклись. Не зря пришли значит.

— Пойду разомнусь немного, — сказал я им. — Скоро подойду.

— Давай, — махнул рукой Гриша. — Мы тут посидим.

Я встал, потянулся и прошёлся по трибунам. Меня тут же заметил Тейтельбаум, и жестом пригласил к ним.

— Добрый день, — поздоровался я сразу с тремя. Гуров, Тейтельбаум и Жидков. — Не знал, что вы тоже любите футбол.