Отпустить поводья (ЛП) - Хоуп Пейсли - Страница 31

Этот угол, это то, с чем я не могу справиться. Он проникает внутрь меня. Так глубоко.

— Мне очень, очень нужно, чтобы ты попыталась дышать, Рэй.

Его слова прерываются, когда он полностью погружается в меня, но не двигается. Нежные пальцы скользят по спине, пытаясь заставить меня расслабиться.

— Хорошо, — говорю я, пытаясь отдышаться.

Испускаю долгий прерывистый вздох, когда он, используя мои бёдра, медленно толкает меня вперёд, а затем снова прижимает к себе, пока я снова не наполняюсь до краёв. У меня нет сил что-либо делать, кроме как позволить ему использовать моё тело для его удовольствия. Нэш совсем не двигается. Он просто использует моё тело, чтобы делать за него работу, и ощущения от этого неописуемы.

— Моя узкая маленькая киска, — ворчит он, почти полностью снимая меня со своего члена, а затем опуская обратно за бёдра, — Была создана для меня, чёрт возьми.

Нэш снова входит в меня, с силой встречаясь с моими бёдрами, прежде чем я успеваю подготовиться, и я чувствую, что вот-вот…

— Ты уже собираешься кончить… — заявляет он с удовлетворением и чем-то ещё в голосе. Удивлением?

— Это твои слова...… Я не могу... — начинаю объяснять я, но не могу закончить предложение или даже связать мысли воедино, это слишком, потому что он входит в меня и снова попадает в то место. Снова и снова он входит и выходит из меня. Методично и грубо. Я пытаюсь держать себя в руках, но вот-вот сорвусь, только он чувствует, когда я собираюсь это сделать, и не даёт мне кончить, как будто он полностью согласен с моим телом. Схватив меня за задницу, он широко разводит мои бёдра, входя и выходя из меня, я наблюдаю поверх моего плеча, как он смотрит вниз, туда, где мы соединяемся.

— Такая красивая киска, такая хорошая девочка, которая принимает мой член, как будто он создан для тебя. Чертовски красивая.

Я согласна с тем фактом, что Нэш, вероятно, мог бы попросить меня о чём угодно, и я бы сделала всё, если бы это означало, что после этого он назвал бы меня своей хорошей девочкой. Он умело двигается, делая глубокие толчки и медленно выходя, почти полностью, прежде чем снова овладеть мной. Меня охватывает состояние устойчивой эйфории.

Он хватает меня за волосы и притягивает к себе, прижимаясь грудью к моей спине, затем проводит большой рукой от моего горла к подбородку, поворачивая лицо так, чтобы он мог поцеловать меня, и прижимает палец к моему клитору. Я мгновенно теряю самообладание.

Я разбита вдребезги. Разрушена. Прерывистые стоны и всхлипывания вырываются из моего горла, пока его губы поглощают их. Я сжимаюсь вокруг него и делаю именно то, что он хочет.

— Вот и всё, Сиси. Кончи. Кончи на моём члене, — рычит он, продолжая входить в меня. — Возьми от меня именно то, что ты хочешь.

Я так и делаю. Мои стеночки сжимаются вокруг его члена, заставляя и его кончить.

Его ноги напрягаются, когда руки крепко сжимают мои бёдра. Каким-то образом он ещё глубже входит в меня, затем дёргается и со стоном произносит моё имя с неслышимыми ругательствами, наполняя презерватив. Мгновения пролетают незаметно, и я теряю ощущение времени, прежде чем он падает на меня, кладет голову мне на спину, тяжело дыша.

— Чёрт... я почти уверен, что ты только что сломала меня, — бормочет Нэш, затем целует меня под лопаткой.

Глава 26

Ощущение тёплой кожи и мягких волос на моей руке кажется непривычным, когда я открываю глаза и смотрю на комнату Сиси. Бревенчатые стены хижины резко контрастируют со старинной белой мебелью в спальне, белым пуховым одеялом и белыми занавесками. Единственные другие цвета в комнате — светло-серые, розовые подушки и золотистые волосы Сиси. Солнечные лучи проникают внутрь, а значит, что ночь, формально, закончилась. Я бросаю на неё взгляд. Она не проснулась, поэтому я ложусь на бок и просто смотрю, как она спит. Её руки подложены под голову, а волосы рассыпались по всему телу. Мы оба всё ещё голые.

Я понятия не имею, во сколько мы заснули, но я точно знаю, что впервые за долгое-долгое время, а может, и вообще за всё время, я действительно спал без каких-либо кошмаров. Я всё равно проснулся в три тринадцать, но вместо ужаса я почувствовал какое-то умиротворение. Рука Сиси лежала у меня на груди, и я снова обнял её просто потому, что мог, и она не остановила меня, она впустила меня, как будто это было самой естественной вещью на земле. Теперь её дыхание стало тихим, и я воспользовался моментом, чтобы оценить её красоту вот так. Мельчайшие детали, которые я, возможно, никогда больше не увижу в таком виде. Крошечная родинка у неё над губой, её тёмные ресницы, трепещущие, когда она спит, шелковистая кожа в лучах утреннего солнца, крошечные серёжки из розового золота в форме сердечка, которые торчат из милых маленьких мочек ушей. Ее мочки ушей. Когда, чёрт возьми, я раньше восхищался мочками женских ушей?

Я просто лежу здесь, поражённый тем, что вселенная может создать что-то настолько совершенное. Ошеломляет, что она существует и что она лежит здесь, рядом со мной. Она шевелится и открывает один потрясающий зелёный глаз, напоминая мне, что всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Хорошо, что вечер формально закончился. Я не могу привязаться к Сиси и знаю это.

— Доброе утро, — произнося это, я убираю волосы с её лба, не в силах удержаться от прикосновения к ней.

Её идеальный маленький ротик образует букву «О», пока она зевает и потягивается рядом со мной.

— Я почти уверена, что прошлой ночью ты оттрахал мою киску до самозабвения, — замечает она, и я смеюсь.

То, что слетает с её губ, не перестает меня удивлять.

— Ты бросила мне вызов всего на одну ночь, чего ты ожидала?

Она открывает оба глаза.

— Ты же знаешь, что это обычное дело, когда ты насилуешь чью-то вагину своим неестественно большим членом, чтобы приготовить ей кофе наутро.

С этими словами она поворачивается ко мне так, словно нет никаких сомнений в том, что я сделаю то, что она хочет. Каким бы безумным это ни казалось, я уже встаю и натягиваю боксеры, потому что постепенно до меня доходит, чего Сиси Эшби хочет от меня, то она и получает.

Я шарю по её кухне в поисках фильтров и кофе для этой чудовищной кофеварки, которую она купила через неделю после того, как приехала сюда. Прочитав инструкцию и помолов зерна, я, кажется, разобрался с этим. Добавляю сливки и сахар, как только он заваривается, я направляюсь в её комнату, где она умудрилась снова уснуть за те двадцать пять минут, что меня не было. Несмотря на все усилия, кофе до неё даже не дойдет, потому что из-за того, как она спит, вся её спина открыта для меня. Каждый позвонок, вплоть до маленьких ямочек возле копчика, идеальное место для того, чтобы мои пальцы могли отдохнуть, когда я трахаю её сзади. Член встаёт по стойке смирно, когда я вижу, как она подсознательно слегка выгибает спину во сне.

Я ставлю парящую кружку на стол и ложусь рядом с ней, провожу рукой по округлым бёдрам и ниже, покрывая поцелуями спину и плечи. Она шевелится и стонет, когда мои пальцы находят под простыней её сосок.

— Эй, уже следующий день, — шепчет Сиси, но звучит так, будто последнее, что она собирается сделать — остановить меня.

Я удивляюсь, что за двенадцать часов я занимался сексом с этой женщиной уже три раза, и всё ещё чувствую, что мне её недостаточно. Даже близко нет.

— Нет, думаю, ты меня неправильно поняла. Я имел в виду целый день. Двадцать четыре часа. У нас ещё есть время до десяти часов вечера.

— Мммм. И я занята сегодня вечером, — бормочет она, всё ещё полусонная.

— Я бы подумал, что мы поступим несправедливо по отношению друг к другу, если не воспользуемся этим временем на полную катушку, — говорю я, когда она прижимается попкой к моему члену, такая же изголодавшаяся по мне, как и я по ней.

Я улыбаюсь у её плеча.

— В этом есть смысл, — стонет она, когда её ноги раздвигаются, и мои пальцы скользят в уже влажную киску — киску, которая, кажется, создана для того, чтобы идеально обхватывать меня. Страсть, которую я испытываю к ней, распространяется по моим бёдрам и позвоночнику.