Системный Друид. Том 2 (СИ) - Ло Оливер - Страница 35

Я перекатился вправо, вскакивая на ноги, и вскинул голову к небу.

Птица пикировала сверху, с высоты в пятьдесят метров, стремительная и точная. Размах крыльев в полтора человеческих роста, корпус обтекаемый, покрытый перьями, каждое из которых отливало тусклым серебром, как отполированные клинки. Голова была хищной, с загнутым клювом и жёлтыми, немигающими глазами, фиксировавшими меня с той цепкой сосредоточенностью, с какой арбалетчик выцеливает мишень.

Система вспыхнула алым.

Объект: Стальной Сокол.

Ранг: 3.

Состояние: Агрессивен. Защищает территорию.

Особенности: Перья обладают металлической структурой, используются как метательное оружие. Скорость пикирования превышает возможности большинства мана-зверей равного ранга. Точность поражения цели на расстоянии до пятидесяти метров.

Уровень угрозы: Высокий.

Сокол вышел из пике, расправив крылья, и заложил крутой вираж, набирая высоту для второго захода. Его силуэт промелькнул на фоне облаков, серебристый росчерк на сером полотне, и два пера сорвались с крыльев, вращаясь в воздухе с тихим свистом.

Я метнулся к выступу скалы, укрываясь за каменным козырьком. Перья ударили в площадку, где я стоял мгновением раньше, высекая фонтаны искр и каменной крошки. Они вошли в породу с силой метательных ножей, каждое по рукоять, оставив в камне ровные отверстия с оплавленными краями.

Глава 11

Подземелье

Я прижался спиной к каменному козырьку, ощущая, как вибрация от ударов перьев отдаётся в лопатках через скалу. Сердце стучало ровно, без срывов, адреналин разлился по телу горячей волной, обострив каждый нерв и каждый мускул. Руки сами нашли лук, пальцы стянули тетиву петлёй с верхнего плеча, проверяя натяжение.

Сокол кружил метрах в сорока надо мной, заложив широкий вираж вокруг скальной площадки. Его серебристые перья ловили рассеянный свет, мерцая при каждом взмахе крыльев, и в этом мерцании чувствовалась сила, которую я научился распознавать за месяцы жизни в Пределе. Мана текла по каждому перу, как ток по проводам, придавая им твёрдость стали и остроту бритвы.

Третий ранг. Зверь полагался на скорость и внезапность, на преимущество высоты и дистанции. Хищник-снайпер, привыкший бить первым и добивать раненую жертву прежде, чем та успеет сориентироваться.

Против врага, который ждёт и готов к бою, его тактика работала хуже. Гораздо хуже.

Я прислушался. Шум водопада заглушал почти всё, но Усиленные Чувства вычленяли из монотонного рёва воды иные звуки: свист рассекаемого воздуха при каждом взмахе крыльев; лёгкий металлический скрежет перьев, трущихся друг о друга на виражах; даже приглушённый клёкот, похожий на щелчки арбалетного замка, которым сокол сопровождал каждый выброс метательного оперения.

Клёкот звучал ритмично. Щелчок, пауза в два удара сердца, взмах, залп. Щелчок, пауза, взмах, залп. Зверь стрелял шаблонно, привычным паттерном, выработанным сотнями охот на тварей, которые не умели прятаться за камнями и считать промежутки между атаками.

Два удара сердца. Окно, в которое можно выглянуть, прицелиться и выстрелить.

Я нащупал в колчане стрелу. Обработанные парализующей пастой наконечники остались дома, их я готовил под конкретных противников, а для похода за Вьюном взял обычные, с железными остриями, заточенными до игольной остроты. Против мана-зверя третьего ранга они были слабоваты, металлические перья сокола служили ему бронёй, не хуже каменных наростов кабана.

Но броня эта была избирательной. Перья защищали грудь, спину и верхнюю часть крыльев. Живот, подкрылья и основания лап оставались открытыми, прикрытые лишь мягким пухом. Я заметил это в первые секунды атаки, когда сокол пикировал и его тело развернулось ко мне подбрюшьем, светлым пятном среди серебристой стали.

Клёкот. Пауза.

Я шагнул из-за козырька, разворачивая корпус к небу. Сокол висел в тридцати метрах, завершая вираж, крылья распахнуты для следующего захода. Перья на внешних кромках встопорщились, готовые сорваться.

Упор. Левая нога вдавилась в мокрый камень, носок развёрнут к цели.

Разворот. Плечи раскрылись, спина выпрямилась, лопатки сошлись.

Тяга. Тетива потянулась к скуле, привычным, отработанным тысячами повторений движением, и в этот раз руки не дрожали, потому что тело знало, что делает, каждая мышца помнила свою роль.

Сокол клекотнул, крылья качнулись, готовясь к залпу.

Спуск.

Стрела ушла вверх под крутым углом, рассекая влажный воздух с тонким свистом. Я целил не в тело, а в пространство перед ним, туда, где сокол окажется через долю секунды, когда завершит разворот и начнёт пике.

Наконечник вошёл в мягкую ткань подкрылья, между двумя рядами металлических перьев, там, где серебристая броня расходилась, обнажая светлый пух и кожу. Сокол дёрнулся в воздухе, сбив ритм взмахов. Залп перьев ушёл вкось, три металлических снаряда просвистели в метре от моей головы и воткнулись в скалу за спиной, выбив каменные осколки.

Птица отвернула резко, заваливаясь на раненое крыло, и набрала высоту рваным, судорожным движением, вместо привычной плавной спирали. Я видел, как тёмные капли срываются с оперения, уносимые ветром.

Рана была неглубокой, мышечная масса мана-зверя третьего ранга принимала железный наконечник иначе, чем тело обычного зверя, но кровь текла, и сокол это чувствовал. Больше того, он чувствовал, что жертва ответила, а жертвы, которые отвечают, переставали быть лёгкой добычей.

Я наложил вторую стрелу, отслеживая траекторию птицы. Сокол кружил выше, метрах в пятидесяти, и круги его стали шире, осторожнее. Раненое крыло работало с заметной задержкой, левый вираж давался ему тяжелее правого.

Пауза затянулась. Зверь не атаковал. Он висел в воздухе, покачиваясь на восходящих потоках, и его жёлтые глаза следили за мной с высоты, пересчитывая шансы.

Я использовал это время. Подобрал два пера, выпавших из его крыла при развороте, и сунул в котомку. Потом перехватил лук поудобнее и встал, открыто, посреди площадки, давая соколу видеть себя целиком. Лук в левой руке, стрела на тетиве, корпус развёрнут к небу.

Приглашение повторить заход, если он осмелится. Посмотрим, кто быстрее.

Сокол описал ещё один круг. Два. Три. С каждым витком он забирал чуть выше, увеличивая дистанцию. Кровь из-под крыла текла тоньше, рана затягивалась, но перо из раненого крыла было неровным, сбитым, и птица компенсировала это наклоном тела.

На четвёртом круге сокол развернулся. Широким плавным движением, без рывка и спешки, зверь отвернул на запад и ушёл за скальный гребень, пропав из виду через считаные секунды. Последний блеск серебристых перьев мелькнул на фоне облаков, и площадка опустела.

Тишина навалилась внезапно, подчёркнутая ровным рёвом водопада, который за время схватки отступил на задворки сознания, а теперь вернулся, заполнив пространство привычным белым шумом.

Я опустил лук. Руки тряслись мелкой дрожью, которую тело выдавало уже после боя, когда адреналин откатывал и нервы начинали требовать расплату за минуты предельного напряжения. Сжал пальцы в кулаки, разжал, повторил трижды, загоняя дрожь обратно в мышцы.

Потом собрал остальные перья. Нельзя оставлять просто так такой материал.

Семь штук разбросаны по площадке, вонзившиеся в камень под разными углами. Я вытаскивал их осторожно, раскачивая из стороны в сторону, чтобы не сломать, и каждое перо покидало скалу с сухим скрежетом, оставляя в породе гладкое отверстие с оплавленными стенками.

Я разложил находки на плоском камне, рассматривая их в косых лучах солнца, которые пробивались сквозь водяную взвесь.

Система отреагировала, развернув панель с детальным описанием каждого пера.

Объект: Перо Стального Сокола (боевое).

Качество: Высокое.