Системный Друид. Том 2 (СИ) - Ло Оливер - Страница 4

Кейн побледнел под слоем грязи.

— Милорд, я видел его. В каньоне. Он двигался как…

— Меня не интересует, как он двигался, — Райан поднялся из кресла одним плавным движением, и Кейн непроизвольно отступил на полшага. Молодой граф был высок, на полголовы выше зверолова, и двигался с хищной грацией, которую дают годы тренировок с лучшими фехтовальщиками королевства. — Меня интересует, почему я потратил более тысячи золотых и не получил результата. Второй раз.

Он подошёл к окну, встал вполоборота, глядя на внутренний двор замка, где конюхи расседлывали лошадей. Свет из окна высветил его профиль, острый подбородок и тонкий нос.

— Первый раз, — Райан заговорил тише, обращаясь скорее к стеклу, чем к Кейну, — я послал мальчишку и горстку наёмников к Хранителю Леса. Простая задача: убрать старика, расчистить путь к Сердцу Предела. Мальчишка провёл их тропой, старик получил яд. Всё шло по плану, пока что-то не пошло не так. Хранитель выжил. Мальчишка тоже, хотя его я списал ещё тогда.

Он повернулся к Кейну, и в сером свете из окна его глаза казались стальными.

— Теперь второй раз. Профессиональный отряд, магическая поддержка, лучшее снаряжение, какое можно желать для такой миссии. И результат тот же: ничего. Ноль. Пустота!

Кейн стоял, втянув голову в плечи, и ждал приговора. Он знал Райана достаточно давно, чтобы понимать: молчание графского сына опаснее его крика.

— Дарен должен был идти с вами, — произнёс Райан, и эти слова прозвучали будничнее обычного, рассуждение вслух, лишённое эмоций. — Он бы не допустил этого балагана. Если бы отец не отправил его на западную границу с инспекцией по делам гарнизона… Тц, бесит, что отец вот так просто может забрать моего лучшего воина.

Кейн чуть расслабился, уловив перемену тона. Разговор перетекал от обвинений к анализу, и зверолов позволил себе надежду, что самое страшное позади.

— Милорд, если бы Дарен был с нами, мы бы…

— Молчи.

Райан поднял руку, и Кейн захлопнул рот с почти слышным щёлканьем зубов. Молодой граф вернулся к столу, провёл пальцем по разложенной на нём карте. Предел был обозначен зелёным пятном, испещрённым пометками и условными знаками.

— Прямое давление не работает, — сказал Райан, и в его голосе зазвучала холодная расчётливость. — Лес слишком велик, Хранитель слишком упрям, а местные слишком привязаны к своему захолустью, чтобы помогать чужакам. Мне нужен другой подход. Изнутри, через людей, которые знают Предел и готовы работать на меня.

Он сел обратно в кресло и посмотрел на Кейна с тем выражением, от которого зверолов почувствовал, как по спине побежали мурашки. Глаза сына графа были пусты, как два колодца, на дне которых лежало что-то тёмное и голодное.

— Ты мне больше не нужен, Кейн. Твоя полезность… исчерпала себя.

Зверолов открыл рот. Потом закрыл. Его лицо медленно менялось, непонимание уступало место осознанию, а осознание — ужасу.

— Милорд… я могу собрать новый отряд… дайте мне ещё один шанс…

— Шанс? — Райан улыбнулся, и от этой улыбки в кабинете стало холоднее. — Ты потерял моих людей, два мага из гильдии, «Слёзы Феникса» на шестьсот золотых и репутацию, которую мне теперь придётся восстанавливать перед гильдией. И ты просишь шанс.

Он поднял правую руку, повернув ладонь вверх, и пальцы сложились в странный жест. Воздух в кабинете дрогнул, загустел, стал осязаемо плотным.

Кейн схватился за горло. Его глаза выкатились из орбит, рот распахнулся в безмолвном крике, который так и не вырвался наружу, потому что воздух в его лёгких вдруг перестал двигаться. Зверолов захрипел, лицо налилось тёмной кровью, вены на висках вздулись синими жгутами. Ноги подкосились, и он рухнул на колени, царапая пальцами ворот куртки, пытаясь разорвать то, чего нельзя было коснуться.

Райан наблюдал. Его лицо оставалось спокойным, почти скучающим, как у человека, который смотрит на муху, бьющуюся о стекло. Пальцы чуть сжались, и Кейн издал булькающий звук, рухнув лицом в каменный пол. Тело дёрнулось раз, другой, ноги заскребли по камню, выбивая пыль из щелей между плитами. Райан наклонил голову, разглядывая агонию зверолова со скучающим видом.

Через две минуты Кейн перестал двигаться. Его руки, скрюченные последней судорогой, застыли у горла, пальцы впились в кожу так глубоко, что оставили багровые полосы. Лицо было синюшным, язык вывалился, глаза остекленели.

Райан опустил руку и потёр запястье, разминая затёкшие мышцы. Магия воздуха требовала точного контроля, и поддержание давления на протяжении двух минут утомило предплечье.

— Дарен, — позвал он негромко.

Дверь в боковом проёме кабинета открылась. Дарен вошёл бесшумно, его тёмно-синий плащ колыхнулся, открывая на мгновение кольчугу и меч на поясе. Широкие плечи заслонили свет из коридора. Холодные глаза скользнули по телу на полу, задержались на скрюченных пальцах и вывалившемся языке, и вернулись к Райану с выражением ожидания.

Лицо порученца оставалось каменным. Дарен видел подобное и раньше, в этом самом кабинете, в подвалах замка, в лесных лагерях, где молодой граф решал проблемы с теми, кто знал слишком много или сделал слишком мало. Каждый раз Дарен убирал последствия, тихо и быстро, как и подобает правой руке человека, чьи методы не предназначались для посторонних глаз.

Инспекция западного гарнизона, на которую его отправил старый граф, длилась две недели. Две недели, в течение которых Дарен должен был сопровождать отряд в Предел, и время это изменило бы исход охоты, потому что Дарен обладал исключительной силой, прекрасным умом и врожденной интуицией, которую не развить никакой тренировкой. Старый граф выбрал момент для инспекции случайно, как одну из дюжины рутинных поездок. Но приказ был приказом. Дарен поехал на запад, оставив охоту людям, которые не справились.

— Убери это, — Райан кивнул на тело. — И позаботься, чтобы никто не задавал вопросов. Несчастный случай на охоте, нападение зверя, что угодно. Его семье выплати компенсацию, стандартную, без излишеств.

Дарен кивнул и поднял тело Кейна одной рукой, перехватив за ворот куртки. Зверолов при жизни весил немало, но порученец графского сына обращался с мёртвым грузом так легко, будто нёс мешок с зерном. Дверь закрылась за ним без стука.

Райан остался один. Он вернулся к карте, провёл пальцем по зелёному пятну Предела, очертив границы леса замкнутым контуром. Его лицо сохраняло то же спокойное выражение, с которым он наблюдал за смертью Кейна, но в серых глазах появилось движение, быстрое, расчётливое, похожее на работу механизма, перебирающего варианты.

Тигрица ждала в вольере. Специально оборудованный загон за южной стеной замка, с рунными решётками и подавляющими контурами, обошёлся в целое состояние. Самку привезли с восточных гор год назад, молодую, здоровую, с ядром четвёртого ранга. Она была фундаментом проекта, который Райан выстраивал втайне от отца.

Детёныши от дикого самца стоили в десятки раз дороже тех, что рождались от зверей, выросших в клетке. Кровь Предела, необузданная стихия, вольный дух — всё это передавалось потомству и делало его сильнее, быстрее, а значит, и ценнее на рынке боевых контрактов. Один выводок окупил бы все затраты и принёс прибыль, достаточную для финансирования собственной армии мана-зверей, армии, которая сделала бы Райана независимым от отцовского кошелька и отцовского одобрения.

Старый граф де Валлуа считал сына способным, но слишком нетерпеливым. Слишком амбициозным для своего возраста. И склонным к рискованным предприятиям, которые могли навредить репутации семьи. Он отдавал Райану мелкие поручения: инспекции, переговоры с вассалами, сбор налогов с дальних деревень, и каждый раз напоминал: «Когда придёт твоё время, ты получишь всё. Но не раньше».

Райан ненавидел слово «раньше» так же глубоко, как ненавидел терпение и ожидание.

Два провала. Первый, с Хранителем, должен был расчистить путь к самому сердцу Предела, к местам, где мана текла густо и свободно, где обитали звери высших рангов. Мальчишка-проводник оказался полезным идиотом, готовым продать собственного деда за горсть золотых и обещание лучшей жизни. План сработал наполовину: Хранитель получил яд, но, видимо, старый друид оказался крепче, чем ожидалось, и смог побороть отраву. Да еще и мальчишку с того света вытащил.