Темный Лекарь 16 (СИ) - Нот Вай - Страница 38

— Зачем-смысл вообще менять батарейки-энергоблоки, — внезапно задала вопрос Иск-Ра, разглядывая схему установки по откачке скверны, — когда можно не менять-оставлять?

Арджун, склонившийся над столом рядом с ней, поднял голову. На его лице возникло выражение лёгкого недоумения, такое обычно бывает, когда слышишь очевидную глупость.

— Как это «зачем»? — он поправил защитные очки. — Если не менять батарейки, то они перегреются от избытка энергии скверны и… взорвутся…

Он замолчал на полуслове.

Его глаза расширились. Очки сползли на кончик носа, но он даже не заметил этого. В воздухе повисла тишина, которую нарушало только тихое тиканье какого-то прибора в углу.

— Взорвутся, — медленно повторил Арджун, и в его голосе появились совсем другие нотки. Не раздражения. Восторга. — Они взорвутся!

Иск-Ра закивала, её большие уши радостно дёрнулись:

— Да-точно! Если взорвутся-бахнут, это же даже лучше-эффективнее! Не только скверну откачает-высосет, но ещё и разрушит-повредит!

Арджун выпрямился, его взгляд метался по лаборатории, словно он пытался охватить все возможности разом.

— Погодите-ка, — пробормотал он, хватая планшет и начиная лихорадочно делать заметки. — Если мы не будем менять батарейки… если намеренно позволим им перегреться… нам даже не нужна большая мощность установки. Нам нужна взрывная мощность!

Он повернулся к остальным учёным, которые собрались вокруг.

— Слушайте! — в его голосе звучал азарт первооткрывателя. — Мы всё время думали об установках как об инструменте откачки. Медленном, постепенном. Но что, если превратить их в оружие? В бомбы?

Октавия нахмурилась:

— Бомбы на основе лазуристов? Это же…

— Гениально, — закончила за неё Регина, и впервые за всё время в её глазах мелькнул неподдельный интерес. — Устройство, которое не просто откачивает скверну, но и аккумулирует её до критической точки. А затем высвобождает разом. Взрыв.

— Но не обычный взрыв, — добавил Арджун, его пальцы летали по экрану планшета. — Взрыв, направленный внутрь системы питания голема. Мы не просто повреждаем его снаружи. Мы выжигаем его энергетические системы изнутри.

— Липучки-крепления! — воскликнула Шпиль-Ка, запрыгивая на стол. — Чтобы держались-фиксировались крепко-надёжно! Даже если голем-титан попытается стряхнуть-сбросить!

— Таймер, — сказал Вин-Тик, уже доставая инструменты. — Устройство должно работать-откачивать определённое время-период, прежде чем взорваться-детонировать. Скажем, тридцать секунд?

— Минута, — возразил Арджун. — Нам нужно, чтобы оно успело откачать достаточно скверны для мощного взрыва. Минута — оптимальный срок.

Лаборатория вновь погрузилась в весёлый хаос. Гремлины метались между верстаками, таская детали и инструменты. Учёные склонились над расчётами. Карл координировал процесс, следя, чтобы все работали слаженно.

Все остальные идеи мгновенно были отложены на второй план, все силы были брошены на то, чтобы успеть сделать как можно больше новых бомб-липучек.

И снаряжая внутрь очередную батарейку, Арджун поймал себя на мысли, что иногда гениальные решения рождаются из самых простых вопросов.

Бомбы-липучки покрывали колосса сплошным ковром. Их было уже больше сотни, может, больше двухсот. Каждая гудела, вытягивая скверну из кристаллов, которыми был напичкан титан, и готовилась взорваться.

Но это было не всё.

— Жуки! — скомандовал я. — Давайте их тоже!

С виверн и птеродактилей полетели вниз небольшие округлые контейнеры. Они разбивались о броню колосса, высвобождая содержимое — кислотных насекомых.

Тех самых, которыми мы уже брали форты Штайгеров.

К сожалению, яд не был бесконечным. После штурмов фортов у нас осталось не так много жуков. Но мы использовали их с умом.

— Целимся ближе к сочленениям! — крикнула Изабелла, направляя свою виверну. — В стыки брони! Там защита слабее!

Жуки падали, а затем летели и ползли к цели. Под управлением некромантов Они стремились в щели между пластинами, в шарниры суставов, в места соединения конечностей с корпусом. Там, где металл был тоньше, где механизмы были наиболее уязвимы.

И начинали взрываться кислотой.

Зелёная субстанция шипела и пенилась, разъедая металл. Это не было мгновенным разрушением, тем более что голем был хорошо защищён даже от таких атак. Но каждая секунда приближала нас к победе.

Гюнтер явно не понимал, что происходит.

Колосс дёргался, пытался стряхнуть с себя налипшие устройства и жуков. Его руки метались по броне, пальцы скребли по металлу, пытаясь содрать непрошенных гостей. Поначалу ему это даже удавалось, несколько бомб полетели на землю, десятки, а то и сотни насекомых были раздавлен.

Но с каждой секундой движения становились медленнее.

Я видел это и своими глазами и через теневых разведчиков. Видел, как тускнеют защитные руны на броне. Как щиты, которые раньше отражали огонь Агни, начинают мерцать и гаснуть. Как суставы двигаются с заметными задержками, словно механизмы внутри загустели.

Топливо-скверна заканчивалась.

Бомбы-липучки выкачивали энергию из кристаллов, питающих колосса. И чем больше они выкачивали, тем слабее становился титан.

— Он пытается отступить! — предупредила Лифэнь по связи.

Действительно. Колосс развернулся и начал двигаться обратно к Кайзерштадту. Его шаги стали заметно короче, медленнее. Если раньше он преодолевал расстояние огромными прыжками, то теперь почти плёлся.

— Ну уж нет, — усмехнулся я. — Все отряды, преследуем! Продолжаем сброс!

Мы понеслись за ним. Виверны, птеродактили, драконы, вся летающая армия окружила отступающего титана плотным кольцом. Бомбы продолжали сыпаться на него, липли к броне, начинали свою разрушительную работу.

Колосс шёл всё медленнее. Его движения становились всё более скованными, неуверенными. Руны на броне уже почти полностью погасли. Кислота прожгла несколько суставов, из которых теперь капала какая-то тёмная жидкость, гидравлическая, судя по запаху.

А до Кайзерштадта было ещё далеко. Слишком далеко.

— Конец близок, — пробормотал я, наблюдая, как титан замедляет шаг.

И вот, посреди чистого поля, окружённый летающими химерами, усыпанный гремлинскими бомбами и изъеденный кислотой, колосс остановился.

Просто остановился.

Его руки бессильно повисли вдоль тела. Ноги застыли в полушаге. Из нескольких сочленений валил дым, то ли что-то там перегрелось, то ли начали взрываться первые бомбы.

Абсолютная неподвижность.

Я подождал ещё несколько секунд, проверяя, не ловушка ли это. Но колосс даже не дрогнул. Он стоял, как гигантская статуя посреди поля, и в нём не осталось ни одного признака жизни.

— Всем отрядам, — скомандовал я, — отойти на безопасное расстояние. Сейчас начнут массово детонировать бомбы.

Мы отлетели метров на сто. И вовремя.

Взрывы пошли по цепной реакции. Сотни устройств детонировали почти одновременно. По отдельности это были довольно слабые взрывы, особенно для такого мощного и бронированнгого голема. Но вместе…

Весь колосс задрожал. Из стыков брони вырвались языки пламени. Руны на поверхности вспыхнули в последний раз и погасли окончательно. Где-то внутри что-то громко треснуло, затем раздалась серия более мощных взрывов.

Титан качнулся. Его правое колено подогнулось. Левая рука оторвалась от корпуса и с грохотом рухнула на землю, подняв облако пыли.

А затем настала тишина.

Колосс стоял, покорёженный, дымящийся, почти полностью обесточенный, но всё ещё на ногах. Его корпус был покрыт оплавленными кратерами от взрывов и дырами от кислоты.

Я направил Агни к капсуле управления, расположенной в центре грудной клетки титана. Подлетел вплотную, так что мог бы дотронуться до металла рукой.

Внутри, за толстым бронестеклом, я разглядел фигуру. Гюнтер Штайгер. Он сидел в кресле пилота, его руки всё ещё лежали на рычагах управления. Даже с этого расстояния я видел ярость и бессилие на его лице.