Десятая Невеста. Драконья печать - Райс Лиса - Страница 11

– Ну, до тебя никто входил в этот зал, – фырчит дракон и косится на меня. – Если ты забыла, из десяти невест, ты первая, кто выжил. А жрецы, которых мне удавалось поймать и притащить в эту часть замка, не доживали до это зала.

Я невольно отвожу взгляд.

Что значит “не выживали”?

Коридоры замка кажутся бесконечными, извилистыми. Стены покрыты странными барельефами – сцены пиров и охоты, где фигуры людей переплетаются с драконьими.

Виверна летит впереди, освещая путь своим мягким свечением. Мы спускаемся по широкой винтовой лестнице, проходим через анфиладу пустых комнат, пока наконец не оказываемся перед массивными двойными дверями из темного дерева, украшенными резьбой в виде фруктов, дичи и кубков.

Вестар останавливается, не доходя до них.

– Дальше я не могу, – говорит он тихо. – Искра будет с тобой. Не ешь ничего, пока не вернешься в комнату. Просто возьми еду и уходи.

Я киваю, сглатывая ком в горле.

– А если этот Пожиратель все же появится?

– Тогда тебе лучше не поддаваться голоду и быстрее уходить оттуда.

Виверна подлетает ко мне, касается крылом щеки, словно пытаясь подбодрить. Я натужно улыбаюсь. Что ж… выбора у меня все равно нет. Смерть от голода и жажды в мои планы не входит.

Я делаю глубокий вдох и подхожу к дверям.

Тяжелые створки, к моему удивлению, открываются сами и почти бесшумно.

Я последний раз оборачиваюсь на Вестара, который стоит, прислонившись плечом к стене.

– Удачи, – усмехается он.

Я невесело улыбаюсь ему в ответ, и поворачиваюсь к залу. Шаг через порог дается странно легко.

За порогом меня встречает огромный зал с высокими потолками, откуда свисают потемневшие от времени люстры с сотнями свечей. Они вспыхивают одна за другой, стоит мне сделать шаг, словно кто-то торопливо бежит с факелом и зажигает их. Треск фитилей и запах воска смешиваются с чем-то другим – ароматом еды.

Вдоль всего зала тянется длинный стол, накрытый белоснежной скатертью, на нем громоздятся серебряные блюда. Фрукты всех видов, румяное мясо, свежий хлеб, пироги с корочкой, блестящей от масла. Все выглядит так, словно его только что приготовили. И пахнет… о боги, как же это пахнет!

Наверное, и хорошо, что Вестар не может зайти сюда. В коридоре-то запах не ощущается столь сильно. А тут уж точно настоящая пытка!

Желудок сводит такой судорогой, что я невольно сгибаюсь пополам. В горле пересохло, к еде тянет как магнитом. Я сглатываю слюну и напоминаю себе, что здесь есть нельзя. Только взять и уйти. И молиться, чтобы это сработало.

Я делаю еще несколько шагов к столу, когда двери за моей спиной закрываются с глухим стуком. Я вздрагиваю, оборачиваюсь – проем исчез, словно его никогда и не было. Стена гладкая, без единой щели.

Паника касается легким перышком. Напряжение внутри меня проходится дрожью по сжавшимся мышцам.

Как, спрашивается, я должна буду отсюда выйти?

Искра, словно в ответ на мои округлившиеся глаза и бледный вид, издает тихий, мелодичный писк, кружит над столом, словно подгоняет меня. Ну конечно, нужно поторопиться. Я быстро оглядываюсь и замечаю плетеную корзину, стоящую на одном из стульев. Похоже, в ней приносили фрукты.

Хватаю корзину, начиная спешно складывать туда все, что кажется легким и удобным для переноски – хлеб, яблоки, сыр, вяленое мясо, бутыль с чем-то. Руки дрожат от голода и спешки.

Все это время Искра нервно кружит вокруг меня, то и дело устремляясь к дальним углам зала, словно проверяя что-то.

– Ты его чувствуешь? – шепчу я. – Этого… Пожирателя?

Виверна издает звук, который я интерпретирую как утвердительный. Ну разумеется, это была бы слишком большая удача – попасть в зал и не встретить его стража.

Рука нащупывает фрукт с тонкой кожицей – то ли персик, то ли нектарин. Он чуть мягче, чем должен быть. Когда я поднимаю его, сок течет между пальцами, и аромат ударяет в ноздри. Я невольно прикрываю глаза. Неужели фрукты могут так пахнуть? Желудок сводит, я почти ощущаю на языке вкус, терпкую сладость, шерховатую кожицу. И только усилием воли мне удается вовремя остановиться.

Да уж, никогда не была обжорой, но в этом замке, похоже, все создано чтобы сводить с ума.

Искра издает резкий, пронзительный звук и стремительно улетает к дальней стене. Я замираю, сжимая в руке сочащийся фрукт.

Что-то не так.

В дальнем углу зала, где тени гуще, несмотря на свечи, что-то… двигается.

Тьма ворочается, становится плотнее, будто в ней сгущается что-то тяжелое и вязкое. И это что-то движется медленно, но неуклонно… в мою сторону.

Сердце замирает в груди. Я медленно, очень медленно, опускаю фрукт обратно на блюдо, вытирая липкие пальцы о подол платья.

Пожиратель.

Он почуял мой голод?

Его силуэт становится более четким, и я едва не роняю корзину.

Ни у одного существа не должно быть столько глаз. Они открываются в сгустке тьмы один за другим – большие и маленькие, красные, желтые, мутно-белые. Десятки глаз, и все смотрят на меня. Или на стол? Я не могу понять.

И лучше бы мне не выяснять.

Крепче прижимаю корзину и осторожно отступаю назад, туда, где должна быть дверь. Существо не спешит, его движения ленивы, почти сонны. Но глаза, эти жуткие глаза, не мигают и не отрываются от моей дрожащей фигуры.

Спиной натыкаюсь на стену – дверей нет, только гладкий камень. Ищу взглядом Искру и вижу, как она мечется под потолком, словно ищет что-то.

Тень продолжает приближаться. Теперь я вижу, что фигура обретает форму. Она отдаленно напоминает человеческое тело, но какое-то бесполое и совершенно истощенное. Череп без глаз, провал рта, из которого торчат кривые черные зубы. Кожа натянута на скелет и все усеяна теми самыми глазами. И чем ближе Пожиратель подходит ко мне, тим больше глаз открывается.

– Как мне выйти? – я почти кричу, и эхо разносит мой голос по залу.

Существо останавливается, и все его глаза моргают одновременно. Этот звук в звенящей тишине, тысячи мокрых век, хлопающих разом, заставляет меня содрогнуться.

Оно открывает рот. Не один, десятки ртов по всему темному телу, каждый усеянный острыми, как иглы, зубами. И говорит. Не голосом, а чем-то, что отдается прямо в моей голове:

– Голод… голод… голод… Умираю от голода.

Слова бьются внутри моей черепной коробки, отдаются там так звонко, что я едва не оседаю на пол. Я вжимаюсь в стену, отчаянно ища хоть какой-то путь к бегству.

– Я не ела, – произношу я, поднимая корзину как щит. – Видишь? Только взяла. Ничего не ела.

– Голод, – повторяет существо, делает еще шаг ко мне. Его кости словно надламываются и собираются снова при каждом движении. – Твой голод зовет меня.

Оно не лжет. Я ужасно хочу есть и ничего не могу с этим сделать. Если я начну есть? Если смогу насытить это чувство?

Я уже смотрю на корзину, когда ко мне пикирует Искра. Она принимается яростно клекотать.

– Я не ем, не ем! – оправдываюсь я, срывающимся от ужаса голосом. Несложно догадаться, что она пытается донести до меня.

Существо делает в мою сторону еще несколько шагов. Я бросаюсь влево, вдоль стены, в одной руке держу корзину, другой пытаюсь нащупать дверь. Не могла же она просто исчезнуть?

Или могла?

Искра верещит, отгоняя меня. Я невольно срываюсь на слезы от страха. Рваное дыхание из груди, мои торопливые шаги. Я почти бегу, ощупывая стену.

– Пожалуйста… ну где же ты? – взываю к выходу, но это бесполезно.

Искра верещит все громче, я слышу за собой дробленые шаги твари. Слышу его хриплое дыхание. Слышу, как он моргает своими влажными глазами и распахивает рты в тихих стонах. Он пахнет гнилью и чем-то сладковато-чужим, словно дыхание давно мертвого леса. Он несет в себе ужас и распаляет сосущее чувство близости моей кончины.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.