Хозяйка вражеского сердца. В дар по требованию (СИ) - Руд София - Страница 40

Пожалуй, это не те слова, которые я когда-либо ожидала услышать от Хагана.

И вообще не думала, что разговор перейдет к такому итогу.

Когда Хаган ввалился в спальню и увидел в моей руке заколку императрицы, я думала, что мне конец.

По крайней мере, видела захлестнувшее его безумие в его тёмных, почти чёрных глазах. И в то же время почувствовала совершенно иное.

Он был похож на вулкан, готовый испепелить все вокруг своей стихией, но меня это пламя не обожгло бы. Странно. Сама не знаю почему, но я это знала. Такого не случалось со мной прежде, но в этот момент я чувствовала кожей каждое колебание воздуха, каждую эмоцию Хагана будто свою. Будто... по волшебству.

Или же это и есть та магия, о которой говорила богиня? Какая-то ментальная? Эмоциональная? Но откуда? Искра ведь…

Возродилась, когда первородный дракон пролил ради меня кровь. Когда Хаган ввязался в бой из-за поступка Кьяра.

“Вот что это такое. Магия”, — кружили мысли у меня в голове, пока Хаган испепелял взглядом, ждал моих ответов.

И его боль, его ярость, я чувствовала, как свои собственные. Меня разрывало, кидало из стороны в сторону, пока он не сказал следующее:

— Нет, Лира Шиен, — прорычал Хаган так, что даже стёкла задрожали, подошёл ко мне в упор.

Опалил горячим дыханием мою кожу, и тогда уже я перестала отличать его чувства от своих.

— То, что я хочу, сейчас стоит передо мной и врёт… безбожно врёт мне в лицо. Опять!

Что? Что он только что сказал?

Хаган не дал мне опомниться, запустил пальцы в мои волосы и сделал это осторожно, хотя было видно, что сейчас ему даётся это очень сложно. Он был готов рвать и метать. Даже воздух искрил между нами.

— А чего хочешь ты, Лира Шиен? Искру ты вернула. Теперь ты хочешь свободу? — спрашивает он, глядя на меня так, что сердце замирает, а мысли начинают путаться.

Если скажу, что свободу, он отпустит или взбесится?

— За тебя я убью любого. Ради тебя я оставлю месть, если тебе это так важно, — говорит Хаган, а я слова вымолвить не могу.

Я похожа на комок оголённых нервов. Сейчас не в состоянии даже вспомнить своё имя, не то что мыслить.

А Хаган в этот самый момент опускает вторую руку мне на талию и притягивает меня к себе, жадно вдыхая, будто зверь. Но я не боюсь. Я чувствую совершенно иное. Всё, что творится внутри него. Внутри Хагана. Или уже внутри меня?

Забываю, как дышать, мысли путаются. Перед глазами мельтешат картинки. Только вот это будто не прошлое, а будущее. Такое солнечное, что даже не верится.

Смаргиваю, вновь смотрю на Хагана. Вижу, что он ждёт ответ. Ждёт так, будто от этого зависит чья-то жизнь. И в этот раз его, а не моя.

Я ему нужна. Я это чувствую. Считываю. Знаю…

И знаю, что если сейчас скажу это слово “свобода”, то он меня отпустит.

Руку себе отрубит, но отпустит. Только сейчас, а завтра это предложение уже не будет действовать. Завтра я стану его..

Нужно бежать, а я говорю…

— Правда, оставишь?

Идиотка, наверное. Или… это всё магия? Я не отличаю себя от него… Проклятая богиня, почему не сказала, что так будет?!

— Скажи мне сейчас всю правду, какой бы она ни была. И я помогу. Забуду. Растопчу твоих врагов. Никому не позволю тебя обидеть, Лира. Мы начнем всё с чистого листа. Но не лги мне. Никогда, Лира. Расскажи всё. Сейчас, — звучит голос Хагана, дёргая каждую струну души, и вырывает меня из реальности окончательно.

Отчаянно я ещё пытаюсь хвататься за остатки собственного рассудка, но это до невозможно тяжело. Даже дышать тяжело.

И как бы я сейчас ни хотела, всю правду я не могу ему рассказать. Хотя бы потому что сказала богиня.

Я не могу сказать ему, что я попаданка. Иначе будет беда. Бедствие. А я не готова к таким последствиям. И в то же время не хочу ему лгать. Совсем не хочу, но что я могу?

— Я рассказала тебе уже всё, что могла. Больше я ничего не скрываю. Ты знаешь всю правду, — только и шепчу непослушными дрожащими губами.

И Хаган в тот же миг он опаляет мои губы поцелуем. Поначалу осторожным, будто боясь меня напугать. Я не отталкиваю, в растерянности я даже поддаюсь, и в этот момент нежность Хагана смешивается с бурлящей страстью.

Его пальцы скользят по моей щеке, очерчивают линию подбородка, спускаются к шее, оставляя за собой дорожки огня, закапываются в волосах, притягивая все ближе к себе.

Я горю в его жарких объятиях, даже не замечаю когда Хаган успевает коснуться завязок платья на спине, а хватка корсета ослабляется. Я даже не замечаю, когда платье спадает. Не замечаю, как сама стягиваю с Хагана рубашку. Ощущаю лишь жар его кожи под пальцами. Закапываюсь в его густых волосах. Утопаю в поцелуях, в ласках. Мое тело отзывается на его прикосновения.

Хаган подхватывает меня на руки, опускает меня на постель, и шёлк простыней холодит разгоряченную кожу, создавая пьянящий контраст с жаром его прикосновений.

Хаган нависает надо мной, наши взгляды встречаются, и время застывает.

В его глазах плещется такая буря страсти, что перехватывает дыхание. Я тону в этом взгляде, растворяюсь в нём без остатка. Возможно, у меня есть ещё шанс сказать “нет”, но сейчас я не хочу останавливаться. И Хаган, будто чувствуя, вновь сводит меня с ума.

Его губы находят мои, а затем поцелуи опускаются ниже... Все границы стираются, все барьеры рушатся.

Мы становимся единым целым – дыхание в дыхание, сердце в сердце.

Реальность распадается на осколки, превращаясь в калейдоскоп ощущений. Каждый вздох, каждое движение… Слова больше не нужны. Мы общаемся на языке прикосновений, где нет места лжи.

В его объятиях я чувствую себя защищённой и в то же время совершенно обнажённой – не телом, но душой.

Все маски сорваны, всё притворство исчезает. Остаются только чувства...

***

Нахожу себя не сразу. Наваждение отступает постепенно, отходит волнами, и в первые секунды я пугаюсь от мысли, что допустила ошибку. Но крепкие объятия и размеренное дыхание спящего рядом со мной Хагана, развеивают эти страшные мысли.

Улыбаюсь сама себе и хочу верить, что та буря, о которой предупреждала богиня, только что закончилась.

— Не спится? Что-то тревожит? — даже сквозь дрему Хаган будто считывает меня.

А может, это так действует моя новая магия? Инструкция к ней точно бы мне пригодилась. А то вдруг, я не только эмоции, как радар улавливаю, но и подпалить что-нибудь или кого-нибудь могу. Хотя, последнее было бы кстати.

— Нет, — мотаю головой, ощущаю прилив смятения, но Хаган тут же подтягивает меня к себе, отгоняя всех моих внутренних демонов.

— Больше тебе нечего бояться, — обещает он, и я верю. Так легко, что даже страшно, учитывая, что обычно на такое меня не купить. Но сейчас… сейчас я слишком устала.

Устала сражаться, устала думать, искать врагов, бояться. Я просто хочу быть счастлива, здесь и сейчас. В объятиях именно этого мужчины.

Вдыхаю воздух глубоко-глубоко и радуюсь, как дитя, улавливая в этом воздухе нотки сандала и кедра. Нотки аромата Хагана. Нежась в его надёжных и тёплых объятиях, проваливаюсь в сон.

Здесь темно, тихо, спокойно. Моя личная тихая гавань. Мой уголок мира, и как же я хочу, чтобы этот миг не прекращался, но солнце уже пробивается сквозь веки, а я не хочу просыпаться.

Чувствую нежные прикосновения. Хаган водит пальцами по моему плечу. Глаза не открываю, улыбаюсь, зная, что он смотрит на меня, а затем вновь проваливаюсь в сон. В тревожный сон, полный страшных картин.

Какие-то слуги, страши. Паника. Я… то есть Лира говорит то, от чего у меня кровь стынет в жилах. А затем я вижу настоящий ужас. Хочу кричать, но голоса нет. Меня в этом сне нет. Там есть Лишь Лира! И она... настоящая дрянь! Так и влепила бы ей, если бы только могла!

Но сон резко меняется. Уже не осень, а зима. Или ранняя весна, – непонятно. Но алые хлопья снега падают с неба. Народ лютует, требуя обезглавить отцеубийцу. Высокие врата дворца распахиваются, и к людям выходит Хаган. Он... весь в крови.