Варвар. Одержимость (СИ) - Ангелос Валерия - Страница 35

Насть, да там нормально все, — бросает Варвар. — Чего ты себя накручиваешь? Ну знаешь, — нервно качаю головой.

Уехать куда-то. Ничего не сказать.

Это совсем на мою сестру не похоже.

Там же связи не было. А потом? Завтра поговорите, — заявляет Байматов. — Она тебе все сама объяснит. А ты не дергайся. Лютый за нее башкой отвечает. Да? — пристально смотрю на него. Да, — отчеканивает. — Знает же, чья она сестра. И давно они познакомились? Ну так, — кривится. Где? Слушай, сама с ней обсудишь, — отвечает. — Ну чего ты? Я? Ничего. Просто странно, что Надя с ним знакома, а мне ничего не говорила. Видно, не успела.

Что-то он темнит. Прибалтывает меня мастерски. На какое-то время у Байматова даже получается успокоить.

Но я слишком хорошо знаю свою сестру.

Догадка обжигает.

А что если это как-то связано с той историей? Когда Надя пропала, и я нигде не могла ее найти. Думала, Аверин ее забрал, но нет... в том особняке сестры не было.

Байматов тогда помог. Нашел. Домой отвез.

И мы тоже говорили, по видео-звонку. Мне и тогда показалось, будто Надя что-то не договаривает.

Докручиваю мысль до конца. Так глубоко погружаюсь в эти размышления, что не замечаю, как мы оказываемся возле дома Байматова

Он ведет меня в свою квартиру.

И я иду. Хочу договорить.

— Ты ее от Лютого забрал? — спрашиваю прямо.

Молчит.

— Скажи, — сглатываю с трудом. — Пожалуйста. Мне нужно понимать, что происходит. Что сейчас с моей сестрой.

Нормально с ней все. Дамир...

. - голос предательски срывается от накрывшего меня волнения.

Байматов накрывает мою талию ладонями. Сдавливает. Слегка. Склоняется надо мной и, глядя в глаза, выдает:

Настя, ты за кого меня держишь? Она моя сестра, — говорю. Знаю, — кивает. — Думаешь, Лютый с ней херню творит? Дичь какую-то затеял?

Он в курсе, что ее трогать нельзя. Знакомы они. Общаются. Под защитой твоя Надя.

Хочется ему верить. Говорит он твердо, уверенно. Однако на сердце все равно неспокойно.

— Ты же видишь, что здесь, безопаснее. Удачно сошлось.

— продолжает Варвар.

— В Эмиратах ей даже

— Ну как сказать, — качаю головой. -

— Чужая страна.

У Лютого там хорошие связи. Ладно. Завтра поговорите.

Молчу.

Отворачиваюсь от него, отвожу взгляд в сторону.

Насть? Угу. Настя...

Притягивает меня ближе к себе.

Невольно вскидываюсь.

Не нравится мне, когда ты такая, — замечает. — Думаешь много. Волнуешься. Извини, — отстраняюсь от него. — Я лучше домой поеду. Какой домой? — выдает мрачно.

Ну ты сам отметил, — отвечаю.

Я без настроения. Тебе не нравится. И

знаешь, ты даже не спросил, хочу ли я ехать сюда. Просто привез. Поставил перед фактом.

Скучал.

Такой простой ответ. Короткий. Но почему-то обжигает. Четко по нервам проходится.

Варвар усаживается в кресло, и меня утягивает за собой. Делает так, что оказываюсь на нем сверху.

Хорошо, что я хотя бы в джинсах, а то...

Его ладони забираются в задние карманы. Сжимают, заставляя вскрикнуть. А дальше он слегка перемещает меня, и уже выходит так, что я на нем сижу, раздвинув ноги. Лицом к лицу.

Так, все, пусти, — пробую соскользнуть. Тише ты, — говорит. — Дай потискаю.

Дамир!

вскрикиваю, ведь

непристойными и ощутимыми.

его прикосновения становятся слишком

Он буквально оглаживает меня сади. Снова и снова. Без стыда, без капли стеснения.

— Все, хватит, — выдаю, задыхаясь. — Пусти.

По ладоням его бью, пробую убрать от себя, но безуспешно.

Не трогаю, — заявляет хрипло. Это ты «не трогаешь»?Баловство это.

Царапаю его, и наконец, получается освободиться. Однако Байматов все равно не отпускает меня до конца.

Его ладони скользят выше по спине. До лопаток. Прижимают меня к мощному телу, а в следующий момент он впивается мои губы. Жадно, практически грубо. Однако срывается на нежность. Смягчает напор. Будто мою реакцию ловит и хочет сделать мне хорошо.

Нет. Не выйдет. Пусть даже не рассчитывает, что...

Мысли быстро обрываются. Не знаю, как так выходит, как он умудряется действовать на меня, полностью отключая разум, но вот я прикрываю глаза, когда мы целуемся в кресле. Всего на секунду прикрываю. Случайно выходит. Скоро вынырну. Скоро сброшу наваждение. Выплыву.

И все идет совсем не так.

Очнуться у меня получается только в кровати. Голой. Под ним. Ощущая дикий жар его крепкого тела. И натиск его возбужденной плоти, которая упирается в низ моего живота.

Но очнуться получается не до конца.

Дрожь пробегает по телу то ледяными, то горячими волнами.

— Стой, — выдаю, дернувшись.

Варвар молча смотрит на меня.

Таблетки, говорю. Я ничего не принимала. Пох... плевать, — отвечает он. Нет, нам нельзя без защиты, — нервно мотаю головой.

— Не бойся, — снова целует меня, страстно, глубоко, порывисто, заставляя почти отключиться.

Я осторожно.

Глава 50

То, что происходит дальше, это как угодно, однако точно не «осторожно». Вот.

Только у меня нет ни воли, ни сил, чтобы выплыть, очнуться, хоть немного протрезветь от накатившего возбуждения.

Если разум еще как-то сопротивляется, то мое тело рвется к Байматову. Между нами совместимость на рефлекторном уровне. Это что-то первобытное, совсем безотчетное, заложенное самой природой. И этому вдруг оказывается нельзя сопротивляться. Никак. Это попросту невозможно побороть.

Может быть, я и пытаюсь протестовать. Несколько секунд. Не помню.

Варвар так на мои губы набрасывается, что шансов вынырнуть не остается.

Совсем.

Он впивается в мой рот. Моментально подавляет бунт. Рубит на корню.

И дальше я даже пискнуть не могу, дернуться. Ничего не могу. Ведь он будто вгрызается в меня. Как зверь на добычу набрасывается. Хватает, утягивает за собой.

Он — Варвар. И поцелуи у него такие. Под стать его хищной натуре. Варварские поцелуи. На грани грубости, пожалуй, даже жестокости. Жадные, подавляющие.

Можно сколько угодно возмущенно мычать в его рот, впиваться ногтями в широкие плечи. Отпускать свое Байматов не намерен.

А меня он теперь обозначает так. Своей.

Это считывается в его движениях. В каждом жесте. В том, как он прикасается ко мне, ведет пальцами по моей коже. В том, как ласкает, словно старается приглушить все кровожадное и звериное. Держит грань четко. В том, как целует, словно всю мою душу через этот поцелуй вытянуть жаждет.

Пытаюсь выпалить ему — «Стой!»

А потом, в один момент, даже не понимаю, почему хочу его притормозить. Вообще, словно бы забываю об этом. Уже и правда не соображаю, о чем хотела просить.

Нельзя нам без защиты. Нужен презерватив. Одной осторожности мало.

Но хватает одного безумного поцелуя, чтобы я вообще забыла, как говорить.

Потому что когда Варвар все же отрывается от моих губ, я лишь подвисаю, глядя в его потемневшие сверкающие глаза.

Ну и потом шансов сбросить дурман тоже не остается.

Он накрывает мое лицо ладонями. Обхватывает. Ведет пальцами по скулам. внимательно изучает.

И снова врезается в мой рот. Переплетает наши языки, будто желает слить воедино. Тесно, жарко. Проточное движение, словно намеренно растянутое.

Как тут говорить? О чем?

Поздно. Давно. Наверное, еще с того момента, как я настолько отключилась, что снова оказалась под ним. Голой. Без клочка одежды поверх.

Он трогает меня везде.

Горячие пальцы скользят по животу. Проникают ниже, глубже. Касаются там, где я уже к своему стыду мокрая и готовая для него.

Его губы накрывают грудь, терзают мои соски.

И пусть поцелуй обрывается, вернуться на поверхность не получается. Ниже падаю и еще ниже, ниже. В самую бездну лечу. Бесстыже наслаждаюсь этим. Ловлю дикие эмоции от обжигающего падения.

Дрожь пробегает по телу. Каждая клетка вспыхивает. Пламя разливается под кожей.