Перековка. Малый Орден (СИ) - Игнатов Михаил - Страница 24

Через миг сглотнул. Как-как… Что за глупый вопрос, Леград? Ты либо просто забыл, как забывают что-либо люди, либо… это воспоминание сожрал тот, кто делит с тобой душу. Если хочется утешиться, то можешь считать, что обменял воспоминания. Одно забрал, другое отдал.

Эта мысль пронзила меня, заставила застыть. Что-то в ней есть, хоть взвешивай на весах, сколько получил и сколько потерял.

— Так почему бы не приложить тайную силу Ор… Скрытого Ордена к тому, чтобы раз и навсегда перевернуть наше положение во Втором поясе?

Занятый своими мыслями, я не сразу сообразил, что это был вопрос и магистр Хорит смотрит на меня, желая, чтобы я спросил его.

И я спросил:

— Как?

Магистр Хорит подался вперёд, его тень накрыла нетронутые чашки:

— Шаг за шагом. Укрепить позиции Ордена. Лишить Дизир их могущества. Поставить вместо Гарой других.

Пересмешник спросил из пустоты:

— Не встать самим на их место?

— Ордену это не нужно, — процедил Ксилим сквозь зубы, желваки на его щеках так и заходили, а затем добавил: — И ты бы знал это, если бы был одним из нас.

— Мне достаточно быть верным слугой вашего господина, — ответил ему Пересмешник.

— Магистра! — рыкнул Ксилим, торопливо поправился: — Молодого магистра!

— Да-да, единственный Орден во всей Империи, у которого есть два магистра. Забавляйся этой игрой сколько тебе угодно, но не втягивай в неё меня, — спокойный голос Пересмешника сочился ядом. — Суть такова, что есть глава разделённой фракции и есть его подчинённые. Вы сами выбрали его главой, так к чему всё это?

— Я выбрал его, — слова Хорита заставили Ксилима застыть с открытым ртом, прерывая его возражения ещё до того, как они покинули его горло. — И я не ошибся в чтении воли Неба. Даже отправляя Шандри в Скрытый Орден, я верно всё понял.

— Верно понял что? — настороженно уточнил я.

— Верно понял, что он отчаянно ищет искупления и живым я его уже не увижу, — веско, уверенно и спокойно ответил Хорит.

Ксилим закрыл рот, сглотнул, а затем негромко произнёс:

— Он тяжело переживал ошибку своего решения.

— Ошибку предательства, — твёрдо поправил Хорит. — Я простил ему предательство, Орден простил ему предательство, но он не простил себя сам. Не отводи глаз, Ксилим. Именно потому он с таким упорством и самоотдачей обучал Виликор, именно потому он так упорно хотел уйти. Всё вокруг жгло ему сердце. Ты, его друг и соратник, должен понимать это лучше многих. И должен осознавать, что битва и смерть за Орден — это буквально его надежда, мечта. Которая сбылась. Он был счастлив в тот последний миг.

Ксилим всё же отвернулся. Но только после того, как магистр Хорит замолчал. Отвернулся и за миг словно постарел на пять, а то и десять лет. Мне даже показалось, что падающий через окна свет высветил среди алых прядей несколько седых волос. Хотя… Что значит «показалось», с моим Возвышением?

Глухо, не поворачивая головы и не глядя ни на кого, Ксилим спросил:

— Где его могила?

Кто должен был отвечать на этот вопрос? Разумеется, я.

— На краю обрыва. Рядом с другими собратьями, которые своими жизнями проложили путь к возрождению Ордена. Если глянуть в одну сторону, то будет виден город Исток, сердце Сломанного Клинка. В другую будет видно тайное место силы Сломанного Клинка, огромная статуя Древних и пять огромных Сердец Стихии у её подножия, а над всем этим — небо и заснеженные горы.

Ксилим выдохнул, длинно, шумно, поднял голову, встречаясь со мной взглядом:

— Я должен её увидеть, моё имя должно быть утверждено в списках.

Я, удивлённый, чуть шевельнулся. Списках?

Зато магистр Хорит понял, о чём он, и отрезал:

— О них потом. Сначала я закончу доклад.

Ксилим кивнул:

— Простите, магистр.

От слов Хорита мне поневоле становилось стыдно. Вот то, чего от меня добивались, обучая, старейшины. Вот тот, у кого я и должен учиться. Каким был мой план, когда я вернулся к магистру Хориту и сказал — давайте я возьму отсюда людей, а то мне в Сломанном Клинке не хватает мастеровых?

Да вот таким и был, вот и весь план. Ни больше, ни меньше.

Что сделал магистр Хорит, когда осознал, какой силой и мощью Скрытый Орден вернул за мастеровых?

Он сел и начал думать. Что он может сделать с помощью этой силы и как это сделать так, чтобы Орден сохранил позиции ещё лет на шестьдесят-сто?

Первое — вернуть потерянные земли.

Второе — расширить земли Ордена.

Третье — лишить своих главных врагов — Дизир — их силы.

Четвёртое — добавить Ордену сил и влияния.

Пятое — ослабить позиции Гарой.

Шестое — тайно помочь Тириот, клану, который считается вторым по силе после Гарой.

Седьмое — заменить Гарой на Тириот. Заменить недовольного врага, управляющего Вторым поясом, на верного союзника.

Я, ощущая неуверенность, спросил:

— А им самим это нужно?

Ответ был твёрд:

— Нет таких вторых, что не хотят стать первыми.

Пересмешник не упустил случая колко вставить:

— Если только это не Малый Орден, которому большего и не нужно.

Хорит даже не моргнул глазом, а вот Ксилим буркнул:

— Всё так, не старайся с ядом. Орден был создан для того, чтобы выискивать талантов в Тюремных поясах, обучать их, наставлять в умениях сражаться с сектантами и отправлять в… отправлять в Больший Орден, а не для того, чтобы захватить власть во Втором поясе. Если бы основатель Дарен этого хотел, то сделал бы это ещё в первые годы, сразу после того, как захватил земли Молд и изгнал их. Поверь, в те годы ему бы хватило на это и сил, и влияния.

Его поддержал магистр Хорит:

— Всё так. Тогда Орден Небесного Меча был силён.

Я, неожиданно сам для себя, добавил:

— И дружил с наследником Рама Вилора.

Хорит кивнул:

— Но нам важнее, что тогда они дружили со Стражами, которые и есть настоящая власть и сила в Тюремных поясах. Точно так же, как сейчас дружит наш магистр.

Я поморщился. Дружит. Прошлая беседа с Клатиром прошла… странно, если мягко сказать. Он хотел от меня странного, я сам… повёл себя странно. Можно оправдываться тем, что я готовился встретиться с духом Изардом, который Стражей Границ терпеть не может и мог не простить мне союза с ними. А можно ничем не оправдываться.

Да, лица Клатира не было среди видений во время ударов подобия Небесного Испытания, но это не значит, что я не должен встретиться с ним ещё раз и ещё раз объясниться, узнать, почему он мне лгал в той последней беседе.

Хорит, словно не замечая, а может и правда не замечая, как я морщусь, с жаром продолжал рассказывать о созданных планах и о том, что уже успели сделать.

— Мелкие фракции. Те, что жалуются на беглецов и недовольны этим. Долгие годы мы отмахивались от подобных претензий и смеялись над ними. Настало время измениться. Я предложил, простите, магистр, что взял на себя такую смелость, выплаты или услуги наших мастеровых. В обмен — они признают право беглецов считаться орденцами даже на их землях. Это снимет озлобленность, а новые орденцы станут ещё преданней. А ещё — мы стали выделять им лоты на аукционах. Пусть торгуют у нас и зарабатывают, пусть невольно становятся частью нашей силы и влияния.

Забавно выходило: у Малого Ордена было то, чего не хватало Скрытому Ордену, — огромные территории и огромное количество людей, множество мастеровых, крестьян, послушников и служителей самых разных профессий.

— Торговля. Мы многое умеем делать лучше кого угодно в Поясе и начнём продавать даже в далёких фракциях. Больше того… Магистр, вы помните тех людей, которых привели вместе с Толой?

Конечно я помнил.

— Многие из них сломаны, но те, что не сдались… — Хорит покачал головой. — Их ненависть отравляет даже меня, магистр. Их желание мести твердое и острое, словно меч. За этот короткий срок мы уже лишили Дизир четверти их союзов. Это легко, когда на твоей стороне те, кто знают все тайны твоих врагов и подсказывают кому что сказать и куда ударить.